– А почему мы должны тебя слушать? – Хмыкнув, спросил Вислов. – Даже если ты и волхв, чародей, то ты чародей Накона. А у нас свои волхвы, их мы и слушаем.
– Я не волхв, и не чародей! Я – Яролик!
– Это ты сам так себя назвал?
– Мой Отец. Пока не стало поздно и пока ещё можно договориться, я прошу послушать меня…
– ТЫ убил моих людей.
– Они хотели напасть на мой город.
– Они хотели переправиться через реку.
– Они находились на нашей земле, были вооружены и раньше приходили разорять наши города. Мы имели право на первый удар.
– Это наша земля, – сказал Вислов и встал. – И право здесь наше. И ты первый убил моих людей.
Люди Вислова тоже все встали.
– Да, – я убил трёх твоих людей, а мог убить их всех. Да, я убил других твоих нескольких людей, а мог убить всех. Вождь может подтвердить, – ткнул Иван пальцем в «того вождя». – Я и сейчас могу убить всех вас, но я позвал вас сюда не для того.
Иван, говоря это, сидел, не поднимая на Вислова глаз, смотря ему в район живота, но договорив, посмотрел ему в глаза. Взгляд Вислова ему не понравился. Это был пустой тёмный взгляд убийцы.
– Я могу прямо сейчас убить даже твоих людей, скрывающихся в лесу. Хочешь? Проверь. Только кивни, и один твой человек умрёт.
Вислов сел.
– Какие люди? В каком лесу?
Иван махнул рукой на север.
– Там нет моих людей.
– А чьи там люди? – Громко спросил Иван, так, чтобы слышали все князья.
Все молчали.
– Значит – ничьи? – Спросил он, не услышав ответа. – Тогда сейчас они начнут умирать.
– Стой! Прости князь, – сказал один из приближённых Вислова и ударил его ножом в шею, но мгновением раньше, пока нож не коснулся шеи, пуля бесшумного пистолета ПСС, вылетевшая из рукава Иванова плаща, пробила убийце грудь. Он ещё постоял, оперевшись низом живота о стол, а потом завалился назад.
– Кто-то ещё хочет что-то сказать? – Спросил спокойно Иван.
Глава 5.
Князья сидели во внутреннем дворе его дома вокруг бассейна. Колодец стен хорошо отражал голос Ивана.
После инцидента с подручным Виславу князем, Иван убедил их перейти сюда, и по их лицам теперь видел, что они об этом не жалеют. Удобные кресла, прохлада от бассейна в душный июньский полдень, и хороший эль с вяленной форелью, – всё располагало к беседе.
В проёме дверей висела карта, нарисованная на большом холсте яркими красками. Карта Европы и Азии. В руках Ивана была лазерная указка.
– Ещё раз повторяю. Мы живём вот здесь, а это, – он обвёл указкой вокруг материка, – остальной мир. И то не весь. И везде живут люди. Очень много людей. Гораздо больше, чем у нас с вами. И все они соберутся и пойдут к нам. Если не сейчас, то скоро. Когда вырастут ваши дети, дети ваших детей. И они истребят ваши рода. Если вы не объединитесь и не забудете, где чья земля. Земля того, кто её может обработать, а не того, кто отберёт её у соседа. И земля здесь не самая лучшая. Эта земля никому не нужна. Всем нужны люди, которые её обрабатывают, чтобы с них брать дань.
– Чтобы что-то взять с этой земли, надо много знать и уметь. Я вас научу, как взять с неё, не убивая друг друга. И у вас нет другого выбора. Я не позволю вам жить иначе. И я не отбираю у вас власть, а даю её вам, потому что, ваш народ не будет больше голодать.
– Ты говоришь, как христианский бог… Ты хочешь накормить наш народ пятью хлебами? – Скептически спросил Вислов.
– Нет. Я мог бы это сделать, но я хочу, чтобы вы сами научились себя кормить.
– Ты Бог? Они, – он ткнул пальцем на Накона, – почитают того пророка, как Бога.
– Я не Христос, но я могу вас накормить. Да и кормлю. Год назад здесь не было ничего. Или хотите чуда?
– Убеди их, – попросил Након.
– Хорошо.
Иван встал, взял со стола вяленную форель, и обойдя всех дал каждому по рыбине, и в руках у него осталась всё та же форель.
– Но это – не божественное чудо. Это чудо познания. Но вы этого не поймёте.
Все сидели молча уставившись, кто на форель в руке, кто на Ивана, у которого оставалась всё та же форель. Подумаешь, десять раз сбегать в кладовую…
– Но они разные! Рыбины разные, – воскликнул Вислов. – Откуда ты их взял?
– Оттуда, – сказал Иван, показывая вверх. – Какая вам разница?
Ивану просто пришлось несколько раз «сходить» туда-сюда в будущее.
– Христианство не такая уж плохая религия. Она не хуже ваших. И мало чем отличается от ваших. И она победит вас, потому что у неё один Бог, а у вас множество. И заповеди у христиан понятнее и человечнее. Миролюбивей. Хотя они такие же люди, как и вы. Готовы убивать всех, кто не с ними. И вам придется принять не их веру, а их храмы. И платить им дань. Они сейчас сильнее вас. А вы станете сильными, когда я вас научу, тому, чего они не знают, и вы сами изготовите оружие, которого у них нет. И тогда вы победите всех.
Под оружием Иван имел ввиду знание, но не стал это уточнять.
– Главное ваше богатство – это люди. Берегите их…
– Ты предлагаешь нам перестать воевать? А как же Валгалла? Прикажешь нам умирать на мягком семейном ложе? Это не по-нашему праву. Я не согласен, – сказал Мстивой.
– Хочешь в Валгаллу? Можешь идти прямо сейчас!
Иван обвёл всех взглядом.
– Кто хочет в Валгаллу? Я устрою. Хотите погибнуть в бою? Выходите в круг, и улетите прямо сейчас. Есть желающие?
Почему-то желающих не было.
– Надо здесь создать хорошую жизнь, а не стремиться на небо. Если все уйдут в Валгаллу, кто здесь останется? Одни христиане? – Иван рассмеялся. Кто-то неуверенно его поддержал.
– Другого пути нет. Кто не с нами – тот против нас. Да… И заставьте жрецов работать. Кто не работает, тот не ест. Пусть колдуют в свободное от работы время. Сначала я буду помогать вам всем, давать всё, что потребуется. Накормить, напоить, построить. Вы наших гов18 видели? Нет? Пошли покажу.