– Да чтобы ты не с пустыми руками сидела и пялилась как я ем. Или тебе нравится смущать бомжей? У тебя такой фетиш? Извраще-е-енка! – протянула с ехидцей та.
– А тебя можно засмущать? Серьёзно? Знаю тебя всего ничего, но уже успела прийти к выводу что это чувство в тебе напрочь атрофировано.
Рири принялась за суп, съев совсем немного, стала меня допрашивать:
– Ты такая странная, и в то же время нет. Не могу понять. Вот на первый взгляд прям божий одуванчик. И мимо ликого в беде не прошла и после моих словечек за шиворот не выгнала. А с другой стороны, ты прям грозный босс, ни фига не простофиля.
Я собралась было ответить, но увидела, как в супе плавает таракан.
– Вставай, пойдём отсюда. Было плохой идеей обедать здесь. – Она вопросительно вскинула брови. Объяснила: – в супе таракан.
– Да плевать.
– Это антисанитария!
– Это белок.
– Говорю пойдём в другое кофе или, тлен с ним, поедем в ресторан, позвоню скажу, чтобы мебель завезли попозже. – Я уже встала.
– Сядь! Смотри! – лиса вытащила таракана ложкой, положила его на салфетку, аккуратно сложила клочок бумажки конвертом. – Оба-на! И таракана как не бывало! Ну вот чего ты изумляешься и мордочку кривишь? Этот бедолага сварился заживо так и не отведав супчика, а я от его самоотверженности нос воротить должна? – и она действительно взяла ложку и продолжила есть. – Так ты с темы не съезжай! Что мы там о тебе выясняли?
– Я должна выдавать всё как на духу? Притом что ты для меня остаёшься загадкой.
– Не хочешь говорить – не надо. О себе мне сказать нечего, а кратко ещё утром всё изложила. О моей жизни до переезда в Коткару тебе знать не надо: слишком много беспросветного дерьма вылилось ещё до моего рождения, разгребала его, сколько себя помню. Сплошная чёрная полоса… – Рири запихнула в рот целую пампушку, из-за чего её щёки раздулись как у хомяка, поэтому я быстро достала телефон и запечатлела этот момент.
– Смотри, – повернула к ней экран с её фотографией. – А ты ещё говоришь, что я – милая! Ага! Качок под два метра ростом. Вот это я понимаю, – показала на неё рукой. – Шеп? Матур? Не разбираюсь в вашем молодёжном сленге, но ты меня поняла.
Рири покраснела, попыталась выхватить мой телефон. Я отстранилась, отвела руку с мобильником подальше. Лиса вспылила:
– Что? Да ты! Как тебе не стыдно! Где твоё чувство такта?! Я тут, понимаешь, трагизм навожу, ареол мрачности на себя напускаю, а она…
Убрав телефон в карман, облокотилась на стол. Произнесла:
– А я трагизм и мелодрамы не люблю, комедии предпочитаю. – Я перебирала пальцами на столе, набивая неизвестную мне мелодию. Следующие мои слова немного выбили её из колеи. На лице найдёныша проскочило замешательство: – как тебе идея работать на меня?
В выражении её глаз мне почудилось сдерживаемое сожаление. Голова Рири как-то печально опустилась и даже суп прекратила помешивать ложкой. Немного погодя до ушей донёсся шёпот:
– Не выйдет.
– Не хочешь? – уточнила я.
– Не позволят. Предупреждала же: я в опале, моё пребывание рядом с тобой уже само по себе не законно. За нами следят – жопой чую. Конечно, я тебе благодарна, да ты даже не представляешь как сильно! Но мне надо уйти сразу, как только разбудим твоего зверя. И…
– И замолчи. – Оборвала её речь, – это где такие законы прописаны? Да и кто вообще посмеет встать у меня на пути? – Рири вздрогнула, видимо в глазах моих опять появилось что-то мрачное, поэтому немного успокоилась и продолжила: – сегодня утром ты рассуждала очень резво и логично, но упустила один момент: бал правят не только оборотни. Или немного перефразирую: чтобы иметь вес в обществе не обязательно быть двуликим. Как одноликий я довольно влиятельна.
