– Алло.
– Привет, Константин, – зазвучал голос Дольского.
– Добрый день.
– Надеюсь, что добрый. Здесь кое-кто хочет с тобой поговорить.
Через несколько секунд я слышу Лену.
– Костя, Костя, ты как? – голос уставший и взволнованный.
– Лена, у тебя всё в порядке? Он ничего тебе не сделал? – сыплю, как из пулемёта, вопросами я.
– Я в порядке, но я ничего не понимаю, мне никто ничего не говорит. Что происходит?
– Всё будет хорошо, Лена, я тебе обещаю, мы очень скоро увидимся… – я не успеваю договорить.
– Ну, что, я своё обещание выполнил, – слышу снова голос Дольского, – теперь дело за тобой. Ты достал деньги?
– Да, они у меня.
– Молодец, я в тебе не сомневался.
– Давайте уже быстрее решим этот вопрос. Сегодня.
– Я только за. Оттягивать не имеет смысла, да и усложнять не стоит. Время дорого. Сегодня, в девять у центрального входа в Парк Горького. Не опаздывай. В девять я позвоню. Будь там, – вешает трубку.
– Сегодня в девять у центрального входа в Парк Горького, – говорю я Мартину.
– D'accord, – кивает тот.
Глава 73
Два часа до назначенного времени. Я весь на нервах, хоть стараюсь и не подавать вида. Остальные как-то расслаблены и излишне самоуверенны, хотя, может, мне просто так кажется. Мартин замечает мою нервозность.
– Не беспокойся, я уверен, что всё пройдёт хорошо, – говорит он.
– Откуда такая уверенность? – спрашиваю.
– Место обмена назначено людное, на все условия мы согласны. Это означает, что всё должно пройти гладко. Никому не нужно привлечение излишнего внимания.
– Надеюсь, ты прав.
– Вот на всякий случай, – Мартин протягивает мне пистолет.
– Зачем? – снова начинаю нервничать я.
– Мера предосторожности. Я уверен, тебе не придётся им воспользоваться, но всё-таки. Умеешь?
– Стрелял пару раз по бутылкам.
– Значит, разберёшься. Затвор, предохранитель. Вот так снимаешь, пистолет готов к бою, – Мартин показывает мне, что к чему. – Главное не бойся и держи уверенно. Оружие не любит нерешительность. Если решил стрелять – стреляй. Бывают ситуации, когда или ты, или тебя. В этом случае твоя задача первым принять решение.
– Ясно, – беру пистолет.
Без пяти минут девять я стою возле центрального входа. Мартин с сумкой в нескольких шагах от меня. К машине, на которой мы приехали, присоединилась ещё одна. В ней, судя по всему, «нападающие» для усиления наших позиций. Ровно в девять звонок.
– Ты на месте? – в голосе Дольского чувствуется напряжённость.
– Да.
– Хорошо. Спускайся к парковке и иди влево.
– Я хочу услышать Лену.
– Скажи пару слов, – слышу я в трубке.
– Костя, Костя… – не успевает договорить Лена.
– Всё, ты доволен? – снова Дольский, – теперь иди влево от парковки.
Показываю взглядом Мартину направление движения. Идём к проезжей части.
– Видишь, машину с мигающей аварийкой? – кашляет в трубку Дольский.
– Да.
– Тебе сюда.
Я подхожу, Мартин рядом со мной. Его глаза сканируют прилегающую территорию, он теребит ухо, видимо, как-то общается со своей командой. Стекло передней пассажирской двери опускается, я заглядываю внутрь. Впереди водитель, за ним, на заднем сидении Дольский и Лена. У Лены заклеен рот, наручники на запястьях. Вижу её заплаканные глаза, всё внутри сжимается. Смесь ярости и тревоги на секунду туманят рассудок, я мысленно ощупываю пистолет.
– Давай сумку, – голос Дольского звучит болезненнее, чем по телефону. Вид у него не очень. Видимо, ранение достаточно серьёзное.
Я поворачиваюсь к Мартину, беру сумку и просовываю её в окно. Водитель открывает, просматривает несколько пачек, проверяет сканером выборочно купюры, кивает Дольскому, мол, всё в порядке. Тот расстёгивает наручники Лены и отклеивает ленту с её рта.
– Вот и всё. С вами приятно иметь дело, – хрипит Дольский, открывает заднюю дверь и выпускает Лену.
Машина срывается с места и через несколько секунд исчезает из вида. Лена бросается ко мне, я обнимаю её, что есть сил. Она плачет и улыбается, я тоже не выдерживаю. Говорю ей, что всё закончилось, целую, не выпуская из своих рук.
Я отдаю Мартину пистолет, он передаёт наши вещи из квартиры Викиной подруги. Почти ничего не говорим друг другу. Я лишь благодарю его за помощь, он отвечает, что не стоит, работа такая. Затем отвозит нас на вокзал. Мы жмём руки на прощание, и он уезжает. Возле входа я останавливаюсь, достаю из кармана смятую пачку, в которой осталась та самая последняя сигарета, которую я мысленно обещал Лене, когда ждал обмена. Выкуриваем её на двоих, выбрасываем окурок и уезжаем.
Глава 74
Через несколько дней, уже дома, мы наткнулись на новостную статью в интернете, в которой сообщалось, что в результате несчастного случая: взрыва, вызванного утечкой бытового газа, в своём загородном доме погиб крупный бизнесмен. Прилагалась история его жизненного пути и несколько фоток скорбящей семьи.
Прошло ещё несколько недель, может, больше. Мы с Леной проводили время вместе, ничего особо не делали. Гуляли, ходили в кино, что-то готовили. Рассказав друг другу всё, обсудив случившееся, мы провели зачистку нашей памяти. Выкинули вещи Тамары, сожгли совместные фотографии, удалили всё отовсюду, чтобы больше не вспоминать. Всё должно было наладиться, непременно, иначе никак. Мы в это верили и знали, что так обязательно произойдёт.
Как-то я вышел, чтобы купить сигарет, продуктов и ещё какой-нибудь фигни для дома. Возле подъезда стояла машина, которая раньше здесь не парковалась. Не обращая внимания, я прошёл мимо неё и услышал гудок. Обернулся и увидел Тамару.