– Что ж, решено, – я выпускаю из носа дым.
– Я вас до выхода провожу и, если быстро разберусь со всем, то пересечёмся в городе, – Серж выходит с балкона с телефоном в руке, – если не успею, то в любом случае вечером встретимся.
– Пойдёмте тогда, – Лена выходит из ванной комнаты и подходит к нам, – не будем терять времени.
Мы закрываем номер, спускаемся на лифте, прощаемся с Сержем и выходим на улицу. Мои спутницы берут меня под руки, и мы неспешно начинаем движение. Наши голоса щебечут в произвольном порядке, мы несём игривую околесицу, подшучиваем друг над другом, сплетаемся в клубок, раскручиваемся, сплетаемся вновь. И правда, вся прелесть в этих самых клубках. В какой-то момент я понимаю, что немного завидую сам себе. В голове проносится мысль: вот он момент, который непременно нужно запомнить. Неважно, какие чувства в последствие он будет вызывать: грусти, ностальгии или радости. Сейчас главное его достоверно зафиксировать, чтобы осталось это ощущение целиком, без прикрас и сплетен. Из таких ощущений складывается жизнь, её восприятие. Подобные моменты, видимо, проносятся перед человеком, когда он оказывается на смертном одре, и перед ним как фильм пролетают события всей его жизни. Таких эпизодов нужно как можно больше, и они непременно обязаны быть увлекательными, чтобы фильм этот самый смотрелся интересно, без унылой скуки.
Глава 12
Наибольшее удовольствие в жизни приносят мечты, предвкушение праздника, фантазии о грядущем. Как в детстве перед новым годом, когда всем вокруг овладевает невероятная магия волшебства. Суета удивительно прекрасна в эти моменты, в воздухе витает что-то такое хорошее, что хочется поймать это и не отпускать. Не знаю почему, но меня вдруг посетило именно такое ощущение.
Мы шли вдоль набережной, дышали ноябрьским воздухом, смотрели по сторонам и были, как будто, в стороне от всего. Такие, своего рода, невидимки со своими мыслями. Я держал Лену за руку, Тамара шла чуть впереди.
– Как думаешь, сколько у нас это продлится? – Лена поправляет сумочку и смотрит на меня.
– Что именно?
– Ну, это всё. То, что между нами троими происходит.
– Не знаю, я предпочитаю не задумываться, а просто наслаждаться, тем, что есть.
– Я тоже стараюсь так делать, но, знаешь, всё-таки порой мысли в голову лезть начинают. Надолго это или как вообще?
– Вся прелесть и трагедия в том, что неизвестно.
– Я не хочу терять того, что у нас есть, но иногда мне кажется, что мы начинаем перерастать наш мир.
– То есть?
– Как будто мы растём, становимся больше, а он остаётся в прежних размерах. И вот, мы уже вынуждены пригибаться, извиваться, чтобы не прорвать тонкие стенки, чтобы этот иллюзорный гармонический вакуум не лопнул, и на нас не хлынуло из вне всё то, что мы не хотим пускать.
– А почему ты думаешь, что наш мир не растёт вместе с нами?
– Я не то чтобы так думаю, но, мне кажется, что нужно какие-то шаги предпринимать для его роста.
– Например, какие?
– В обычной ситуации всё как-то проще. Парень с девушкой знакомятся, начинают встречаться, потом живут вместе, потом женятся, потом дети у них и так далее, и тому подобное. В общем, проходят какие-то этапы, делают какие-то шаги. А в нашей ситуации я и не знаю, что нам сделать, что предпринять.
– Давай поступать самым правильным способом: будем искренними, будем любить друг друга. Как бы банально и просто это не звучало. Доверимся чувствам. Всё же это, пожалуй, единственное решение, чтобы быть счастливыми. Кому как не сердцу доверять вопросы счастья, а? – я чиркаю пальцем по носу Лены, – давай Тамару догоним.
Мы ускоряем шаг и через пару-тройку секунд подхватываем Тамару под руки и, не сговариваясь, ведём её к морю.
– Эй, вы что? Утопить меня решили? – Тамара изображает шутливое волнение, глядя на нас.
– Да нет, просто искупаемся, – в один голос отвечаем мы.
– Супер, вода ледяная, небось, конец ноября всё же. С ума сошли?
– Ладно, хоть руки помочим, – говорю я.
– Искупаться бы сейчас хотелось, – Лена мечтательно смотрит вдаль.
– В море? – скептически замечает Тамара.