– Да ну нах, ты из преступной группировки?! Какой? Не ухмыляйся! Глаза не закатывай! Ты же шутишь, да? – с чего у неё такая паника? Сама же из Рессама приехала, у них там такое сплошь и рядом.
Хорошо, раз найдёныша это так пугает, надо немного успокоить:
– В каждой шутке есть доля шутки. Можешь считать, что я не ликий криминала. Ладно, ладно, успокойся! Сядь и ме-е-едленно-о-о положи ложку на стол, – стала увещевать лису, а то, того и гляди, кинет мне ложку в лоб, да даст стрекоча. И с чего она так перепугалась? – Просто связи, деньги и удача! Никакого криминала! По крайней мере, с моей стороны.
Рири как-то резко сдулась, обмякла на стуле, пробубнила:
– Зачем я тебе нужна? У тебя других работников нет?
– Во-первых, ты девушка толковая, шустрая и хитрая; во-вторых, правда пока я ещё в это не верю – покажешь мне мою скрытую ипостась; в-третьих, нас свела сама судьба! Ну и ты похожа на мою младшую сестру.
Двуликая недовольно на меня посмотрела, возразила:
– То, что я наполовину лиса не делает меня хитрой. Это стереотипы.
– Стереотипы так стереотипы. – Плечи мои приподнялись, пуская по серому пиджаку волны складок.
Рири спросила с интересом в голосе:
– У тебя есть сестра?
– Сестра? Ага, целых сорок названных сестёр и столько же примерно братьев.
– О-о-о-о не-е-ет, это же уже целая организованная преступная группировка получается!
– Хватит ныть и краски сгущать. Слушая твои охи-вздохи, покаяться захотелось в том, чего не совершала. Доела могильный супчик? – посмотрела на часы, – время ещё есть. Быстро пробегись по второму этажу, купи себе вещи первой необходимости. Я в продуктовый, встречаемся на парковке. На всё про всё тебе сорок минут. Банковскую карту можешь потом не отдавать, считай это твой аванс.
Обречённо и с толикой обиды?! взглянув на меня, лиса упорхнула оперативно исполнять поручение. Справилась она за двадцать минут.
* * *
Вечером после ужина мы принялись расставлять привезённую мебель, раскладывать содержимое коробок по местам, протирать и намывать полы. К десяти вечера наконец-то свободно выдохнули.
– На сегодня всё? Если да, то я пойду спать. – Глаза найдёныша покраснели от пыли, придавая ей болезненный вид. Эх, на эту страдалицу даже смотреть больно, но как бы это ни было тяжело делать самим, клининговым службам я не доверяла.
– Подожди, у меня кое-что для тебя есть.
– Кое-что? А чего у тебя для меня нет? Я выиграла в какую-то лотерею, да? Или я реально померла в подворотне и попала в обитель Бога Жизни? Не смотри на меня так осуждающе! Ну не могут же в пыточной Смерти быть такие добрые черти?!
Не дав ответа, сходила в кабинет и принесла телефон.
– Держи. Там уже есть номер моего телефона и номер моих секретарей. Видела, свой старый ты выкинула в мусорку на стоянке.
– И много у тебя в кабинете новых телефонов валяется? – Валяется? Я купила его, пока ты бегала по магазинам, но да лень объяснять. – Что это? Наклейка с рыжим лисом? Я не такая жирная!
– М-да? Я не видела твоего зверя, однако при условии в каком количестве ты уничтожаешь еду, могу догадываться… – Рири стала прожигать меня злобным взглядом, хотя такое меня не пугает, а умиляет, – всегда пожалуйста, спокойной ночи.
Развернувшись на пятках, покинула зал, вслед мне донеслось:
– Что за?! Это не наклейка? Какого хрена? Ты где телефон с такой задней крышкой корпуса нашла?!
Не зря я к ней тогда подошла. Хотя бы тот факт, что от улыбок мои щёки уже немного болят, несказанно радует. С Лешим так не повеселишься, ну а на работе и вовсе места для такого нет.