– Аня, – ответила девушка, и в первый раз за всё утро улыбнулась, обнажив белые ровные зубы.
«Вроде бы ничего такая, только глупенькая, точно не конкурент…» – про себя подумал я и представился:
– Павел, будем знакомы.
В этот момент дверь каморки открылась вновь, и оттуда вышла всё та же маленькая русская барыня. Она просеменила до кофейного автомата, забрала маленький коричневый стаканчик с напитком и исчезла за дверкой, не сказав ни слова.
– Ты это тоже видела? – не унимался я.
– Да, – сказала Аня, уставившись на дверь.
– Видимо, это особая проверка у них… – прошептал я и осмотрел помещение на предмет нахождения видеокамер.
Чучело медведя уж слишком реалистичное, видимо, в глазах у него камера и спрятана. Сидят сейчас и оценивают нас там наверху…
Двери музея открылись, и на пороге появилась девушка восточной внешности с длинной каштановой косой, в рубахе-вышиванке.
– Вы на собеседование? – спросила девушка.
Мы одобрительно кивнули.
– Я тоже, меня Даша зовут. Давно ждёте? – спросила девушка, поправляя свою аккуратно уложенную косу.
– Недавно… – сказал я, а про себя отметил, – эта, вроде, пободрее будет… Может и обойти…
Вскоре холл заполнился остальными соискателями работы в музее, и мы отправились на третий этаж проходить собеседование. Когда всё закончилось, я выскочил на улицу в полной уверенности, что всё запорол и больше никогда не увижу ни Аню, ни Дашу, ни девушку с кофейным стаканчиком.
Но я ошибся – через неделю мы вновь встретились, на следующем этапе отбора. Я, Аня, Даша и историк Константин прошли во второй тур. Нас посадили вместе с туристической группой из Новосибирска расписывать хохломскую ложку.
– Ребята, а вы слышали про тест «дорога»? – спросил я своих конкурентов, когда половина мастер-класса по росписи была уже позади.
– Нет, а что это? – спросила Аня, проявив несвойственную ей любознательность.
– Это несколько абстрактных вопросов, ответы на которые покажут общую картину вашей личности, – сказал я, вырисовывая травинку на ложке.
– Нет, – ответили ребята, – но нам интересно его пройти.
– Ну, что же, вот первый вопрос: вы идёте по пустыне уже очень много дней… Жара и солнце вконец вас измотали, но вдруг на горизонте вы замечаете кувшин с водой! Что вы сделаете? Ваши действия?
– Я подбегу и начну жадно пить воду из кувшина, – сказала Аня.
– А я буду жадно пить и ещё налью воду себе на голову… – смакуя картинку, сказал скромный Константин.
– Я сделаю глоток, проверю, не отравлена ли вода, и немного смочу губы, потом возьму этот кувшин с собой в дорогу, – подумав, сказала Даша.
– Хорошо, – сказал я. – Идём дальше: вы оказались перед огромной стеной, влево конца не видно, и вправо конца не видать, да ещё и высокая она, не перепрыгнуть… Ваши действия?
– Пробью стену, – вдруг сказала Аня, – найду брешь и пробью.
«Ого! – про себя отметил я. – А так, по первому взгляду, и не скажешь…»
– Пойду искать проход вдоль стены, – сказал Константин, вытирая кисточку о салфетку.
– А я лестницу попробую собрать, – ответила Даша, любуясь своей ложкой.
– Ну что же, настало время ответов, – сказал я, потирая руки от удовольствия. – Итак! Стена – это метафора жизненных трудностей, и то, как вы с ними справляетесь, когда сталкиваетесь. Константин идёт искать лёгкий путь, Даша строит план на месте, а ты, Аня, ломаешь стену.
Все оторвались от своих ложек и уставились на меня с озадаченными лицами. Видимо, до этого тест воспринимался не больше, чем шутка. Но интерпретация ответов всех удивила.
– Про кувшин давай, – не скрывая любопытства, сказала Аня.
