– И она послушала тебя? – спросил я.
– Были попытки приехать, но я пресекала их. – Безразлично сказала Рейн. – А что, хочешь её навестить?
– Думал насчет этого, но не знаю, если честно. – Я посмотрел на реакцию сестры – она ухмыльнулась. – Рейн, хочу сегодня сходить к маме. Можешь проводить нас с Беккой, если она не будет против.
Ребекка покачала головой и улыбнулась. Я был рад, что она не отказалась.
– Почему бы нет, я провожу вас. Только после обеда – мне нужно немного поспать. – Рейн поставила свою чашку с кофе в раковину. – Часа в четыре разбудите меня.
Сестра ушла на второй этаж. Конечно, я не хотел беспокоить Рейн, ведь она всю ночь работала. Я вспоминал, как выглядела кухня тринадцать лет назад, когда я еще жил здесь, но память меня слегка подводила – мне казалось, что здесь абсолютно ничего не поменялось. Стол, люстра, кухонный гарнитур – казалось, все было именно таким тринадцать лет назад. Обои только поменялись.
Ребекка ничего не говорила и лишь наблюдала за мной. Она взяла наши тарелки и понесла их к раковине. Я решил помочь ей убрать со стола.
– Кстати, – начала она, – в тот вечер я видела, что ты дорисовал эскиз. Опять выбрал волка?
– Это животное крутится возле меня с самого детства. – Ответил я.
– Рисунок очень красивый. – Улыбнулась Бекка. – Может, сделает татушки сегодня?
Я удивился, но только слегка. Конечно, я был готов к тому, что Ребекка предложит мне сделать тату в любой из дней, да и я сам думал о том, чтобы именно в Портленде заняться этим вопросом. Я поднялся на второй этаж за телефоном, а потом вернулся на кухню к Бекке. Я начал искать, какие есть салоны тату в Портленде и показывал их Ребекке – я хотел, чтобы она его выбрала. Их оказалось три, и Бекка выбрала тот салон, который оказался ближе к нашему дому.
Мы собрались за полчаса и отправились в путь. Бекка решила надеть маску, которую ей отдала Луиза, чтобы не было проблем. Давно я не видел Портленд – он мне стал казаться каким-то другим, будто я вообще здесь не жил. Мы шли по достаточно оживленным улицам, и казалось, будто сегодня не рабочий день, а выходной. Я боялся лишь одного – встречи с полицейскими, ведь сейчас Грэга с нами нет и нам никто помочь не сможет.
Большой популярностью в Портленде пользуются фуд-корты – целые кварталы, состоящие из торговых палаток, готовящих фастфуд по рецептам со всего мира – здесь то мы и проходили, и Ребекку заинтересовало данное место. Она достала полароид и сделала снимок. Я всегда удивлялся, с какой любовью и преданностью она относится к своему хобби. Давненько я не ел фастфуды – от этого нас отучили в военной академии, потому что это вредно для здоровья. Там была противная пища, состоящая из каш, овощей и мяса размером с ноготь. Бекка же следит за своим питанием, поэтому вряд ли она будет что-то здесь пробовать.
Также мы проходили около «города книг Пауэлла
». Целый квартал занимает книжный магазин. И этот самый магазин разместился в целом здании на нескольких этажах, и благодаря этому является одним из лидеров книжных магазинов всего мира. Тут находится не менее 3,5 тысяч тематических секций, в которых содержится около 1,5 миллионов книг. Бекка предложила зайти туда на обратном пути и я, конечно же, согласился. Я люблю книги и не против приобрести парочку.
Мы наконец-то добрались до салона, и на ресепшене нас встретила улыбчивая брюнетка.
– Добрый день, – произнесла девушка. – Чем я могу вам помочь?
– Мы хотели бы сделать татуировки. – Сказал я и, достав скетчбук, показал девушке эскизы. – Сколько это будет стоить.
