– Я знаю свой народ. Кузнецы Менуэла честные, они никогда не возьмут себе ничего чужого.
– Ты говоришь о простонародье. А вот те, кто обитают в твоем замке, не всегда бывают честны. Особенно с тобой.
– И об этом я, к сожалению, уже знаю. Тех, у кого сильно развит интеллект, особо тянет на разные каверзы и интриги, а вот простой народ любит меня.
– Они будут любить того короля, которого над ними поставят, кто бы он ни был. Хотя знал я один народ, который без конца свергал всех неугодных ему правителей, пока не нашел того, кто, на их взгляд, достоин любви и поклонения. Если только их выбор не ошибочен.
– О народе какой страны ты говоришь? Она далеко от моего королевства?
– Не важно! – Эдвин только сейчас заметил ожог, расцветавший алым пятном, на руке Корнела. – Пойдем!
Он поманил юношу глубже в чащу. Опасно идти в дикие заросли вслед за тем, кого едва знаешь. Но Корнел пренебрег осторожностью. Даже если Эдвин приведет его к разбойничьему логову, то некого будет винить за это, кроме себя. Корнел понимал, что легко поддается очарованию незнакомца, но ничего не мог с собой поделать. Он шел по лесу, который становился все необычнее на вид. На деревьях появлялись плоды и цветы, не похожие ни на что из того, что он до сих пор видел. Мелькали животные, названия которым он не знал, и вид которых был более, чем причудливым. Одна птица с опереньем по цвету, похожим на радугу, села на ветку ясеня и что-то загоготала. И Эдвин вдруг ответил ей что-то на непонятном языке.
Корнел опешил и чуть не наступил на черепаху, панцирь которой по цвету напоминал большой сапфир. Зеленые изумрудные ящерки бегали по бурелому. В кустах малины порхали бабочки размером с ладонь.
– Смелее! – Эдвин подвел его к источнику, текущему радужной струйкой прямо по мху. Вода была радужной в прямом смысле. Ее поток состоял из семи цветов, а не был прозрачным, как обычная вода в реке.
– Она исцеляет ничуть не хуже, чем мазь, приготовленная королевскими лекарями, – Эдвин заставил Корнела опустить руку в воду. Вначале было больно, но через минуту ожог уже прошел.
– Так ты волшебник! – Корнел с изумлением смотрел на свежую кожу на месте недавнего крупного ожога.
– Не забивай себе этим голову. И особо не верь волшебникам. Твои придворные маги те еще плуты и обманщики.
А то он сам этого не знал? Корнел весело улыбнулся.
– Такого друга, как ты полезно иметь! А тебе нравится, что твоим приятелем стал король этой страны?
– Я рад, – какой безразличный тон. – И я буду ждать тебя здесь каждое утро, если вдруг захочешь обсудить со мной проблемы своей страны.
Корнел чуть было не брякнул, что для этого есть советники, а дружба нужно для другого, но это прозвучало бы как оскорбление. Типа предупреждения не лезть не в свое дело.
– Уже смеркается! – предупредил Эдвин. – Будь осторожен по пути обратно. Старайся, не заговаривать ни с кем.
Как быстро опустились сумерки. Корнелу, казалось, что он пробыл в лесу только час, а день уже кончился. С Эдвином расставаться не хотелось, но и спать в лесу тоже не лучшая идея. Интересно, а куда отправится ночевать Эдвин? Он знает, где здесь расположен заброшенный охотничий домик или избушка егеря? А может, его дом стоит как раз на границе королевств за лесом?
Корнел никак не мог набраться смелости задавать вопросы напрямую. Сам вид Эдвина его смущал. Стоило глянуть в бездонные лазурные глаза, и все мысли путались.
По дороге домой Корнел заметил своего знакомого карлика, только уже не в жженом кругу, а на перекрестке дорог за лесом. Низкорослый человечек в алой накидке поспешно что-то собирал и отпускал приглушенные ругательства. Корнелу его шиканье показалось абсолютно бессмысленным.
– Не могли убить так, чтобы пряжки не разлетелись!
– Добрый вечер, добрейший! – поздоровался юноша, потому что опять не мог развернуть коня так, чтобы объехать карлика стороной.
– О, ваше величество! – карлик уже знал, кто перед ним, и тон его стал заискивающим. – Подбираю тут все, что осталось от одного почившего молодца, кстати, очень на вас похожего. Но вы проезжайте мимо, не беспокойтесь.
И карлик поспешно отпрыгнул с дороги.
– Интересно, откуда он узнал, что я король? – задал Корнел вопрос сам себе. И веточка в его кармане вдруг хрустнула, словно давая понять, что вопрос абсолютно бессмысленный.
Во дворе замка собрался с копьями и оружием тот же самый отряд, с которым Корнел разминулся, когда ехал утром в лес. Охранники Стефана, он не ошибся. Дело у них, очевидно, шли не очень. Кажется, один из них случайно напоролся на штыки своих же товарищей. Теперь им занимался лекарь, промывая раны водой из колодца. Все они уставились на приехавшего Корнела так, будто в замок пожаловал призрак. Юноша, стараясь не обращать на них внимания, стреножил коня и прошел мимо.
Солнце давно склонилось к закату, а он спешил в королевскую библиотеку. Сейчас не время ее посещать, но ему было нужно срочно кое-что проверить. Корнел отнял ключи у заспавшегося куратора, ворвался в пыльное помещение и стал искать на полках, затянутых паутиной, том о животных и растениях лесов Менуэла. Позорно быть королем страны и не знать ничего об ее флоре и фауне. Сегодня перед Эдвином он выглядел полным идиотом. Даже не знал, откуда берется радужная вода и что ею можно лечить раны лучше, чем листом подорожника.
