Я почувствовала, как вокруг меня сжимаются железные тиски. О желанной свободе теперь можно было забыть. Теперь меня точно не отпустят. Даже если удастся отделаться от Лунного, Совет и сам король в курсе моей маленькой тайны. И они-то точно не оставят меня в покое.
– Но я же полукровка! Сколько во мне той крови?! – Я попыталась привести очередной аргумент в попытке избежать уготованной мне участи.
– Достаточно, чтобы ты могла обернуться. Надеюсь, что и для наших целей этого хватит.
– Надеешься? – всерьез возмутилась я. – То есть ты даже не уверен? А если ничего не выйдет?
– Если ничего не выйдет, то вся Долина превратится в огромное выжженное пепелище, станет могилой для тех людей и лаэров, что не успеют вовремя убраться за перевал!
– Ну, так перевезите всех в безопасное место! – Я всплеснула руками, не зная, что еще предложить.
– Издеваешься? – фыркнул Лунный. – Ты хоть представляешь, сколько жителей насчитывает Долина? В одном только роде Белого Полумесяца несколько сотен семей. Это тысячи лаэров, Мел! То же самое и в других кланах. Я уже не говорю о людях, которые, словно тараканы, наводнили города и села. И куда ты предлагаешь их всех перевезти? За перевал? Здешние города не вместят и десятой доли страждущих. Да и не станут лаэры покидать Долину… – Теар глубоко и тяжко вздохнул. – Наш дом там, где волнуется Серебряная роща и блестит на солнце гладь озера Эйл. Наши родовые связи слишком сильны и важны, чтобы лишиться всего в одночасье.
Я не нашла что ответить. Я вообще не понимала, как к этому относиться. Мне попросту не верилось в происходящее, а в свои собственные силы я не верила и подавно. Кто я такая, чтобы участвовать во всем этом? Разве женщина, да еще полукровка, может помочь сдержать могущественного демона?
Немыслимо… и кто бы знал, как мне сейчас хотелось исчезнуть! Вернуться в свой деревенский домишко и заниматься простыми и понятными хлопотами. И зачем я только согласилась поехать с Лунным?!
– Знаю, для тебя все это звучит дико, но… – Теар не успел договорить. Снаружи вдруг послышался шум. Испуганно заржали лошади, а потом до нас донесся страшный грохот. Экипаж резко остановился, отчего его занесло в сторону, и я чуть не свалилась с сиденья. Хорошо, что Лунный вовремя успел меня подхватить.
– Засада! – раздался яростный крик, и в тот же момент итару метнулся к дверям, на ходу меняя ипостась.
– Не высовывайся! – крикнул он мне и выпрыгнул наружу, ощетинившись острыми шипами, что в лохмотья порвали дорогую рубашку и плотную ткань сюртука.
Геройствовать я не собиралась. Испуганно забилась в угол, забравшись с ногами на сиденье. Сердце гулко колотилось в груди, а ладони мгновенно вспотели. Я отодвинула в сторону занавеску и осторожно выглянула, но увидела лишь груду камней и облако пыли, в котором проносились размытые темные силуэты.
Горло сжалось от страха.
Что, шерх меня задери, происходит?! Почему на нас напали?! Кто?! Уж явно не простые разбойники. Людям не под силу устроить обвал такого масштаба, да и не осмелились бы они напасть на лаэров. Помимо самого Теара, с нами ехало двое охранников, и, судя по звукам, на горной тропе вовсю шел бой. До меня доносился разъяренный звериный рык, глухие удары, скрежет когтей по камню, топот ног и четкие команды противника.
Многоликий Эхжи, сколько их?! С десяток, больше? А Лунных всего трое!
Что-то с гулким ударом впечаталось в повозку. Я непроизвольно вскрикнула, подскочив на месте. Заметалась взглядом по стенам, в надежде отыскать хоть какое-то оружие, но кроме поганой занавески на окне, здесь и схватиться-то было не за что!
Дверь распахнулась рывком, и внутрь ввалились сразу двое. Лаэры в боевой ипостаси. Я все-таки сорвала занавеску, швырнула в лицо первому, лишив его возможности ориентироваться, и, опершись о сиденье, ударила противника ногой в грудь. Жаль, отшвырнуть далеко не вышло. На подмогу поспешил второй, схватил меня за лодыжку и дернул на себя. Я сползла на пол, больно приложившись плечом о доски. Забрыкалась, что было сил, лягаясь, словно необъезженная кобыла, и пытаясь скинуть с себя чужие руки.
– Ах ты, сучка! – Удар когтистой лапы пришелся по голове. В ушах загудело, перед глазами поплыли черные пятна. Я судорожно вздохнула и заморгала, пытаясь разогнать тьму. И тут меня вздернули на шкирку и выволокли на улицу, словно какую-то бродячую псину.
Я тряхнула головой и заозиралась по сторонам, ища Теара. Клубы пыли закрывали обзор, но несколько бездыханных тел на земле я все же заметила. С ужасом узнала в одном из них нашего сопровождающего. А в следующий момент поняла, что меня тащат куда-то в сторону.
– Пусти-и! – заорала я что есть мочи и попыталась пнуть похитителя.
Тот грязно выругался и тряхнул меня, словно я была невесомой тряпичной куклой. Потом перехватил поперек тела, заламывая руки за спину, и я взвыла от боли. А в следующий момент что-то огромное и стремительное отшвырнуло мучителя в сторону. Яростный рык прорезал пространство, и у меня не возникло сомнений, кому он принадлежит.
