– Да куда ж я без зала-то. Ты же знаешь – танцы бросить невозможно, – он снова задорно улыбнулся. – А ты как? Где отдыхал?
– Я не ездил в этом году никуда.
Этим летом он никуда не хотел. Не потому, что не позволяли финансы, или не было подходящей компании, или нельзя было вырваться с работы. Просто в этом году его жизнь особенно сильно удерживала его в Москве, и отрываться от всего того, чем он занимался, у него не возникло никакого желания.
Так уж повелось, что отпуск очень часто воспринимается как яркий и счастливый просвет в серой пелене повседневности, сотканной из нелюбимой работы, утомительного быта, нервного напряжения и скуки. В отпуск хочется сбежать, как в другую жизнь – ту, которой, как тебе казалось в детстве, ты и будешь жить. Отпуск планируют, о нём мечтают, его вспоминают и рассказывают о нём как об одном из лучших, а то и единственном интересном событии года. И, не успев вернуться домой, уже скучают по прошедшим двум неделям, едва ли не сразу же начиная ждать следующей возможности вырваться из надоевшей круговерти.
– А чего так? Надо же отдыхать! Поспать-поесть там, не делать ничего.
– Да я и здесь нормально ем и сплю. Не скучно было ничего не делать-то? – Андрея забавлял этот разговор, но при этом он ощутил пробежавшую лёгкую рябь раздражения, как обычно бывает, когда собеседники не понимают друг друга.
– Ну там-то не скучно. Да я и с девушкой ездил. Хотя, скажу я тебе, в такие места, конечно, лучше ездить одному – там такие красотки на каждом шагу попадаются! – И он усилил свои слова поднятием вверх большого пальца свободной от сумки руки.
– А ты-то им нужен? – не удержался от подтрунивания, – впрочем, по-доброму, – Андрей.
– Пф-ф-ф!.. – Макс закатил глаза.
Его уверенность в себе и собственной неотразимости не вызывала сомнений. Хотя он и в самом деле имел на это основания: спортивная фигура, приятная улыбка – и всё это приправлялось главным: легкостью в общении и чувством юмора.
– Там правда классно! – продолжал делиться впечатлениями Максим. – Знаешь, такая тотальная атмосфера отдыха: впечатление, что там в принципе никто никогда не работает – все только наслаждаются морем и свободным временем. Ну и контингент в основном – молодые и свободные. Так что эти настроения – они все в воздухе носятся, так сказать… Беззаботность и лёгкость – как раз то, что нужно. Мы могли бы в следующий раз вместе поехать – хочешь? Будем там зажигать! – И он весело, со значением рассмеялся.
– Посмотрим – ещё целый год впереди.
– И что с того? Много у тебя за предыдущий год случилось чего-то такого, что прямо жизнь поменяло? Это только так кажется – целый год. А на самом деле – всё одно и то же. И у меня, и у тебя – у всех.
– Да, что-то в этом есть…
Андрей подумал, что на этот раз его приятель прав. Он тоже замечал, что люди нередко отказываются что-либо активно планировать загодя. А тем не менее, если присмотреться – часто ли в жизни происходит что-то по-настоящему важное, действительно меняющее и её саму и, следовательно, вынуждающее отменить былые планы? Если бы он попросил, например, едва ли не любого из сотрудников компании, где он работал, назвать самые запомнившиеся ему события прошедшего года – всё, что те смогли бы перечислить, скорее всего, заключалось бы в поездке в отпуск да, пожалуй, каком-нибудь празднике или вечеринке.
«У всех ли так?» – промелькнуло в голове. Сам он ещё со школьных лет испытывал постоянную потребность в том, чтобы что-то делать: изучать ли что-нибудь новое, заниматься ли спортом. Как бы то ни было, сценарий, в котором есть только необходимости в виде работы и домашней рутины, его никогда не привлекал. Машинально он отмотал назад прошедший год: а он сам что бы выделил?.. Но Максим не дал ему возможности ответить на этот вопрос.
– Как в новой паре? – разговор снова вернулся к танцевальной теме.
– Ну пока нормально, – осторожно ответил Андрей. – Работаем, станцовываемся. Посмотрим, как дальше пойдёт…
Он аккуратно подбирал слова. Не то чтобы боялся сказать лишнего. Просто затронутый вопрос попадал под категорию важных для него настолько, что он почти физически ощущал, насколько хрупкий это предмет и как легко его повредить неосторожным обращением.