Она начала что-то искать на компьютере и одновременно с этим листая тетрадь. Некоторое время она молчала и увлеченно занималась, как я понял, подсчетами.
– Так вот эта с волком около двухсот долларов, но точнее вам скажет только мастер. – Я очень удивился такой цене, хотя, что я ожидал? Тату – дорогое удовольствие. – А вот это с ловцом будет стоить дороже. Примерно пятьсот долларов.
Бекка округлила глаза на девушку – да, достаточно большая сумма. Но, несмотря на это, Ребекка согласилась на это.
– Вам есть восемнадцать? – спросила девушка.
Бекка перевела на меня взгляд. Мне-то было восемнадцать, а вот ей всего шестнадцать. Девушка объяснила, что если нам нет восемнадцати, то нужно разрешение родителей. Ребекка расстроилась, поблагодарила девушку и вышла из салона. Я вышел спустя некоторое время и приобнял её за плечи.
– Сильно расстроилась? – спросил я.
– Да, – ответила Бекка. – Ведь ты нарисовал такие классные эскизы, а нам отказали.
– Давай подождем, пока тебе исполнится восемнадцать и сделаем. Что нам тогда будет мешать?
Она улыбнулась и согласилась со мной. Бекка увидела магазин мороженного и предложила сходить за ним. На улице была отличная погода, и мороженое будет сейчас в самый раз. Мы вошли в небольшой магазинчик-кафе и начали рассматривать ассортимент – он был достаточно большой. Ребекка очень долго сверлила прилавок взглядом и выбирала себе мороженое, я же решил, что буду за несколько минут. В итоге Бекка заказала себе рожок с фисташковым пломбиром и шоколадной посыпкой, а я взял рожок с кокосовым пломбиром и также шоколадной посыпкой. Мы вышли из кафе и направились в близлежащий парк.
Ребекка до сих пор была расстроена из-за того, что мы не сделали тату, а я, если честно, был рад, что сохранил двести долларов. Я не был богачем и каждый доллар был на счету, тем более сейчас, когда я остался один – без отца. Нужно будет искать работу, чтобы хоть содержать себя. У меня было такое чувство, что Бекка хочет уехать – может только из-за того, что боялась меня, а может и из-за того, что соскучилась по родным. Я надеялась только на то, что она не возьмет и просто не исчезнет из моей жизни, ничего не сказав. Конечно, я знаю, где её найти, но я хочу знать истинную причину её побега.
– Ты не рассказывал о бабушке. – Неожиданно произнесла Бекка.
– Как-то не вспоминал о ней. – Ответил я. – Просто она не была мне близким родственником. Отец мне рассказывал, что бабушка была категорически против него и всячески отговаривала маму от брака с ним. Но они никого не послушали и это выбесило бабушку. Единственным мерилом был мой дедушка, который купил отдельным дом и заставил бабушку переехать. Помню в детстве она постоянно говорила мне гадости, что я маленький уродец, выродок и ублюдок без будущего.
– Ого! Ты что, серьезно? – удивилась Бекка, и я кивнул. – Извини, конечно, но твоя бабушка просто ужасна!
– Да, полностью согласен, но её можно понять – она не хотела, чтобы её дочь выходила замуж за отца.
– И все равно это её никак не оправдывает. – Хмыкнула Бекка.
Я вспомнил, как бабушка и дедушка приезжали к нам гости. Я никогда не понимал, почему дедушка не выгнал родителей из дома, а сам переехал. Может быть, бабушка еще злилась из-за этого? Когда бабушка была у нас в гостях, то постоянно пыталась меня воспитывать и часто давала подзатыльники. Она говорила маме, что та неправильно меня воспитывает и из-за этого у них были постоянные скандалы. Когда я был маленький, то не понимал, почему бабушка меня так не любит, но уже в более осознанном возрасте в голове у меня частенько всплывали различные с ней флешбеки
и неприятные моменты.
– А если она будет против меня? – спросила Бекка.
