– Успокоительное, Степан, успокоительное. Вот, вколола! Сейчас и тебе принесу, так что готовь давай руку.
Светлана Николаевна пошла за вторым шприцом. Гаша вдруг уставился на Стефана, протянул к тому руку: – Не сохранил… – и Гаша театрально притворился мёртвым.
Стефан не стал это никак комментировать, лишь улыбнулся, увидев в Гаше настоящего ребёнка, и сел на свою кровать, стал мирно ждать врача.
Гаша не совсем понимал свои ощущения теперь. Он либо уже чувствовал усталость, либо эта усталость была им хорошенько надумана.
Светлана Николаевна принесла второй укол и вколола его Стефану:
– Вот и всё, спи.
Стефан, придерживая руку, медленно прилёг. Светлана собиралась уходить.
– Граг, ты только долго не зачитывайся, – она на него внимательно посмотрела.
– Я уже ложусь.
– Хорошо. Нормальные соседи-то? А то, ты ведь один привык.
– Нормальные. Спокойной ночи, тёть Свет.
– Спокойной ночи.
Светлана Николаевна ушла и прикрыла дверь. Гаша лежал наполовину лицом в подушке, рот открыт так, что из него уже скоро готова была вытекать слюна, и он, не открывая глаз, еле внятно проговорил:
– Граг, а зачем нам вкололи… Мы же вроде не буйные…
– Чтобы вы отдохнули. Здесь колют иногда новых пациентов, чтобы они отдохнули от старой жизни. Тут ведь иногда люди с выгоранием, депрессией, им помогает это немного расслабиться.
Гаша не дослушал.
Глава 6
Теперь это обычное утро
Будили всех в семь. В палаты не заходили, вернее, заходили не ко всем. В Гашину не зашли. Граг привык к такому режиму и всегда чувствовал себя выспавшимся к этому часу. Но в настоящее утро ему пришлось колебаться: соседи его спали (эффект успокоительного ещё действовал) … «Будить их или не будить?» Долго он не думал – вспомнил пару фраз, которые они с психиатром прорабатывали (только Граг звал это иначе – «вбивали в его мозг») и пошёл умываться. На выходе встретился со Светланой Николаевной. Она перебила его, что бы он там не начинал говорить, и сказала, что поднимет их сама.
– Твои приёмы, Алёша, начнутся сразу после завтрака, тебя позовут, – говорила Светлана, когда привела Гашу в сознание.
Он не совсем разбирал.. просто увидел её, высоко склонившуюся над ним, её руку у его щеки и ему стало неприятно. Мозг повторял сказанное ей, и оно обрело смысл.
Гаша мог наблюдать, как после она будила Стефана. Вроде аккуратно, но как будит внука в школу настойчивая бабушка.
– У тебя осмотр после обеда. Там тебе скажут, какие пить таблетки будешь. Как рука-то? Не болит?
– Нет, но вы почти сели на неё.
Светлана засмеялась, вставая, быстро остановила смех и объявила, обводя указательным пальцем Гашу и Стефана:
– А сейчас умываться.
И ушла…
– Стёп?
– М-м, да?
– Как спалось? – спросил Гаша, протирая глаза.
– Приятно было открыть утром глаза.
– Серьёзно? Когда вот так вот будят?
– Зато ты посмотри какая погода, как солнце светит.
– А Грагу не везёт.
– Почему?
Гаша покосился на его кровать, зевая и разлепляя ресницы:
– Солнце утром прямо на его подушку падает, а нас пропускает. Хотя, вдруг ему это нравится? Люди же разные бывают.
– Я рад, что это говоришь ты.
– А ты меня вообще, каким человеком считаешь? Хорошим или плохим?
– Не считаю, что есть плохие люди. Злые, корыстные, наглые и те все – несчастные, но не плохие. Они не справляются со своим телом, мыслями, разумом. Просто слабые. Жалости достойны, но судит Бог. Злость она ведь от обиды, зависти, неудовлетворённости, а обида и зависть они от мыслей. А мысли от ума. Ум от мозга. А душа не в мозгах находится, – Стефан улыбнулся. – Вот так всё просто…
А по твоему вопросу.. ты добрый, заботливый, даже можешь быть умным.
– Могу?
– Можешь. При хорошем наставнике.
Почему-то в этот момент Гаше вспомнились его мама, папа. Интересно, знают ли они о психбольнице? А ведь он может отправить им какую-то весточку. Письмо или может позвонить. Если они всё-таки знают о «сумасшествии» сына, не сходят ли сами с ума? Или сошли уже? Гаша вдруг почувствовал острую необходимость знать об их состоянии.
– В какие это ты раздумья впал?
– О том, что нам пора чистить зубы.
Гаша встал уходить. Стефан притормозил его, переговорив рукой дорогу, и спросил:
– Тебе таблетки после завтрака ведь назначат.
– После завтрака. Да, как мне, кстати, быть? Притворяться, что до сих пор больной?
– Притворяйся. Но не сильно. Так, чтобы не стали постоянно колоть тебя и зомби делать. А ещё вот что, таблетки нам глотать нельзя, неизвестно, как они на здоровом организме работать будут.