<< 1 ... 4 5 6 7 8 9 10 >>

Ника Никулина
Ничтожно маленькая Аэйровия

– Да, – спокойно отвечает мертвячка.

Лишь зло цокаю. А криккенерка продолжает:

– Я тут недавно. Но все говорят, что вы наш новый предводитель. А воля предводителя – для меня закон. Если вам что-то не нравится…

– Все. – отвечаю холодно. – И эта мебель уродская, и эта вечная темнота, и эти идиотские змееподобные цветы на потолке, стенах, слава Всетворцу хоть не на полу! Этот гнетущий черный, эти закупоренные окна…

– Вы ведь нами руководите, – перебивает мертвячка своим безразличным голосом. – Что вам мешает приказать, – она подходит к «цветочку» и просто-напросто срывает его, – изменить интерьер замка?

Я останавливаю свой взгляд на криккенерке, а затем задумываюсь. А почему бы и нет? Она права, у меня есть власть, можно ей и воспользоваться. Вот, Эйрефор, подлец, специально ничего не менял, надеялся, что за дело возьмусь я! Ну, что же. Идея мне нравится. Пока все равно не придумал очередной неудачный план побега… Можно все тут и поменять. Дабы на психику не давило. Авось что-то и удачное в голову придет.

– Подождите, – и эта мертвячка куда-то убегает прочь. Из-за этой вездесущей темноты вообще ничего невозможно увидеть.

Продолжаю сидеть и думать. И через какое-то время появляется целая бригада криккенеров. Мертвецов двадцать. Или даже больше.

– Это пока все, кого я смогла найти. Прибегут и остальные. Вы просто скажите, что нам надо нужно сделать, – говорит та криккенерка.

– Ну, – я откашливаюсь и скучающим голосом говорю, – для начала. Нужно снять все эти «цветы». И добавить немного света. Канделябры, подсвечники, или даже применить магию. И еще насчет окон. Кто-то из вас хорошо знает магию искажения пространства? – я спускаюсь вниз. Ко мне подходит мужчина, лет пятидесяти, накачанный, в тунике с разорванными рукавами, а рожа такая перекошенная, что на нее даже неприятно смотреть, лицо покрыто многочисленными шрамами, царапинами и синяками. Оружия немерено: различные кинжалы, кастеты, молот за спиной, на кожаном поясном ремне болтаются два меча. Такой криккенер, явно, не стал бы себя вешать…

– Предположим, что это я, – отвечает он грубо-равнодушным голосом. – Что вы хотите?

Я пытаюсь найти подходящее окно. Низины погребите, не слишком удобно рыскать в темноте. Через минуту надо мной появляется яркий красно-синий пучок света.

– Спасибо, – холодно благодарю мертвеца. Как оказывается, я не в том месте искал и чуть бы не налетел на опорную колонну. Найдя заколоченное оконце, я спрашиваю:

– Можешь ты сделать тут вот такую иллюзию, – призадумываюсь, – чтобы создавалось впечатление того, что замок стоит… посреди леса?

– Конечно. Без проблем. Это двадцатый этаж, значит, надо немного подумать, – затем мертвец чешет в затылке и начинает вертеть руками. Против воли хмыкаю. Никогда бы, честно говоря, не подумал бы, что такой бугай, нет, бугающе знал магию.

Наконец, вместо заколоченного окна я вижу, пусть и не совсем реалистичную, но картину. Словно замок стоит на обрыве, а внизу синее море. Больше похоже на огромную иллюстрацию, вырванную из книги и приколоченную на стену.

– Неплохо. А в движении сможешь сделать?

– Это что-то вроде эскиза. Просто, первое, что пришло на ум. Это всегда было моей мечтой, быть магом и воином одновременно, – почему-то говорит этот здоровяк. – Пока мне не воткнули нож в спину. Мне. Джеку Кровопускателю. Это было предательство, – криккенер затыкает себя и спрашивает. – Как получилось?

– Хорошо, – смотрю на иллюзию. – Мне так больше нравится. Только ты потом сможешь изобразить лес? Красивый зеленый лес. Где очень много сосен. Просто… такой растет рядом с Вяземой.

– Конечно. Вязема на Севере?

– Да.

– Предводитель. Я всегда вами восхищался, – неожиданно заявляет этот «кровопускатель», – вы хоть наших и многих зарезали, но вы были достойным противником. И хорошо, что вы теперь на нашей стороне.

Пожимаю плечами. Не хочу огорчать этого мертвяка, но я по-прежнему ни на чьей стороне. Мне и те противны и те.

Затем говорю:

– Еще бы мне хотелось, чтобы мне принесли зеркало и посветили.

Моя просьба была тут же выполнена, и я внимательно стал вглядываться в себя. К двум разноцветным глаза я привык, но меня поразили ни с того ни с чего выросшие волосы, которые стали даже мешать моему обзору. Самое интересное, что корни у них уже не были белыми, а это означало только одно…

– Позовите сюда цирюльника и отрежьте эти идиотские волосы вместе с этими бровями. Кроме этого, я еще хочу, чтобы в замке…

И принялся раздавать указания. Я тут все начинаю менять не потому, что мне вдруг неожиданно понравилось быть предводителем.

Мне просто надоела здешняя обстановка.