Сфера человеческих отношений – вообще вещь непростая. Столько всего в ней замешано! И особенности характеров, и разное восприятие одной и той же ситуации, и ожидания друг от друга. Поэтому даже когда партнёрство основано не на любовных чувствах, а на деловых или других общих интересах, взаимодействовать зачастую бывает очень сложно – пожалуй, даже труднее, чем в романтических отношениях, где многое сглаживается взаимной симпатией. В прочих же ситуациях этого спасительного элемента уже нет, а характеры и ожидания остаются.
– Что ж, удачи!
Молодые люди уже вышли из раздевалки и, заходя в танцевальный зал, кивнули друг другу на прощание. Каждый пошёл в своём направлении, переключившись на собственные мысли и задачи.
5.
Танцевальные залы могут быть разными: какие-то из них – просторные, другие – компактные; квадратные и вытянутые, выстеленные паркетом или ламинатом, а то и вовсе деревянными досками. Зал может находиться в школе, в старом ДК, в отдельном здании, даже в торговом центре. Но всех их объединяет одно: зеркала. Где-то их больше, где-то – меньше, но любой танцевальный зал обязательно будет с зеркалами. Танцору немыслимо, отрабатывая элемент или фигуру, не смотреть хотя бы периодически на то, что он делает и как это выглядит со стороны.
А ещё в танцевальном зале всегда звучит музыка. То тихо, фоном, сопровождая рабочий процесс. То льётся мощным потоком, будто давая дополнительную энергию выкладывающимся в полную силу парам. Разные мелодии, разные стили – но тишина в танцзале если и возникает, то ненадолго. Без музыки танцоры не могут – как и без зеркал.
За годы своей танцевальной карьеры Андрею, как и большинству его коллег по цеху, доводилось заниматься в разных местах. Зал, куда он пришёл сегодня, нравился ему больше других. Просторный и светлый за счёт больших окон, он находился в одном из старых, массивных зданий в центре Москвы, где потолки, кажется, уходят в бесконечность, а положенные больше ста лет назад шашки паркета – всё такие же прочные и ровные.
Лето и связанная с ним пора отпусков и спортивных сборов, когда танцевальные залы пустеют, заканчивалось, и в помещении уже стало довольно людно. Но первой, кого увидел Андрей, была что-то отрабатывавшая перед зеркалом Нина – его новая партнёрша, с которой они образовали пару около трёх месяцев назад. Среднего роста, но казавшаяся выше за счёт подтянутости и какой-то особенной аккуратности, с тонкой талией и тонкими же лодыжками – идеал фигуры танцорки. Её прямые тёмные волосы, которые она обычно носила в виде «каре», сейчас были подобраны по бокам – видимо, ей уже стало жарко от физических усилий. Заметив приближающегося Андрея, она прервала свои упражнения и, подставляя щёку для короткого дружеского поцелуя-приветствия, произнесла:
– Вадим сказал, что задерживается, – на час позже начнём сегодня.
Вадим был их тренером. И не просто преподавателем – обожаемым гуру. Вообще, в любом деле хороший учитель – это всегда больше, чем просто человек, который даёт информацию или развивает навыки. Он прививает или усиливает интерес ученика к предмету – будь то обязательная программа или выбранное им самим дело по вкусам – и в итоге воспитанник приобретает не только знания, но и новое мышление. Параллельно с изучаемой сферой он изучает и какую-то часть самой жизни через личность и мировоззрение преподавателя. Именно таких учителей помнят всю жизнь, и так же надолго остаются в памяти знания из той области, что они давали. Настоящий учитель – о чём бы ни шла речь – не только специалист. Он искренне заинтересован в том, чтобы действительно научить и, возможно, даже что-то изменить в представлениях своих учеников как о том, чем они занимаются, так и о жизни в целом.
Вадима Андрей знал уже несколько лет и считал его своим главным тренером, поскольку именно он и в самом деле когда-то изменил его как танцора. Обо всех своих преподавателях – а любой танцор за годы своей карьеры так или иначе успевает поработать с разными педагогами – он мог сказать, что те знали своё дело. Но именно Вадим оказался настолько талантливым, чтобы суметь вывести Андрея на совершенно другой для него уровень. Кроме того, только он по-настоящему поверил в своего ученика.
Поверил, что, даже начав заниматься во взрослом возрасте, при должном подходе можно достичь тех же результатов, что и у спортсменов, пришедших в спортивные танцы в детстве.
– На час позже? Ну ладно…
Андрею и в самом деле было неважно, во сколько начнётся их урок, – в зале всегда есть, чем заняться: самостоятельной отработки много не бывает, даже если ты чемпион мира. Но он обещал Марине, своей девушке, что сегодня вернётся домой пораньше. Мысленно он вздохнул. Опять объяснять, опять оправдываться – хотя он ни в чём не виноват. Да ведь и она, конечно, не виновата, что хочет его видеть.
