Иван подал ему руку и задёрнул мужичка себе за спину.
– Вот, жеж, – мужичонка витиевато выругался. – Чуть длань не оторвал.
* * *
В тот же день всё село переехало в новый город. За стенами стояли начатыми пятьдесят изб, в подклетях которых уже можно было жить, и постепенно надстраивать их выше. Дома не стояли близко друг к другу, а равномерно распределялись по территории, ближе к стенам. В центре городка оставалась солидная пустая площадь.
Городская стена имела средний «бой16» (горизонтальный ярус с бойницами), и верхний «бой», являвшийся крышей среднему. Под средним «боем», укреплённым столбовыми подпорками, можно было хранить различное городское имущество, или открывать торговые ряды. Сейчас там лежали обтесанные брёвна. Много брёвен. Целая стена брёвен. По четырём углам городской стены и через сто метров по стене, стояли квадратные дозорные башни.
Вечером, когда все собрались на площади проститься с солнцем, Иван держал речь:
– Этот город дал нам лес. Спасибо лесу!
– Спасибо, – раздались слова со всех сторон.
– Но мы должны научиться защищать и город и себя, поэтому с сегодняшней ночи на стенах дежурят по четыре стражника с колотушками. Пусть колотят, чтобы мы все знали, что они не спят. И колотушки, и оружие находятся на дозорных башнях. Гостомысл, разведи дозорных.
Иван уже не первую ночь ночевал в княжеской усадьбе.
Если бы не статус и не исторические перспективы, Иван бы обошёлся чем-нибудь проще. Но князь должен жить во дворце, и Олеговы строители собрали ему большой двухэтажный квадратный терем с внутренним, квадратным, десятиметровым в поперечнике, двором.
Дубы в полтора обхвата пилили вдоль посередине, и из таких, располовиненных брёвен, собирали хоромину. Так, и внутренний объём не терялся, и плоские внутренние стены смотрелись, по мнению Ивана, легче.
* * *
Стояло лето. Жители ловили рыбу бреднями, связанными из толстой верёвки. Ловились судаки размером под метр, лещ, плотва, окунь, язь, сельдь, а также форель и речной угорь. На берегу реки установили разделочные рыбные ряды, солильные и коптильные. Готовые продукты разносили по складам.
Иван в своём подворье, ещё при строительстве стен, установил глубокий и объёмный ледник, разделённый на четыре части под разные продукты с четырьмя разными входами, заложил туда лёд, присыпав его опилками.
Был в Ростоке и кузнец, не очень крупный, но жилистый мужик годов под сорок. Он больше всех страдал от переезда, но, когда Иван показал ему место для новой кузни, и приготовленный там для неё пиленный большими кирпичами туфовый камень для стен и тонкими керамическими пластинами для крыши, возрадовался, и сам собрал новую кузницу за неделю.
Все ежедневно хвалили лесного бога. В городе оказалось чуть менее двухсот человек, из них – сорок два, относительно боеспособных, мужика.
* * *
Осенью пришли руяне. Враги всегда нападают для того, чтобы забрать заготовленное на зиму. Их было всего около двадцати человек. Но они все были воинами, со щитами, мечами и луками. Они пришли с востока. Появившись на противоположном берегу реки, они явно не рассчитывали увидеть здесь стены. Вероятнее всего, они собирались переправляться, чтобы потом пройти вдоль берега и напасть на старый городок.
Ничуть не смутившись, что их замысел раскрыт, они стали готовить средства для переправы через реку: ломали сухие ветки и связывали их в вязанки.
Иван и все жители города скопились на верхнем ярусе стены. Оценив обстановку, Иван сходил в терем и принёс СВД, замотанную в чёрную ткань.
– Что это? – Поинтересовался, один из жителей, прилаживавший тетиву на лук.
– Это магический посох, но лучше бы тебе этого не знать, – мрачным голосом сказал Иван.
Он думал о том, что ему сейчас придётся впервые в жизни убить человека, поэтому он был мрачен, а воин подумал, что мрачность волхва относится к нему, и постарался убраться в сторону.
Иван прошел к башне и взобрался по лестнице.
– Шёл бы ты… на стену, – сказал он так же мрачно стражу. – Колдовать буду. Могу и тебе навредить.