– Кувшин с водой в пустыне, и что мы с ним делаем – это интерпретация нашего сексуального влечения, и то, как мы вступаем в новые отношения… – сказал я и посмотрел на округлившиеся глаза Константина. Портрет скромного историка с магистратурой за плечами и пятью дипломами шёлкового умника на олимпиадах по биологии рассыпался за пять секунд.
– Ага, в тихом омуте-то черти водятся… – засмеялась Аня, глядя на Константина в упор.
Тот от неловкости смял салфетку в кулаке и уставился на меня с вопросительным выражением на лице.
– Ты, Аня, тоже кувшинчик не прочь один, другой опрокинуть, – засмеялся я, – так что вы с Костей друг друга стоите.
Мы с Аней смеялись взахлёб, только ничего не понимающие Даша и Константин хлопали глазами, глядя на нас и переводя взгляд с одного на другого.
После этого мастер-класса я больше их в музее не видел. А нас с Аней взяли работать вдвоём на одно место.
Глава 5. Между прошлым и будущим
До вылета из Томска я списался со своим старым знакомым, Васей из Москвы. За простым русским именем скрывается непростая судьба моряка, объехавшего весь мир вдоль и поперёк. Именно после его историй о приключениях я загорелся морем ещё больше.
Само наше знакомство стоит отдельного упоминания в книге. В свой последний отпуск в армии я долго решал, куда мне поехать: домой в Читу или в Екатеринбург к другу.
Помню, как стоял в очереди в железнодорожную кассу и перебирал в мыслях варианты поездки. В итоге, как под гипнозом, купил билет в Калининград и сообщил родным, что не приеду.
Мама была в шоке, сестра в восторге. Дело в том, что мы когда-то жили в Калининграде, с тех пор прошло уже, наверно, лет десять. И вот теперь я еду осуществлять нашу общую семейную мечту – вновь посетить город у моря.
В первый раз я увидел Васю при посадке в поезд «Москва-Калининград». Атлетичного телосложения, с длинными волосами, закреплёнными ободком, и аккуратной ровной бородой. Мне почему-то показалось, что он либо спортивный гимнаст, либо стриптизер.
На станции в Белоруссии проходил паспортный контроль. Пограничник растолкал меня и попросил документы на проверку. Резко вырванный из сна, я, как ни старался заснуть, больше не смог. Чтобы как-то развеяться, решил выйти на улицу, пока поезд стоит на станции. Там уже стоял Вася и читал таблички на белорусском языке. К нам подошел старичок с тележкой и спросил, не хотим ли попить пива. Вася решил купить пару бутылок, но у старика не нашлось сдачи. Он предложил забрать оставшиеся четыре бутылки. Четыре бутылки было слишком много для одного Васи, вот тогда он и обратился ко мне с просьбой составить компанию. Старик, со своей тележкой на скрипучих колёсах, был так рад удачной сделке, что заковылял по платформе чуть ли не вприпрыжку.
Ну, а мы с Васей полночи простояли в тамбуре поезда. Пили пиво, разговаривали о море, путешествиях и дальних странах. Холодное пиво утоляло жажду в душном вагоне, как летний морской бриз на побережье Корсики. Запах хмеля медленно погружал нас в туман воспоминаний и фантазий, с каждым глотком становясь всё ярче. Лёгкая горечь белорусского напитка была приятной и манящей. Она, как пузырёк из сказки про Алису, тихонько кричала: «Выпей меня!». После приезда в Калининград я познакомился с друзьями Васи. Они тоже были моряками. Весь оставшийся отпуск мы гуляли, ездили купаться на Балтийское море и просто развлекались.
От общения с этими ребятами я так загорелся желанием отправиться на учебу в Калининград на моряка, что даже ходил в морскую школу. Верхом моей решимости было посещение кадетского корпуса и попытка попасть в команду на легендарный фрегат «Крузенштерн». Тот самый парусник, что совершил кругосветку.
Но диалог с секретарем в приемной комиссии как-то сразу не задался.
– Ты откуда такой приехал?
– Я с Урала, – сказал я, улыбаясь во весь рот.
– Ну, так чего ты к нам приехал? У вас там что, своего морского училища нет, что ли? – сказала женщина в чёрном пиджаке на два размера больше, не поднимая глаз от стопки документов на столе.