– Ну, да, – продолжает Лена, – будь оно теплее. Жаль, что Серж месяца два назад нам не встретился. Хм, интересно, а почему отель открывается, когда курортный сезон, собственно, прошёл?
– Вроде, открытие намечалось на конец июня, как он говорил, но со строительством какие-то сложности были, потом с отделкой, с разрешениями всякими, лицензиями, короче от графика отстали, – вкратце пересказываю я наш с Сержем разговор.
– Жаль, конечно, что к лету не успели, но, мне кажется, в Сочи круглый год курортный сезон, – говорит Тамара.
– Новый год, опять же, – замечаю я.
– Вот-вот, к тому же можно плавно влиться в работу, постепенно подготовиться к лету, – Тамара отряхивает песок, прицепившийся к её плащу.
– Наверно, так оно и есть, но купаться хочется, – Лена подбрасывает вверх морскую воду, набранную в ладони.
– Завтра в бассейн сходим, если силы после вечера останутся, – подмигиваю я.
– Ладно, раз купаться в ледяной воде вы не собираетесь, предлагаю по магазинам прошвырнуться, – прерывает рассуждения Тамара, – погулять погуляли, можно развлечься немного.
– Зачем? Вы же целый чемодан с собой взяли? Не-не-не, – мотаю головой я, – знаю я эти походы. Времени и так – в обрез…
– Прекрати, не будь букой, – Лена зажимает мне рукой рот, не дав договорить, – я поддерживаю. К тому же вещей много не бывает.
– В точку, детка, дай пять! – Тамара раскрывает ладонь.
– Решено единогласно! – хлопает её в ответ Лена.
– Кстати, я видела пару клёвых магазинчиков, – подмигивает Тамара.
– Пару клёвых магазинчиков, – выдыхаю я, предчувствуя, что будет дальше.
За время нашего общения я уже вполне начал разбираться в этом сленге. «Несколько клёвых магазинчиков», «прикупить пару аксессуаров» означало только одно: потратить уйму времени и всю имеющуюся в распоряжении сумму, может даже чуть большую, может даже подзанять, на крайний случай. В этом они парили, порхали, кайфовали по полной. Для меня же походы по магазинам были делом очень утомительным и совсем не увлекательным. Я уставал сразу, как только этот процесс начинался. Хотя, безусловно, мне нравились хорошие вещи, а люди одетые со вкусом, обладающие своим стилем, всегда мне импонировали, сам я был очень далёк от всего этого. К себе в этом вопросе я относился пренебрежительно, вернее сказать, никак не относился. Мне никогда не давались походы типа «к какому-то торжественному моменту что-то приобрести», поэтому большинство моих вещей куплены спонтанно и случайно. Я относился к этому проще, покупая как можно быстрей понравившуюся мне вещь. У Лены всё было в точности наоборот. Она постоянно что-то присматривала, где-то приглядывала, ходила в какие-то магазины, на какие-то распродажи, а потом мучала меня расспросами типа «идёт, не идёт». С появлением Тамары Лена стала меньше ко мне приставать, вернее совсем перестала. С Тамарой они могли часами блуждать по совершенно невообразимым маршрутам хитрожопоустроенных торговых центров, выискивая как что-то нужное, так и что-то абсолютно бесполезное. Прекрасно проводили время. В целом ситуация с шопингом вошла в хорошее русло. Я был рад тому факту, что теперь мне не нужно придумывать нелепых отмазок, чтобы не ходить по магазинам, а девчонкам было хорошо вместе заниматься всеми этими делами.
В этот раз, на удивление, всё прошло достаточно быстро и оперативно, ограничились парой аксессуаров да шарфиков. Время действительно поджимало и на долгие основательные походы его просто не осталось.
– Так, теперь быстро в гостиницу, – разбираясь с пакетами, бросила Тамара.
– Пол седьмого уже, о боже, – подхватила Лена, – Кость, поймай такси, а то вообще никуда не успеем.
– Да успеем, не переживай, – успокоительно кивнул я, выходя из магазина, – вон там целый отряд таксистов.
Мы погрузились в машину, сторговавшись на пару сотен, и помчали в отель. Играло радио, таксист, на счастье, попался молчаливым, вежливо с нами поздоровался и всю дорогу молчал, лишь изредка поглядывая в зеркало заднего вида. Вёл он уверенно и достаточно аккуратно, спасибо ему за это. Добрались мы быстро, я расплатился, оставив немного на чай.
В холле отеля мы встретили Сержа, он был взволнован и, кажется, чем-то расстроен.
– О, привет, долго вы. Как погуляли? – начал Серж немного отстранённо, но в тоже время как-то взвинчено.