– Что такое? – От Нины не ускользнула тень досады, пробежавшая по лицу её партнёра.
– Всё нормально, занимаемся, – он искренне улыбнулся. Как бы то ни было, тренировка для него – приоритет.
С Мариной они познакомились незадолго до новогодних праздников. В небольшой компании старых приятелей Андрей отмечал день рождения друга в одном из московских клубов с бильярдом и караоке. Ребята с удовольствием проводили время – пиво, разговоры, игра. В какой-то момент за соседним столом появились три девушки. Две из них довольно быстро стали сначала как бы невзначай, а затем уже и более открыто кокетничать с их компанией – и вскоре по обоюдному желанию разнополые кланы объединились для продолжения вечера.
Все три барышни обладали вполне симпатичной внешностью, все были в хорошем настроении и непринуждённо вели весёлый, пересыпаемый шутками, разговор. Но для себя Андрей выделил Марину. Она единственная из девушек не проявила инициативу первой и, в отличие от подружек, больше молчала – а её участие в беседе заключалось, скорее, в улыбках и коротких ответах на обращённые непосредственно к ней вопросы. В дополнение к этому её длинные светлые волосы и голубое платье из какой-то мягкой ткани создавали нежный, женственный образ. Прежде чем расстаться, Андрей обменялся с девушкой номерами телефонов.
Марина оказалась его ровесницей. Она работала в туристической фирме, а в свободное время любила читать, ходить на выставки и сама иногда немного рисовала – как она выразилась, «для души». Всё это он узнал уже через пару дней, когда состоялось их первое свидание. Оно прошло в лёгкой атмосфере, которая рождается, когда встречаются молодые свободные люди, которые нравятся друг другу. Андрей выбрал подходящее место для встречи – и их непринуждённая болтовня оказалась к тому же удачно приправлена качественной едой и уютным интерьером.
В течение следующей недели они встретились ещё дважды.
– Как ты будешь отмечать Новый год? – спросил Андрей.
Она пожала плечами:
– Наверное, пойду в гости, одна компания собирается…
– А твоя компания не очень обидится, если ты пойдёшь в другую? – Он со значением улыбнулся. – Мы с друзьями едем за город, – продолжил Андрей. – Двух из них ты даже уже знаешь. – И по тому, как озарилось её лицо, он понял, как хотела девушка получить это приглашение.
Неделя наступивших новогодних каникул прошла в приятной праздности. Они гуляли по разукрашенной Москве, отогреваясь потом в каком-нибудь из бесчисленных кафе или ресторанчиков, ходили в кино, а то и просто бездельничали у него дома. Как-то постепенно там стали появляться вещи Марины, а вскоре она словно мимоходом заметила:
– Я столько времени провожу у тебя, неудобно постоянно всё туда-сюда возить от родителей – ты же не против, если я кое-что оставлю здесь?
– Нет.
А ещё через пару недель они решили, что им стоит жить вместе.
В тот период Андрей как раз был без танцевальной пары. Его тогдашняя, – точнее, уже ставшая бывшей, – партнёрша Алина за пару месяцев до Нового года решила продолжать свою танцевальную карьеру в новой паре. Танцевальный мир, как и любая другая сфера, в которой человек вращается хоть сколько-нибудь долго, на поверку тесен, и все так или иначе друг друга знают. Так что секрета, с кем она будет танцевать дальше, ни для кого не было. Это был спортсмен объективно более высокого уровня, нежели Андрей, – и разумеется, этот факт не мог не уязвлять самолюбия молодого человека. Он ведь начал взрослым, тогда как по распространённому мнению, чтобы иметь возможность называться настоящим танцором, нужно приступать к этому занятию в детстве. И несмотря на весь свой колоссальный труд, на то, что он действительно сумел перешагнуть заветный рубеж, Андрей вдруг снова почувствовал себя неумелым «начинашкой».
Ситуация, когда какие-то пары распадаются, а другие создаются – дело обычное, и жизнь для всех продолжается. Тем не менее, найти новую партнёршу, подходящую и по уровню, и по готовности работать в зале, и – важный момент! – по росту и комплекции есть задача и так непростая, а уж в разгар спортивного сезона – и подавно.
Той зимой у Андрея не то чтобы снизилась мотивация, но из-за отсутствия пары – а значит, и совместных тренировок и турниров – количество часов, которые он проводил в танцзале, автоматически уменьшилось. Так что образовавшееся свободное время естественным образом заполнилось так называемой «личной жизнью».