Код 93. Районы

– Хорошо. Квартал представляет собой квадрат из четырех улиц. В нем три проспекта, названных именами деревьев; лично я предпочитаю, когда называют именами поэтов, ну да ладно. Итак, у нас тут Акации, Ивы и Каштаны. Я заглянул на сайт недвижимости. Нам предстоит обойти семьдесят четыре дома. Мобильник в одном из них.

– А если нам хоть немного повезет, рядом с мобильником обнаружится и Франк Самуа.

– Да ты просто оптимист, Ронан. Как мы действуем, Кост?

Несколько мгновений тот размышлял.

– Я с этим кварталом хорошо знаком. Здесь нет ни одной виллы дешевле четырехсот тысяч евро, а наш парень не может столько платить даже в качестве жильца. Либо его кто-то приютил, либо он поселился в заброшенном доме. Лично я склоняюсь ко второму варианту. Можно обшаривать дом за домом, а можно сразу найти старуху, которая знает квартал, шпионит за соседями и собирает все сплетни. Без толку заглядывать в дома, где есть сад с детской площадкой, особняки, перед которыми стоят новые тачки, и те, на которых спутниковая антенна. Так что надо найти нашу старуху. Ронан, ты берешь Акации, Сэм – Каштаны, я – Ивы и первый, кто что-то найдет, звонит остальным.

Трое полицейских разошлись по разным улицам, и спустя каких-то двадцать минут тем, кто связался с остальными, оказался Ронан. Сэм и Кост встретились с ним у дома номер 15 по Акациевому проспекту.

– Вам понравится. Улов что надо. Знаете, что это?

Ронан предъявил игрушечную рацию – круглую и розовую, привязанную к решетке виллы и обращенную в сторону запущенного сада. Из зарослей сорняков едва выглядывала небольшая статуя неведомо кого, а почтовый ящик украшала табличка «Осторожно, злая собака».

– Детский, чтоб его, телефон на прием и передачу. Она их развесила вокруг своей халупы.

Сэм удивленно присвистнул:

– Поздравляю, ты нашел местного параноика.

Из детского телефона раздалось:

– Длинный с дурацкой рожей остается снаружи, чтоб в мой дом ни ногой! Мы еще посмотрим, какой я вам параноик!

Все трое подняли глаза и увидели в окне чей-то силуэт. В солнечных бликах на стекле разглядеть как следует не удалось. Потом силуэт исчез.

Ронан был на седьмом небе – о большем он даже не мечтал:

– Ты, длинный с дурацкой рожей, благоразумно ждешь нас, а мы поиграем в полицейских. Если хочешь, замени злую собаку, она давно сдохла.

– Пусть покоится с миром, – прибавил детский телефон.

Другой, той же марки и того же цвета, оказался привязан над звонком у входной двери. Из приоткрытой двери сильно несло кошачьей мочой. Ронан махнул рукой, приглашая Коста следовать за ним.

– Заходи, она в глубине дома, в гостиной.

В потертом кресле, на подголовнике которого красовалось большое жирное пятно, буквально потонула дама без возраста, в тесной цветастой блузке и со стрижкой того неестественно-голубого цвета, который могут себе позволить только парикмахеры, обслуживающие восьмидесятилетних. Она едва отвела глаза от телеэкрана. Разложенные перед ней на кофейном столике восемь детских телефонов потрескивали и шипели каждый на свой лад, почти перекрывая голос диктора теленовостей.

– Я всегда настороже, дети мои. Семь окон, дверь и восемь раций, чтобы все слышать. Таким образом я узнаю, если ко мне кто-то залез или бродит поблизости. Лучше, чем сигнализация в магазине.

– Ага, бабуля, только вот сигнализация напрямую связана с отделением полиции, а если кто-то залезет к вам, вы будете единственной, кто об этом узнает. А возможно, и последней.

Старуха напрягла слух:

– Что?

– Я говорю…

– Ничего ты не говоришь, Ронан, – перебил его Кост. – Ты садишься и даешь мне поговорить с мадам. Вот что ты делаешь.

– Ах, так это он начальник. Он хочет кофе с печеньем?

Помимо малопривлекательных запахов, на ответ Коста повлияла тонкая пленка липкого жира, которая, казалось, покрывала все поверхности в доме.

– Нет, спасибо, но вы очень любезны.

Присев рядом с ней, Кост заговорил чуть громче:

– Вы наверняка всех здесь знаете. Мы ищем пустующий особняк, в котором кто-то мог самовольно поселиться. Вам что-нибудь приходит в голову?

– Семьдесят семь домов, я знаю всех жильцов, потому что мои кошки слишком много разгуливают. Люди говорят, будто они воняют, но кошки просто не могут вонять, они же все время умываются.

Она завертела головой во все стороны, словно хотела найти хоть одну кошку, потом вспомнила про вопрос:

– Две виллы продаются, одна чистая, а другая, где однажды оказались заперты мои кошки, – ее-то не продадут, она заброшена. Дом двадцать три по Ивовому проспекту, если хотите посмотреть.

– Спасибо, что уделили нам время, мадам.

Ронан подошел к детским телефонам, чтобы Сэм не упустил ни одного слова:

– Да, спасибо и извините нашего сотрудника – ему не хватает воспитания, чтобы разговаривать с дамами.

Сэм снаружи показал ему средний палец.

Оказавшись перед домом 23 по Ивовому проспекту, флики отметили, что описание, данное новой осведомительницей, оказалось правильным. Коттедж в три этажа, ставни на окнах закрыты, краска выцвела, на крыше не хватает нескольких черепиц, от стен отваливается штукатурка, и каждый квадратный сантиметр покрыт диким виноградом. Вполне похоже на заброшенный дом.

– Сэм, загляни в почтовый ящик, – может, выясним, когда сюда в последний раз доставляли корреспонденцию. Ронан, ты перелезешь через ограду и взломаешь мне дверь. Скажем, что к нашему появлению она уже такой и была, не ждать же два часа слесаря.

– Почтовый ящик заперт. Я могу его взломать?

Ронан уже перекинул ногу и почти оседлал ограду, но даже в такой неудобной позиции не смог удержаться, чтобы не подшутить над напарником:

– Доставь себе удовольствие, Сэм, поработай ручками. Ящик для писем – это та же дверь, главное – не поранься.

Ронан без труда спрыгнул по другую сторону ограды и направился к коттеджу. В это самое мгновение защелка почтового ящика сдалась. Ронан нанес двери первый удар плечом, но ничего не произошло. Сэм сунул руку в ящик. Ронан отошел, чтобы собраться с силами для второго удара. Сэм достал из ящика единственное, что там находилось, – заламинированную карточку – и протянул ее Косту.

Ронан набрал в грудь воздуха и во второй раз атаковал дверь. Раздался треск ломающегося дерева, дверь подалась. Кост заорал:

– Не входи!

В руках у него было потрепанное удостоверение личности с фотографией Франка Самуа, с растрепанными волосами и улыбчивыми глазами.

– А вот и почта.

Сэм торжествовал:

– Ну что, правильное место мы нашли? Его мобильник, который привел нас сюда, теперь еще удостоверение личности в почтовом ящике.

– Ничего мы не нашли – кто-то привел нас сюда за ручку. И мне это совсем не нравится.

Примечания