– Я прибыл по королевскому указу, – жестко произнес Лунный, а у меня сердце ухнуло в пятки.
Выходит… Теар все-таки рассказал обо мне. А я-то дура надеялась, что Лунный сохранит тайну моего происхождения.
– Ты очень нужна нам… Долине нужна твоя помощь, Мел.
Нужна, конечно! Как же иначе! А я-то, глупая, подумала, что Лунный и впрямь соскучился.
Глава 3
Конный экипаж мчал по неровной грунтовой дороге, то и дело подпрыгивая на ухабах и кочках. И Теар ругался себе под нос, проклиная провинциальный городок, в который его занесло стараниями Эмель.
Девушка расположилась на противоположном сиденье и всю дорогу неотрывно пялилась в окно, с тоской глядя на проплывающий мимо пейзаж. Дрянной пейзаж, надо сказать! Заросшие ковылем поля и облетевшие кривые деревья, покосившиеся домики и наспех сколоченные заборы.
И что только она тут нашла? Неужели не рада уехать из этой нищеты и разрухи?
Судя по выражению лица – не рада. Теар как никогда остро ощущал нехватку родовой связи. Как бы ему хотелось знать, что сейчас творится в голове у Мел, какие эмоции бушуют за маской отстраненности, которую она на себя нацепила!
Но Теар не чувствовал, как ни старался. А самое паршивое – изнутри камнем давило мучительное ощущение неправильности происходящего, словно он сказал или сделал что-то не то…
Что-то…
Проклятье! Да все пошло не так! С самого первого мгновения их встречи.
А чего, собственно, Теар ждал? Что Мел примет его с распростертыми объятиями? Что бросится на шею и позволит сделать все то, что он прокручивал в голове по пути сюда?
Идиот!
Привык, что Ласка никогда не отказывала ему, что всегда была готова. К его страсти, дикости, одержимости. Что желания их всегда совпадали…
А она отшила его – первым же словом, первым взглядом, в котором читались смятение и растерянность. Недовольство. И ни капли радости. Она не ждала его, не хотела его видеть. И уж, конечно, не пригласила в свой дом и в свою постель.
Да это был ее дом: обставленный заботливой женской рукой, со всякими милыми мелочами и побрякушками, которые составляют уют любого жилища. И, конечно, Теар заметил, каким взглядом Мел окинула дом перед отъездом. В этом взгляде сквозили сожаление и глухая тоска. Кажется, Ласка планировала остаться здесь. Если и не навсегда, то надолго.
А он, как всегда, разрушил ее планы, все испортил. Да еще чуть не прибил этого так называемого соседа!
Теар и сам не понимал, почему вышел из себя. Почему бросился на человека, толком не разобравшись, что тот из себя представляет. Но стоило увидеть этого самоуверенного наглеца и то, как он защищает Мел, будто имеет на нее какие-то права – как внутри вскипел яростный вулкан, и родилось дикое, звериное желание убить. Свернуть тонкую человеческую шею, чтобы и смотреть не смел в сторону Эмель!
У него определенно помутился рассудок. И, что примечательно, подобная несдержанность проявлялась у Теара исключительно в присутствии Ласки.
Он вновь кинул взгляд на прилипшую к окну девушку. Ехать в полном молчании было уже невыносимо. Итару открыл было рот, чтобы первым начать разговор, но Эмель каким-то чудесным образом его опередила:
– Так и будешь сверлить меня взглядом? – бросила она недовольно и наконец отвернулась от окна.
– Почему бы и нет? – Теар пожал плечами. Неужели он должен был устыдиться? С чего бы?
– Что, так нравлюсь, что оторваться не можешь? – съязвила Мел, да еще бровь приподняла, растянув губы в насмешливой улыбке.
Думает его подловить? Как бы не так!
– Нет, просто… ты изменилась.
– Да, представь себе, теперь я рыжая!
– Брюнеткой ты мне нравилась больше, – нарочито небрежно кинул Теар и, сложив руки на груди, откинулся на спинку сиденья. Мельком глянул в окно, подмечая, что экипаж приближается к отрогам гор. Значит, до перевала недалеко.
Девушка еще что-то фыркнула, попыхтела, явно намереваясь бросить очередную колкость, но в итоге резко сменила тему:
– Так, может, все-таки расскажешь, что понадобилась от меня королю?
– А я сижу и думаю, когда же ты спросишь, – хмыкнул Лунный.
– Вообще-то я уже спрашивала! И не раз! – Мел вдруг резко повысила голос, обнажая истинные эмоции – злость, растерянность, негодование. – Но ты так торопился уехать, что пропустил это мимо ушей! Точнее, предпочел пропустить!
– Времени, и правда, мало. Я потратил целых два дня на твои поиски.
– Да неужели?! Извини, что заставила напрячься! – Мел так разошлась, что даже раскраснелась. А еще подалась вперед, став ближе. И теперь Теар мог различить каждую веснушку на ее загорелом лице, каждый локон порыжевших волос.
А еще он чувствовал ее запах. Мел по-прежнему пахла дождем и полем, как и в тот первый миг, когда он увидел ее сегодня. И зверю нравился этот запах. Запах свободы.
– И объясни уже, в конце концов, что происходит!
Теар поморщился. Как ни парадоксально, но сейчас ему не хотелось вспоминать о делах. О долге, что крепко держал его в своих когтистых лапах. О клане, связь с которым с каждой минутой пребывания за перевалом становилась все тоньше. О том ужасе, который творился сейчас в Долине.
Слишком много всего навалилось за последние дни. И хотелось простой передышки. Расслабиться и забыться хоть ненадолго.
И, шерх его задери, Теар и правда соскучился!
И теперь, сидя в этой тесной повозке наедине с Эмель, он не мог думать ни о чем, кроме ее близости. В конце концов, пускай Альтар сам все рассказывает. Должно же и ему достаться.
– Теар, ты вообще меня слушаешь? – Настойчивый голос Мел врезался в сознание, а ее строгий взгляд заставил напрочь отбросить мысли о приятном.
Все же придется самому.
– Все очень сложно, Мел. В Долине творится такое… ты даже представить себе не можешь…
Взгляд карих глаз стал обеспокоенным, а тонкие брови Мел сдвинулись к переносице.
– Ты о землетрясениях в горах? Но я-то тут при чем?!
– Увы, но все куда хуже и опаснее землетрясений.
* * *
Я с ужасом глядела на Лунного, который только что поведал мне о происходящем в Долине. Взрывы, вырывающееся из-под земли пламя, древний демон, пробудившийся в сердце гор, энергетические потоки, Совет Восьми, артефакты родов – казалось, голова лопнет от количества полученных сведений. Но, что самое ужасное, в самое ближайшее время мне предстояло целиком окунуться в этот кошмар, и отнюдь не в роли наблюдателя. Насколько я поняла Теара, Совету Восьми требовалось мое непосредственное участие. И от одной этой мысли по телу бежали мурашки, а колени предательски тряслись, не давая скрыть волнения.
– Но почему я?! Неужели не нашлось никого более подходящего?!
– Увы, но для ритуала нужен прямой наследник, непосредственный носитель крови итару. Иначе ничего не выйдет, – пояснил Лунный, только мне от этого легче не стало.