– А какая разница: будет она против или нет? – улыбнулся я. – Я не собираюсь слушать её.
Я взял её за руку, не потому что вновь терял связь с реальностью, а потому что просто хотел это сделать. Мия не появлялась уже три дня, и я был очень рад этому. Надеюсь, что она попрощалась со мной навсегда, но к мозгоправу сходить все же стоит. Вдруг будет что-нибудь еще.
Мы направились к «городу книг Пауэлла». Времени у нас было еще достаточно, поэтому мы решили потратить его именно на книжный магазин. Магазин был просто огромным и невероятно атмосферный. Такого количества книг я еще не видел. Мы с Беккой ходили среди полок и рассматривали книги, иногда останавливались и листали их. Я заметил, что здесь достаточно много народу – а я-то думал, что люди уже почти не читают или скачивают электронные книги.
Мы вышли из магазина только через несколько часов и сразу же направились обратно домой. Бекка рассказала мне, что вчера звонила Луизе и, что та очень счастлива, что вернулась домой. Это была отличная новость, потому что Лу явно скучала по своим родным, хоть и не показывала это.
Рейн уже проснулась и без нас. Она сказала, что мы поедем на машине, а я и не знал, что у неё есть права.
– Здесь не сильно далеко – минут двадцать езды. – Сказала Рейн, заводя машину. – Кладбище находится в северо-восточном Портленде, в районе Калли. Роуз-сити – слышал о таком, Макс?
– Нет, не слышал. – Ответил я. – А дедушка где похоронен?
– Там же, они недалеко друг от друга находятся. – Через некоторое время Рейн добавила. – Как и мои родители.
Родителей Рейн я практически не помнил, и мне было слегка стыдно из-за этого. Хотя я тогда был маленький, когда они умерли – мне было всего пять. А вот дедушку я помнил больше – он очень сильно любил меня, и когда бабушка давала мне подзатыльники и обзывала, то он наоборот хвалил меня и очень часто обнимал. До сих пор не знаю, от чего он умер. Похоже, я еще успею достать Рейн своими расспросами.
Кладбище, и правда, находилось недалеко. Мы заехали в магазин и купили живые цветы. Я предпочел красные розы, потому что помнил, как мама их любила.
Вообще розы были частым объектом на её рисунках и одежде. Нередко и живые цветы стояли у нас в доме – мама их выращивала сама на заднем дворе. О, точно! У нас же раньше был еще задний двор, усеянный различными сортами роз, и как я только мог забыть? Однажды я бегал по двору, запнулся и упал в кустарник этих самых роз. Кожа у меня была нежная, поэтому практически везде были царапины от шипов, а некоторые даже вонзились в меня. Мама тогда не ругалась, а лишь рассмеялась, чтобы я не плакал, и сказала, что это будет мне уроком, чтобы я смотрел под ноги.
Не любил я такие места как кладбище. Они всегда говорили о том, что наша жизнь быстротечна. Что нужно жить на полную катушку здесь и сейчас. Помнить о своих родных и близких, ведь в один момент их может просто не стать. Я вспомнил об отце и понял, что зря ничего не сказал ему о своем побеге. Да, возможно, у нас предостаточно разногласий и недомолвок, но все равно, в глубине души мы любим друг друга. Какую бы обиду я не таил в сердце на своего отца, я должен позвонить ему и сказать, что у меня все нормально. Он не виноват в смерти мамы.
Рейн проводила нас с Беккой к могиле моей матери, а сама ушла к своим родителям. Ребекка положила цветы на могилу и протерла фотографию мамы. Это фото… когда она его сделала? Здесь она была такой молодой и красивой – волнистые идеально уложенные волосы. Темно-синие глаза, которые мне достались от неё, идеальная кожа и глаза полные жизни. Это фото не могли сделать, когда она была больна, скорее всего, оно было сделано давно.
– Я оставлю вас наедине. – Сказала Бекка и отошла в сторону к другим могилам.