Страж засуетился и быстро спустился вниз. Иван крикнул ему:
– Стой внизу и никого не пускай наверх! Моим именем!
Развернув СВД, Иван приладил её в бойнице башни и посмотрел в прицел. Сто метров – самое расстояние для выстрела в голову. Проверив дистанцию и уловив ветер, Иван выстрелил. Один из руян вскинул руки и упал на спину. Все остальные подбежали к нему и стали показывать руками на другой берег. По реке разносились невнятные голоса.
Второй выстрел произвел обратный эффект. Все отбежали от убитого, завалившегося на первое тело лицом вперёд.
– Бог любит троицу, – сказал Иван и снова выстрелил.
Три тела, щиты и оружие лежали на берегу, а больше никого на той стороне видно не было. Стояла абсолютная тишина. И над рекой, и над стеной.
Иван спустился с башни.
– Наблюдать! – Приказал он стражнику и спустился по башенным ступенькам.
Пройдя в терем, он нажал на кнопку «агрегата» и переместился к себе в городскую квартиру.
Налив пару рюмок водки, он обмылся в душе. После второго выстрела он почувствовал, как из него ручьями потёк липкий пот. Простиранную в машинке одежду он развесил на сушке, надел сменку, и переместился назад в Росток.
Если посчитать все часы пребывания Ивана в прошлом, получилось бы около двух лет, а его мире прошла всего пара недель, и то, только потому, что ему пришлось изготавливать ювелирные украшения для жены князя и игрушки для его детей. А ещё он потратил некоторое время на исследование «агрегата». Но и это время было потеряно не зря.
Иван нашёл кнопки третьей оси координат. С помощью них он теперь мог перемещаться не только на поверхность земли, но и в её недра, туннели и пещеры.
Цифры этой строки светились фиолетовым цветом, и Иван давно пытался их расшифровать, но безуспешно, пока ему не попалась в интернете заметка. Банк США специально опубликовал координаты своего хранилища, добавив к спутниковым координатам ещё и высоту над уровнем моря в метрах. Типа, попробуйте ограбьте.
Вбив все координаты в агрегат, Иван вспомнил, что он собирается переместиться в банк. Попадёт ли он в само хранилище, или в какое другое место банка, а может быть, появится рядом со зданием, как происходило в случае совпадения точки входа с материальными объектами, он не знал, но решил всё же маску «зайчика» надеть.
Переместившись, Иван оказался в хранилище банка, в центре которого на столе лежал кейс с миллионном долларов призового фонда и сертификат с разрешением их взять, тому, кто проникнет в хранилище любым способом.
Иван проверил кейс второпях, так как сработала сигнализация, закрыл его, и был таков. Угрызений совести у него не было, так как, он просто выполнил условия контракта на предъявителя.
Часть баксов сейчас продолжали лежать у него дома, а часть Иван разменял в том же банке США, но в раннем времени, за несколько дней до публикации о выдаче премии в случае похищения.
Через пару дней в американской прессе и в интернете появился его портрет в маске зайчика, а также призыв откликнуться и прийти в офис банка за ещё одним миллионом долларов, но Иван в добрые намерения банкиров не поверил.
* * *
После убийства Иваном потенциальных врагов, жители Растока некоторое время обходили его стороной, но потом всё забылось.
На следующее после стрельбы утро ни тел, ни иных предметов на противоположном берегу реки не было, только, прибежавшая на запах крови, лиса покрутилась по берегу, и снова убежала в заросли ивняка.
Следующий раз руяне пришли с юга. Они вышли ночью из леса и попытались забраться на стену. На стенах горели «магические огни» электрического освещения и стояла «магическая охранная сигнализация», поэтому даже спящий стражник отреагировал на рёв сирены и поднял шум.
В этот раз из «посоха» поражать врагов Иван не стал, а посмотрел, как действуют защитники города. Лампы, защищённые особо-прочным стеклом, нападающие стрелами разбить не могли, поэтому были видны, как на ладони, и успешно обстреливались стрелами.
Потеряв около десяти воинов, руяне отошли и до утра попыток напасть не предпринимали. Тела убитых лежали под стенами.