– Пять, – гордо отрапортовал Акакий.
– Ты был хорош! – оценила Глафира мастерство встреченного коллеги. – Бегать еще умеешь?
– А то…
– Тогда погнали до такси?
06. Скорая. "Мазерати"
***
С трудом, но Серафиме удалось втиснуть Акакия в такси, пообещав водителю две, три, потом пять такс. На пяти сошлись.
В машине молчали. Говорить о прекрасном – не было общих тем, а говорить о профессиональном при посторонних было запрещено и небезопасно.
– Серафима, которая, кажется, не совсем Серафима, – улыбнувшись начал Акакий при подъезде к городу, – у тебя есть денег на хороший отель?
– Есть, – ответила Серафима, не понимая, почему человек, который двадцать пять минут назад рылся в помойке, об этом спрашивает.
– И ты в него едешь?
– И мы в него едем, – обозначила свое намерение Глафира, не сомневаясь ни на йоту.
– Я не хочу. Обычный, простой хостел меня устроит, – заявил вдруг бомж.
– Почему?
– Так надо. Не спорь. Я лучше знаю, – отрывисто проговорил Акакий.
– Хорошо, как скажешь… – не стала спорить Серафима, понимая, что уговаривать коллегу не было никакого смысла.
– Ты не спросишь, почему ты кажешься не совсем Серафимой? – спросил Акакий, когда они вышли из такси.
– У каждого свои представления об именах, – спокойно ответила Серафима.
– Тебе надо сменить имидж. Ты выглядишь не как Серафима…
– Знаток женских имиджей? – ухмыльнулась Серафима.
– А то! Я знаешь, сколько всего возле мусорки насмотрелся? – оскалился Акакий.
– Я могу тебя оставить одного? Никаких подвохов от коллеги? – уточнила Серафима, направляясь к банкомату.
– После рукопожатия-то? Ты ж меня теперь не бросишь, – ухмыльнулся Акакий. – А сам я от тебя не сбегу, не враг я себе.
– Отлично! Тебе полчаса хватит привести себя в порядок?
– Полтора, и я весь твой, – как-то слишком бойко для человека, живущего на улице, отрапортовал Акакий.
– Хорошо. Я тоже найду себе пристанище и приведу себя, как ты просишь, в соответствие со своим именем, – улыбнулась Серафима. – Встретимся в центре, в Ирландском пабе на Арбате. Договорились?
– Почему там? – удивился Акакий.
– Нужен клиент, нам с тобой нужны деньги, хочу какого-нибудь забубённого найти, чтобы сразу тыщенку отвалили…
– Не боишься не справиться? – прищурившись, внимательно посмотрел в глаза Серафиме Акакий, изучая.
– Так ты ж неидентифицированный! Поможешь?
– А то! Классно у тебя башка варит! В паре поработаем?
– Да, – теперь настала очередь Серафимы внимательно всмотреться в коллегу, чтобы попытаться оценить серьезность его намерений.
– Как Бонни и Клайд? – уточнил Акакий.
– Ну тебя! – рассмеялась Серафима. – Вспомни кого-нибудь, кого не вздернули на рее!
Серафима сняла с кредитки сто тысяч и отдала Акакию. Волноваться не было причин, она знала, кто с ней рядом. Сменила такси и помчалась обустраивать свою новую жизнь.
– Слушай новости, подруга! – раздался голос Анфисы в телефоне с какого-то левого номера. – Психиатра у француженки было три, что слишком много для такой мадам. Диагноз обыкновенный: депрессия. Ни тебе шизы, ни манечки. Обыкновенная депрессушница. Ни крутых родителей, ни другой родни. Обычная психушка. Почему три? Главврач не смог объяснить! Приходили – показывали удостоверение ведомственных врачей и лечили. Опер обойдет всех и попытается хоть что-нибудь выяснить. Но на хорошие для тебя новости не надеется.
Да. К твоему дому она подходила с телефоном в руках, значит, как ты правильно решила, ее кто-то вел и направлял. Ничего не помнит, ничего не знает. Ни про психиатров, ни о чем была речь на сеансах.
Чела, который был в аварии, забрала наша Безопасность. Вестей пока нет, ничего не говорят.
– Спасибо, родная! – отозвалась Серафима, осознавая, что новостей из обычных источников вряд ли удастся добыть. Надо было ждать, что скажет Безопасность Скорой…
– Ты куда? – полюбопытствовала Анфиса и тут же сама и опомнилась: – Ах, не спрашиваю, не спрашиваю… Звони, если что, хотя бы…
– Спасибо, дорогая! – отключилась Серафима.
«Надо имидж сменить, Акакий прав, не похожа я на Серафиму. Блин, а ему надо имя сменить! Что ж оно неудобное-то такое?»
Серафима зашла в магазин и полностью поменяла весь свой гардероб.
«Теперь то, что надо!» – довольно посмотрела она на себя в зеркало, откуда на нее изучающе поглядывала женщина средних лет в качественном деловом костюме.
«Осталось только причесаться и нарисовать лицо, – подмигнула она себе. – И получится почти красотка!»
***
Ровно через полтора часа после расставания с Акакием она сидела в пабе, ожидая своего нового, то есть первого напарника. Хотя напарников в их деле невозможно было иметь в принципе, но слово в нынешней ситуации звучало как-то оптимистично и вселяло надежду, что она не одна.
Люди входили и выскакивали на улицу курить, создавая оживленное движение у дверей. Краем глаза присматривая за всеми, Серафима не столько ждала напарника, сколько искала клиента. Ей в такси почему-то пришло в голову, что ирландцы в России точно живут не очень радостно, и в паб кто-нибудь должен был заглянуть на грани отчаяния!
Уверенной походкой в зал вошел одетый по последней московской моде идеально подстриженный и гладко выбритый человек лет пятидесяти.
«В такого можно было бы и влюбиться», – подумала Серафима и, вздохнув, перевела взгляд, чтобы не думать о том, о чем думать сейчас было не вариант.