Теар.
Одежды на нем почти не было. Рубашка висела рваными лоскутами, лишь местами прикрывая тело. В прорехах мелькала серебристая броня. Мне было достаточно мгновения, чтобы понять насколько он зол. Лунный скалился отросшими клыками, в потемневших глазах его горела ярость. На руках вздулись вены, а с огромных загнутых когтей капали сгустки чужой крови. Он ловко завел противника себе за спину, нагнулся, хватая того за горло, и одним резким движением сломал лаэру хребет. Увернулся от летящего в голову болта и прыгнул ко мне, сбивая с ног.
– В повозку, живо! – рыкнул он, толкая меня к двери. – Не высовывайся!
Пространство рассекло еще несколько болтов. Один воткнулся в стенку повозки всего в нескольких сантиметрах от моего лица, другой угодил Теару в плечо, глубоко впившись в плоть.
Лунный даже не шелохнулся, будто вовсе не заметил ранения.
– Ну, что стоишь?! Жить надоело?! – вновь гаркнул он мне в лицо, и, выйдя из оцепенения, я бросилась в повозку. Вот только не следить за тем, что происходит на тропе, не могла – жадно прильнула к окну, вцепившись побелевшими от напряжения пальцами в раму.
Затаив дыхание, я наблюдала, как Теар выдернул болт из плеча и, бросившись к ближайшему противнику, воткнул стальной наконечник ему в шею. Мгновенно увернулся, уходя от удара меча, врезал нападающему по колену, опрокидывая на землю, а потом быстрым, отточенным движением свернул ему шею. Перехватил чужое оружие и отразил уже следующий удар. Но, стоило Лунному разделаться с одним противником, как его место тут же занимал второй, затем третий.
Многоликий Эхжи, да сколько же их?!
Откуда-то со стороны послышался сдавленный крик боли, и Теар бросился туда. А я увидела, как оседает на землю второй охранник Лунных, держась обеими руками за кинжал в груди.
Мне стало дурно. К горлу подступила тошнота, перед глазами все поплыло. Жадно глотнула ртом воздух – на языке осел солоноватый привкус крови.
Паника накрыла меня с головой.
Теперь Теар там совсем один. Один против отряда вооруженных до зубов лаэров, которые бросаются все разом, пытаются достать итару кто мечом, а кто болтом. И кажется, что шансов нет.
Сразу несколько арбалетчиков спустили болты. Я хотела зажмуриться, чтобы не смотреть, не видеть. Но тело не подчинилось, и я глядела широко распахнутыми глазами, как болты достигают цели и осыпаются тонкими переломанными жердочками, столкнувшись с непробиваемой броней итару.
Это казалось нереальным. Я тряхнула головой, пытаясь прогнать наваждение, но картинка не изменилась. А я поняла, что никогда прежде не видела ничего подобного. Теперь серебристая броня покрывала почти все тело Лунного, закрывала грудную клетку, расползлась по мощным удлиненным рукам, прикрыла лицо, на котором застыла гримаса ярости и жажда убийства.
Ряды противника дрогнули. Кое-кто испуганно попятился, надеясь сбежать. Но итару было уже не остановить. Он был подобен белой молнии, яркой и стремительной, беспощадной. Я попросту не могла уследить за его движениями. Серебристая броня мелькала то тут, то там, сокрушая все на своем пути. А спустя минуту все было кончено.
Наступила тишина, и только мое собственное громкое дыхание сотрясало воздух.
Я потерла ладонями лицо, пытаясь скинуть оцепенение. В горле пересохло, глаза слезились – не то от пыли, не то от подступивших слез.
На негнущихся ногах я вышла из повозки. Теар склонился над телом поверженного сородича. Броня медленно сползала с итару, возвращая ему привычные человеческие черты.
Кажется, охранник был еще жив – его грудная клетка едва заметно вздымалась, а из приоткрытого рта сочилась кровь. Теар сомкнул ладонь на рукояти кинжала, собираясь вытащить клинок из груди лаэра, но тот не дал, лишь отрицательно мотнул головой. А в следующее мгновение глаза его закрылись, и голова безжизненно склонилась набок.
Итару издал протяжный вой – дикий, звериный, нечеловеческий – и с силой стукнул кулаком по земле, до крови сбивая костяшки. А я невольно отшатнулась, испугавшись его лица, в котором сейчас не было ничего, кроме жажды мести и желания убивать.
Вот только убивать уже было некого.
Теар поднялся и шагнул ко мне, а я непроизвольно попятилась, боясь заглянуть ему в глаза. Наткнулась спиной на стену повозки и зажмурилась, сама не понимая, чего опасаюсь.
Почувствовала прикосновение рук Теара и лишь спустя пару секунд сообразила, что он ощупывает мое тело, выискивая ранения.
– Со мной все в порядке, – пролепетала я несмело.
Теар вскинулся, а я лишь сильнее сжалась, встретившись с ним взглядом.
– Какого хрена?! – чуть ли не выкрикнул итару.
– Ч-что? – Я непонимающе тряхнула головой.
– Какого хрена ты не обернулась?! – В голосе Лунного сквозил нескрываемый упрек, смешанный с яростью. И я не нашлась, что ответить. Я и сама не понимала, почему не сделала этого. Даже не подумала о том, чтобы призвать на защиту броню.