Глава 3

Как перестроить замок и перестать звонить

– Работка-то бурлит. Зреть могу я, батька занят делом наш. Задорно, задорно, однако. Этого после делать собрался дальше что ты? – подходит ко мне Эйрефор.

С трудом перевариваю его последний вопрос и продолжаю по-прежнему работать.

Мы стоим в широком коридоре. Повсюду много криккенеров. Все они заняты делом: кто-то сбивает черную плитку с пола, обнажая серовато-бурый шероховатый пол, кто-то же убирает темные панели со стен, кто-то предварительно переносит в другие комнаты различного типа уродливости украшения. А мне же выдали хорошую такую большую кувалду, с помощью которой я не без удовольствия ломаю гигантские шипы. Процесс у меня не всегда получается контролировать, поэтому иногда я выламываю целые куски стен. Ничего. Новую построят.

Вот стою я и все ломаю, а в голову закрадываются подозрения. Словно все эти мертвяки специально ждали моей команды… такого момента, когда же я возьмусь за дело. Во, Эйрефор, вот подлец же.

– И не надейся. – отвечаю через некоторое время, срывая «очередной» цветок. – Это мой первый и последний приказ. Просто меня достало это уродство. Мрачно, жутко. Да, и без работы можно сойти с ума.

– Вестимо за тем, лученосный наш корононосец, сбрить решил локоны свое чудного снежного цвета решил скуки из-за. Не задорно-не задорно, – он обходит меня и смотрит прямо в лицо. – Зиждителя ради, а бровушки то зачем обстругал? Личико твое черепушку-то мереть отметила словно.

– Мне захотелось побыть лысым, что в этом странного? – я поглаживаю череп и отмечаю, что волосы не очень-то торопятся отрастать. Надо просто подождать, зря я волнуюсь. А если ничего не вырастит, либо татуировку сделаю, либо в капюшонах буду ходить.

– Батюшка наш величавый волен сотворять с собой, что душе его задорно и задорно. Ребятушки лучезарному помогчают. Молодчик, молодчик, Аллариан. Выходит задорно, – хитро улыбается криккенер. Ну, конечно, будут мне эти дохляки помогать. Как бы не так. Все это спланировал ты, Эйрефор. Создал видимость того, что у меня будто бы есть власть. На самом же деле они все подчиняются тебе. А твой приказ – исполнять мои приказы. За исключением того, чтобы я не срывал замки.

Эйрефор покачивается, а затем говорит:

– Аллариан, понимать начинаешь котяток. Бишь тоби не любливали обстановку эту они. Поголовно хоть подохли мы, но жить не задорно согласия не давали.

Я ничего не отвечаю и перехожу на другую стену.

– Вопрос мой скудоумный, но сим вопрошаю я: собрался все содрать ты али оставишь эдакое что?

– Ну… честно говоря, нет, – прекращаю работу. – Даэйгоров невозможно запереть на поверхности: они могут перемещаться в пространстве. А этот замок удерживает их. Просто я не могу понять, почему тут не была оборудована тюрьма для металлоплотных. Пускай с «цветочками» поживут, – хмыкаю и задумываюсь. Представляю, как буду особенно ненавистных мне даэйгоров заточать сюда. Затем встряхиваюсь. Я же вроде как собрался не помогать этим мертвякам, низины всех побрал!

– Задорно, задорно, – хвалит меня Эйрефор, а затем хитро прибавляет. – Бишь тоби не осенило так почему меня? – делает вид, словно эта идея только что ему пришла в голову. – Дело ладится у тебя. В духе том же продолжай, царь, незадолго конченный доселе не бывший наш.

– Ну, уж нет, спасибо. Я все тут переустраиваю потому, что мне надоела здешняя обстановка. И все, – вздохнув, отвечаю.

– Нет сомнений ни у кого в чистоте намерений твоих, – улыбается во весь рот криккенер, обнажая ряд неровных зубов. – Забавляйся, батька, забавляйся. Ну, а уж пора в дорогу-путь мне.

– Куда намылился?

– Эдакий непонятливый, Аллариан, ты. Не задорно, не задорно. О чем поведать изволил тебе, цель какую поставил себе я? Бишь тоби глаголю, мечты мои о союзе смеретенных и полусмеретенных. Задорно, на крылышках союз мой желанный не прилетит. Бишь тоби долг мой таков: на поверхность выйти, убедить братьев наших мясометаллических. Ты – заправляй тут, а я – туда, – он показывает в потолок. – Задорно, но времени сполна должно пройти, прежде вернусь я чем, – махает мне рукой и медленно проваливается под землю. Я провожаю его уничтожающим взглядом, а в ответ мертвец лишь мило улыбается и махает мне весело рукой.

Закончив работу, я успеваю вымотаться и проголодаться. Интересно, а сколько времени все же прошло? И как же это неудобно, не знать, что на улице: день или ночь! Приходится как-то ориентировать по своим потребностям: захотел есть – поел, захотел спать – поспал. Помню, что после того, как я вместе с Линой вырвался из этого ужасного плена, то долго не мог привыкнуть к привычному распорядку дня. Бывало до обеда сплю, но в то же время ложился посреди ночи. Или же свалюсь днем, а всю ночь бодрствую. Ужасно, в общем, это все. Не задорно, как-то, не задорно. Тьфу, уже начинаю думать, как этот идиотский криккенер.

<< 1 ... 4 5 6 7 8 9 10 >>