Зевавший куратор зажег свечи и ушел, а юноша все сидел над книгой и никак не мог найти в ней ничего из того, что видел сегодня. Неужели том не тот? Какая-то книга, упав с полки, щелкнула Корнела по лбу. Она открылась сама. А зверек, похожий на белку, юркнул на полку, где она стояла.
Юноша склонился над сиявшей страницей. На развороте было нарисовано нечто с крыльями и чешуйчатым гребнем на позвоночнике, с хвостом, свившимся золотыми кольцами и головой, украшенной шипами, как короной. И это нечто называлось драконом. Красная подпись внизу это точно обозначала.
– Последний раз с ним вступал в контакт король Родерик Третий, – прочел Корнел конец подписи. Надо же, речь шла о его дедушке! Но что значит «вступал в контакт»? Дедушка дожил до глубокой старости, и никакой дракон его не растерзал. Выше шел список еще из нескольких имен. Король Эдуард, Родерик Второй, Родерик Первый – все предки Корнела. И что же все они вступали в контакт с драконом? Что бы это могло значить? Может, тут дано какое-то условное обозначение или метафора? Корнел перевернул страницу и увидел зарисовку войска, на которое с небес дышит огнем дракон. Подпись под войском гласила «враги Родерика Третьего». Корнел чуть не опрокинул свечу, страницы зашелестели у него под пальцами. Он листал одну за другой, разглядывая жуткие рисунки и подписи, часто в стихах или на незнакомом языке. Тут были зарисовки того, как выглядят поселения, обращенные в пепел огнем дракона. Страницы, на которых драконам приносят в жертву юных дев, почему-то были перечеркнуты, но вот изображение того, как выглядят искалеченные или обожженные драконом тела остались. Корнел смотрел и узнал увечья своего отца. А потом шел целый список городов и деревень, уничтоженных огнем за последние двести лет. Странно, но в списке оказались только земли заклятых врагов Менуэла. Сам Менуэл не палили ни разу. Во всяком случае, ни одного его селения в список внесено не было.
Особенно Корнела заинтересовала полупустая страница, где красными чернилами было выведено «вечная дружба», а внутри коронованного сердца написано два имени, сплетенных росчерками пера. Край страницы крошился пеплом. Очевидно, когда-то давно к нему слишком близко поднесли свечу. Вот и сейчас Корнел поднес свечу слишком близко, и пламя чуть не лизнуло лист.
Всего два имени и оба знакомые. Родерик Третий и Эдвин.
Эдвин!
Корнел выронил свечу, и в библиотеке вспыхнул пожар.
Смерть по соседству
Мало ли молодых людей с именем Эдвин ездят по Менуэлу или его окрестностям? Корнел тяжело оправлялся от ожогов и только и думал о том, как ему снова попасть к исцеляющему радужному ручью. Ночью к нему заглянула Ливела и шепнула:
– Всё хорошо! Дракон близко!
Ну, успокоение! Кто ее только пустил в королевскую опочивальню. Пожар быстро потушили, но несколько ценных фолиантов оказались безнадежно испорченными. Сгорели стол, несколько стульев, полки сильно подкоптило. Ущерб незначительный, если учесть то, что мог сгореть весь замок. Книги хорошая пища для огня. Повезло, что подбежавшие слуги справились с пожаром в считанные минуты. Корнелу тоже повезло, что кто-то подхватил его и выволок из огня. Кто-то с крыльями, кто вытащил его прямо в окно! Этот кто-то был крупным и светящимся, или это от огня в глазах все сияло? Корнел хмурил брови, пытаясь точно припомнить, но в голове все путалось.
Ну и незадача! Сгореть живьем, едва тебя успели короновать! Даже Стефан выразил соболезнования кузену и прислал изысканный подарок – сорочку из редкой восточной ткани, которая могла успокоить обожженную кожу. Странно, почему он не оставил ее себе? Обычно он не любил ничем делиться.
Сорочка была нежной на ощупь и вытканной причудливыми символами. Корнел померил ее лишь раз. Она прильнула к коже, даря временно облегчение, после которого тут же стало еще хуже. Корнел снял ее, скомкал и бросил в угол спальни.
– Лучше сожги ее! – посоветовала Ливела. Ее симпатичное личико внезапно выглянуло из зева потухшего камина. Золой оно перепачкано не было. Как она только оказалась там? Не успел Корнел ее пожурить, как она уже канула в темноту. Неужели ребенок лазает по дымоходу? Или это сильно ударился головой, когда начался пожар в библиотеке.
Ожоги не прошли, а Корнела начало еще и знобить. Тем не менее, он не собирался отсиживаться дома. Уже утром он приготовился снова ехать в лес. Нужно повидать Эдвина.
– Ваше величество, осторожнее! – предупредил Хью, седлавший коня. – Говорят, ближайшая к нам деревня сгорела вчера от налета… дракона.
Последнее слово он выговорил с трудом, будто это было маловероятно.
– Так и говорят? – Корнел заметил, как самодовольно смотрит на него Стефан с верхней галереи замка, будто радуется его болезни.
– Говорят, налетел вечером и все сжег. Но я думаю, что крестьяне могут так оправдывать свою безалаберность. Напились на празднике, уронили факел на сено или костер разожгли недалеко от скирд, только что собранной соломы… Я знаю деревенскую жизнь, когда в селе танцуют вокруг костра и пьют…
– А что у них был за праздник? Для сбора урожая рановато.
– К ним вдруг заехал какой-то вельможа, вот они и обрадовались. Уцелевшие девушки так говорят, но они сильно обожжены. Они убежали, а вся деревня сгорела дотла.
– Значит, я уже не смогу отыскать его свирель… – Корнел опечалился.
– Что, ваше величество? – Хью, конечно же, не понял его.