– Так и есть.
– Ну, значит, всё ладно! Ещё подлить? – Спросил Иван, поднимая флягу с вином.
* * *
Тихомир приехал в Росток ранее обозначенного срока. До праздника было еще два дня. Установленный в центре города шест с шаровым навершием с острыми лучами, символизирующим солнце, своей тенью ещё не доходил до установленного рунного камня.
На камне русскими буквами, стилизованными под руны, было написано: «камень установлен 966-го лета от рождества Христова правителем сей земли Яроликом подданным короля русов Накона Тихомира».
Князь стоял перед камнем и пытался прочитать выбитую на камне надпись.
– Что тут начертано? – Спросил он Ивана.
Иван прочитал.
– Сам начертал?
– Сам.
– Я руны не знаю. У нас только волхвы знают.
– Эти руны и ваши волхвы не знают!
Тихомир в который уже раз, посмотрел на княжеский терем.
– Веди, уже, в хоромы свои. Мочи нет смотреть на них. Такое только волхвам под силу…
– Это… вряд ли. Волхвы живут в землянках, да в дуплах.
– Да-а-а… Удивятся они, – делая ударение на второй слог, сказал князь.
– Удивятся и удавятся, – засмеялся Иван.
– Не боишься?
– Нет, князь, не боюсь. Опасаюсь. И стерегусь.
– Это верно.
На прямое крыльцо поднялись по трём ступеням и вошли через двойные распашные широкие двери в тридцатиметровый зал с очагом в центре. Вокруг очага была пристроена узкая каменная столешница. Очаг прикрывала железная решётка с полозьями, на которых стояли тоже решетчатые подставки для котлов и чайников.
Вокруг очага суетились сразу три женщины. Одна потянула кочергой подставку с чайником, та выползла. Чайник был подхвачен и снят с подставки.
– Тут хорошо зимой, тепло. Дым и горячий воздух поднимается наверх в дыры и проходит под полом второго яруса, грея его. Пол там из плит жженого глиняного камня. Сейчас, летом, жар туда не идёт, а уходит через тот дымоход в потолке. Дыры закрыты. Наверху не жарко.
Они прошли по нижнему этажу через анфилады комнат.
– Здесь всё женские и детские комнаты. Второй ярус мой… и твой. Но, там всё такое же. Потом увидишь. А вот двор…
Они вышли во внутренний десятиметровый двор, в центре которого стоял небольшой бассейн с фонтаном. В высокий колодец стен виднелось синее небо.
– Фонтанус! – Воскликнул князь. – Волшебство!
– «Ага, волшебство, – подумал Иван. – Год строили, а я бегал по лесу, охранял этих алкоголиков, поил и кормил. Хорошо, что зверья здесь немеряно. Но работников от вида мяса к концу года уже тошнило. Зато, шкур у меня сейчас…»
В углу двора стояли два деревянных кресла и небольшой столик, вырезанный Иваном лично из дубовых пней. Вся мебель в доме была сделана руками Ивана из местного дуба в подвале «терема» в шикарной мастерской, где имелись нужные ему станки, инструменты, дизель-генератор и звукоизоляция.
– Так живут боги! – Еле слышно проговорил Тихомир.
– Так живут обычные римские патриции, – засмеялся Иван, – но у них есть много рабов. А у вас рабов нет. Поэтому вы так жить не будете, пока не поумнеете.
– А у тебя рабы, или ты такой умный? – Разозлился вдруг князь.
– Я умный, – взяв его за руку, сказал Иван. – А ещё я… маг… Мне легче.
– А может ты бог?
– А может и бог… – усмехнулся Иван. – Садись, выпьем холодный компот.
Они сели, и женщина сразу принесла и поставила кувшин с компотом, лёд в вазе и кружки.
– Интересная одежда у… твоих женщин.
– Ткань римская. Как шить – я научил.
– Ты научил?!
– Я научил. Но я не бог. Я даю только знания.
– Боги дают знания, – отпивая компот, сказал Тихомир.
– Бог с ними, с богами, – засмеялся Иван. Завтра будет тяжёлый день. Надо убедить руян перестать грабить наши земли. Я не хотел бы действовать силой и давить на них. Что развело вас? Вы же один род.
– Не совсем один. Но не это главное. Когда-то Руян не был островом. Как рассказывали старики, однажды море нахлынуло на берег и размыло его. И Руян отделился от земли. Затопило и его, и нашу землю. Много людей унесло море. В основном все жили, как и сейчас, на берегу, ловили рыбу и били зверя морского.
– И что сейчас мешает заниматься тем же?
– Сейчас вообще всё по-другому. У нас слишком много богов. У каждого рода свой бог. И родовые жрецы спорят между собой.
– Вы же жрецам жертвы носите?
– Носим. Как без них?
– Вот за это они и спорят. Не за богов, а за то, сколько, и кто, им жертвы принесёт. У епископов тоже так. Хоть последнее, но отдай. Плохо это. У епископов, тоже сейчас начнётся деление. Они уже поделились на Рим и Новый Рим. Два Императора. И престол разделился. Дальше ещё хуже будет.
– Дальше, это когда?
– Через сто зим.