* * *
Работа спорилась, дело делалось. День, как и перерыв на обед пролетел незаметно. За окном горел закат, возвещая о последних тёплых деньках. Рири закончив с поручениями, посапывала в кресле. Я закрыла последний на сегодня документ, сняла очки и потянулась.
Вдруг в кабинет влетела обеспокоенная Любочка – моя левая рука, второй секретарь, младшая сестра и всё это во флаконе одной-единственной человеческой ипостаси.
– Марриам, тебя ждёт в своём кабинете Леший и с ним сидят какие-то хмурые мужчины! – Рири вздрогнула и удручённо простонала.
– Хорошо. Любочка, принеси нам туда, пожалуйста, кофе и кружечку чая. – Рыжий ураган взмахнул длинной зелёной юбкой и скрылся за дверью. – Нервничаешь? Всё будет в порядке, держись за моей спиной.
В кабинете моего зама нас ждал гость со своими приспешниками.
Смазливый мужчина сидел, остальные визитёры стояли за его спиной ближе к стене. Едва заметный запах хвои пробудил к нему интерес. Это то, что называют феромонами?
Не дождавшись пока его нам представят, парень приподнялся и протянул руку.
– Максимилиан Белых, зам главаря стаи волков округа Коткару, председатель объединения предприятий «Северный блик».
Я ответила на рукопожатие и улыбнулась своей фирменной рабочей улыбкой.
– Марриам Вишня. Хозяйка и гендиректор объединения «Южный луч». Чем могу быть полезна?
– До нас дошли неприятные слухи, – села напротив них и утянула рядом с собой на стул Рири. По лицу Максимилиана Белых пробежала гримаса отвращения.
– В нашем мире верить слухам нельзя, хотя иногда они бывают правдивы и дают фору на экономическом рынке. – Влез брат. Ал редко кого перебивает, значит, этот двуликий успел сильно его разозлить.
– Разумеется. – Натянул уголки рта повыше представитель Белых, было видно, что он не в настроении и сдерживает негатив как старая плотина бурные воды: того и гляди прорвёт. – Некая Шакари Тихая, говорят, затесалась в доверие к новоприбывшим в наш славный округ. В чём сейчас мы убедились собственными глазами.
– Что Вы подразумеваете под затесалась в доверие?
– То, что она сидит в дорогой одежде, уже о многом говорит. Откуда у неё столько денег? Ещё недавно отбывала наказание в вольном поле, а сейчас сидит передо мной и ухмыляется! – мужчина стал говорить громче, лицо его раскраснелось, а васильковые глаза наполнились ядом, смотря на молчавшую лису.
Я спокойно парировала:
– Не думаю, что одежда показатель махинаций, к тому же наказание своё, она уже более чем отбыла.
– Шакари! Я тебя предупреждал, гнида! Опять за старое взялась!? – переключился на девушку волк.
– Завались. Не твоего ума это дело. – Холодно ответила двуликая. Первый раз слышу от неё такую замораживающую насквозь интонацию.
– Ты! – мужчинку немного затрясло, фактурные брови сошлись на переносице, губы обнажили оскал. Любочка смотрела на всё с приоткрытым ртом, спутники агрессивно настроенного двуликого выглядели как мебель: ни видно, ни слышно, зачем вообще пришли?
– Я, я. А ты жопа от руля.
Что за детские дразнилки? Рири намеренно выводит его из себя? Впрочем, у неё получилось: зам стаи белых волков встал; пыхтя, указал на неё пальцем и продолжил:
– Вижу, ты совсем не изменилась, всё такая же беспардонная, наглая, мерзкая шельма!
На последнем слове оппонента лиса заметно вздрогнула, но быстро напустила на себя язвительность:
– А материться я смотрю, ты так и не научился, коротышка. – Тут найдёныш попала в точку, хотя для двуликого мужчины рост у него высокий. Максимилиан оказался ниже меня на целую голову, и ниже Рири на пару сантиметров. Тело было не субтильным, в меру накаченным, образ дополняли волосы цвета блонд и розовые губки. Симпатичный, да к тому же в моём вкусе!
Но типичный характер ликого из Коткару всё портил: не выношу чересчур сильных, спесивых, властных. Так что с грустью отметаем его кандидатуру на роль любовника. Пора заканчивать обмен ругательствами.
– Пожалуйста, не повышайте голос на моего сотрудника: Шакари – часть команды «Южный Луч». То, что вы попались на уловку группировки Иблис целиком и полностью ваша вина. Сколько она работала у Вас? Три года? И раскрыли её, как я предполагаю, совершенно случайно. Всё это говорит о её профессионализме, смекалке и хитрости. Такой работник меня полностью устраивает.
– Но Вы знаете лишь то, что она Вам сама рассказала?!
– В отличие от кое-кого мы тщательно проверяем кандидатов. – Опять влез Леший.
– Вы ещё об этом пожалеете! Да через нас вся администрация округа проходит! – процедил сквозь зубы смазливый паренёк.
Лиса, прикрыв рот ладошкой, в наигранном испуге, спросила:
– У-у-ух, как жестоки. А зачем всю администрацию по кругу пускать?
Я же встала, дала директиву:
– Любочка, как только любезные гости закончат распивать кофе, покажите им, где выход.
* * *
Мы вышли из высотки в тёплый осенний вечер, закат истончался тонкой линией вдалеке, сгущались сумерки. Подходя к машине, Рири внезапно остановилась, повернулась ко мне и выдала:
– Ты рыла на меня информацию? Ты знаешь, чем я занималась до переезда сюда?
– В общих чертах из крохи информации представление сложилось. У меня везде есть свои кроты.
– И всё равно не выкинула меня обратно на улицу?!!! – я остановилась, в глазах найдёныша плескался ужас, неверие и влага. – Так нельзя! Смазлёныш во всём прав! Я же просто всего этого недостойна! Моё место в казённом доме жопой нары протира-а-ать… – лисичка разревелась. Она закинула голову немного назад, пытаясь… сдержать слёзы? Не знаю, но выходило у неё плохо, рукавами начала растирать своё лицо, делая только хуже. Не в силах больше этого терпеть, подошла и обняла:
– Что я говорила тебе ещё в начале нашего знакомства? – она отвлеклась от своего горя и посмотрела на меня. – Мне не по душе твоё самоуничижение.
– Нн-о-о разве т-тебе не противн-о-о? – спросила, шмыгая носом.
– Прошлое осталось в прошлом. Или мы зря тебя подстригли? Зачем расстраиваться и реветь?
Моя рука аккуратно поправляла её чёлку. Пальцы перебирали мягкие красноватые пряди, заправляя некоторые из них за маленькое в людской ипостаси ушко.
– Я-я-я не расстроилась, мне просто стыд-дно…
– Подожди, это у тебя так стыд проявляется?
– Д-д-да…
Теперь уже я запрокинула голову назад и громко рассмеялась. Мы стояли под уличным фонарём, на свету которого вились осенние мушки, они были единственные, кто стал свидетелем этой неожиданной сцены.
У меня было спокойно и уютно на душе, просто тогда я ещё не знала, что сегодняшний визитёр твёрдо решил войти в мою жизнь.
Мёд, орешки, курага