Он вернулся на лестничную площадку. Выходящая на нее двустворчатая дверь была открыта, лилась мягкая музыка. Бретт рискнул заглянуть. Ресторан. На лакированном паркете неторопливо кружат изящные пары, за столиками закусывают гости, их обслуживают официанты в черном. На противоположной стороне зала, возле пыльного резинового растения, сидит толстяк, изучает меню. Вот он встряхнул салфетку, вытер шею под воротником, промокнул лицо.
Нельзя портить сцену, учил Дхува.
Но возможно, удастся в эту сцену вписаться.
Бретт отряхнул костюм, поправил галстук и вошел в зал. Приблизился официант, оглядел его с сомнением. Бред вынул из бумажника пятидолларовую купюру.
– Тихий столик вон в том углу, – сказал он и огляделся.
Желов не видать. Бретт проследовал за официантом к столику возле толстяка.
Усевшись, снова огляделся. Очень хочется поскорее вступить в разговор с толстяком, но нельзя привлекать к себе лишнего внимания. Надо ждать, а шанс предоставится.
За другими столиками тщательно выбритые мужчины в отутюженных костюмах и накрахмаленных сорочках шептались с женщинами в облегающих платьях, а женщины вращали в пальцах бокал с вином и тонко улыбались. Долетали обрывки разговоров:
– …Дорогая, а ты слышала…
– …В начале восьмидесятых…
– …Совершенно невозможно. Необходимо…
– …В это время года…
Вернулся официант с тарелкой молочного супа. Бретт глянул на ряды ложек, вилок и ножей, покосился на обедающих за ближайшим столиком. Нужно правильно вершить ритуал. Он положил на колени салфетку, тщательно ее разгладил. Снова посмотрел на ложки, выбрал самую большую. Вроде не ошибся…
– Вина, сэр?
Бретт указал на соседнюю пару:
– То же, что и у них.
Официант принес бутылку, повернул ее этикеткой к Бретту. Тот кивнул. Официант извлек пробку, сопроводив этот процесс множеством вычурных жестов, поставил перед Бреттом бокал, налил вина на полдюйма. И застыл в ожидании.
Бретт взял бокал, отведал. Похоже, вино настоящее. Он кивнул. Официант налил. «Интересно, что будет, если скривлюсь и выплюну? – подумал Бретт. – Нет, слишком рискованный эксперимент. Вряд ли тут хоть раз такое случалось».
Пары возвращались за свои столики, другие выходили на танцпол. В дальнем углу струнный ансамбль играл меланхоличные мелодии, должно быть, звучавшие на когда-то популярных «чайных вечерах». Бретт посмотрел на толстяка. Тут шумно поедал суп, повязав салфетку под подбородком.
Подошел официант с большим блюдом.
– Чудесный день, сэр, – сказал он.
– И верно, – согласился Бретт.
Официант водрузил блюдо на столик, снял крышку и застыл с вилкой и зубчатым ножом на изготовку.
– С корочкой, сэр?
Бретт кивнул и исподволь ощупал официанта взглядом. Похож на настоящего. Некоторые големы на вид реальнее других. Вероятно, это зависит от их ролей. Тот мужчина, упавший на параде, просто зевака из толпы, статист. Официант способен вести разговор. Может, удастся из него что-нибудь вытянуть?
– Как… гм… Как называется ваш город? По буквам, пожалуйста.
– По буквам, сэр? – переспросил официант. – Ни разу не пробовал.
– Попробуйте сейчас.
– Подливки, сэр?
– Конечно. И все-таки попытайтесь произнести название города.
– Пожалуй, я лучше позову метрдотеля, – насупился голем.
Краем глаза Бретт уловил движение. Он круто обернулся, но ничего не увидел. Может, это был жел?
– Не нужно, – сказал он.
Официант принес картофель с горошком, заново наполнил бокал и бесшумно удалился. Наверное, вопрос не совсем обычный, предположил Бретт. Нужен более тонкий подход…
Когда вернулся официант, Бретт сказал:
– А денек-то погожий.
– Превосходный, сэр.
– Лучше вчерашнего.
– Вы совершенно правы, сэр.
– Интересно, завтра такой же будет?
– Возможен небольшой дождь.
– Давно вы здесь живете?
На лице официанта отразилась неодобрение.
– Что-нибудь еще, сэр?
– Я тут впервые, – сказал Бретт. – Не могли бы вы кое-что объяснить?..
– Извините. – Официант отошел.
Бретт поковырялся в картофельном пюре. Големов расспрашивать бесполезно. Придется выяснять иначе. Он повернулся к толстяку. Тот как раз вынимал из кармана носовой платок, чтобы шумно высморкаться. Никто не оглянулся на звук. Тихо играл оркестр, танцевали пары. Нет смысла ждать…
Бретт встал и подошел к соседнему столику. Толстяк оторвал взгляд от тарелки.
– Не возражаете, если я присяду? – спросил Бретт. – Хочу с вами поговорить.
Толстяк недоуменно заморгал и указал на стул напротив. Бретт сел и наклонился вперед.