Заблудшие души
Сергей Николаевич Борблик
Это история о добродушном молодом человеке, который ищет свое место в жизни, борясь с демонами не только у себя внутри, но и снаружи. Волею судьбы он оказывается сосланным в сельскую глушь водителем школьного автобуса. Здесь и начинаются его приключения и столкновения с необъяснимым. Попадая под влияние этой таинственной внешней силы, он перерождается и переходит на сторону зла. Но благодаря силе всепроникающей любви возвращается к добру. Приятного и нескучного вам чтения!
Заблудшие души
Сергей Николаевич Борблик
© Сергей Николаевич Борблик, 2016
ISBN 978-5-4483-4306-3
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
Всем любителям таинственного и непознанного…
Глава 1 – Таксопарк
1
Костюшос Янош, немолодой уже мужчина (ну это как посмотреть, лет 30 уже), лихо вырулил с проспекта, и резко остановился на парковочном месте в таксопарке №17 небольшого венгерского городка Бекешчаба на границе с Румынией. Всё бы ничего, но он чуть не сбил парковочный столбик с одной стороны и чуть не въехал на бордюр с другой, чем вызвал неодобрительное похмыкивание флегматично наблюдающего за происходящим со стороны «толстого Лая». Тот спокойно читал газету, изредка отгоняя назойливых мух, под сенью столетнего дуба, растущего на территории таксопарка, т.к. в офисе было слишком душно и жарко, как вдруг царящую тишину нарушил натужный рев мотора автобуса Яноша. Это был рев почти 400-сильного 9-ти литрового агрегата. Янош получил новенький автобус накануне, очень им гордился, и теперь пробовал, на что способен этот «стальной конь».
– Опять штраф на тебя пришел! – поприветствовал работника Лайош, управляющий таксопарка №17. – И где это ты умудрился превысить скорость на 40 километров, да еще с полным-то автобусом? Сколько тебе раз говорить – поумерь свой пыл, иначе несдобровать рано или поздно! Ты о пассажирах-то хоть думаешь? А об их семьях? Они ж тебе доверились! Тебе! А ты отчебучиваешь тут!
Собственно, похожими нравоучениями Лайош встречал его каждый раз по возвращении из рейса. Наслушавшись таких речей вдоволь Янош, между тем, и не думал менять свой стиль вождения, стиль работы, будучи слишком уверенным в себе, в своих возможностях, не боясь превышать скорость, подрезать, в общем, вести себя как сорви-голова. Страха не было. Была только какая-то непоколебимая убежденность в своих силах, порой даже чересчур.
«И откуда только во мне это! Смелость такая… Не иначе, от бабушки передалась!» Бабушка Яноша, Изольда, была предводительницей местных партизан во время второй мировой, отличилась непоколебимым духом и харизмой, вдохновляя своими пламенными речами соотечественников так, как никто другой. Много она кровушки у немцев попила, не могли они ее сломить. Одно ее прозвище, «железная Изольда», вселяло страх даже в бывалых солдат вермахта на многие мили в окрестностях Венгрии…
Каждодневные перепалки с Лайошом только распаляли Яноша, вызывали раздражение, злость, нервозную досаду, которую можно было смыть лишь очередными «геройскими поступками».
– Вычти из зарплаты, всегда ж так делаешь, на то и начальник! – парировал Янош.
– И вычту! Мало не покажется! И чего ты так лихачишь? Немолодой ведь уж… Да и вообще остепениться пора! Семьей обзавестить, детьми, знаешь ли… Это я тебе как родной отец говорю! – ловко переменил тему разговора Лайош.
– Ну ну, вот и хватит, батя! – сын слегка набычился и повернул голову набок, ожидая неминуемого неприятного продолжения.
– Вот, твой младший брат: всего 24, а уже жена-красавица, сын-первенец, еще второго в следующем году собираются! Вот, учись! А тебе уже 31, еще несколько лет и ни одна женщина не посмотрит в твою сторону! Сбавь обороты, сынок! Не гони… И все само собой образуется. Вот, Мария Шовенгер, соседка наша, не замужем пока. Лови момент, сынок!
– Да сто раз уже говорил, надоело! Вот стану известным гонщиком, тогда женщины всего мира будут на меня вешаться! – юношеской запальчивости у Яноша было не занимать.
– Ну да ну да, я тоже это уже слышал! И уже лет пять последних! А только и всего, что новый автобус получил и возгордился! Как будто верх мечтаний! Как будто признали тебя как гонщика! И гоняешь как на спорткаре! Нет, милок, ты всего лишь водитель городского автобуса! Запомни это! И все свои бессмысленные «смелые» штуки выкинь из головы! Слышишь? Все, до единой! А то возомнил себя!.. И отцу не перечь! Поумерь пыл-то! А то и уволить могу! А потом ремнем отходить! Мало не покажется!
Янош молча слушал эти сыплющиеся как из рога изобилия доводы – давно научился тому, что лучше все покорно выслушать и не спорить – себе дороже. Ведь не знал отец, что втайне он посещает занятия по картингу, уже стал местечковым чемпионом, и даже был в Будапеште на праздничной гонке, посвященной 75-летию Великой победы в войне с Германией! Нет, все свои козыри раскрывать не стоит, до поры до времени!
«Ну и увольняй! Чего пугаешь-то! Найдется что-нибудь и получше!» – думал он, но вслух ничего не сказал.
– Ладно, чего застыл-то! Давай дуй быстро в столовку, перекуси и снова в рейс! Люди, чай, ждут. Вечером поговорим!..
В столовой царил полумрак, по крайней мере, так казалось после залитой солнечным светом улицы. О, блаженство прохлады и тени! Набрав еду, Янош сел подальше от других, за свободный столик в углу комнаты. Нужно было немного поразмышлять.
«Картинг… Нет, вырос я уже из картинга! В следующем сезоне пойду в ралли на легковушках, а может и на тягачах! Париж-Дакар! Звучит… Моя ласточка же, в принципе, и есть как большой грузовик, только силенок поменьше будет. А, впрочем, и потягаться можно! Точно! Первая в мире гонка городского автобуса и грузовика! Хотя.. Для начала-то и сойдет, а потом всё равно в легковушки уйду, там драйва поболе будет! Всё-таки моя ласточка неповоротливая какая-то, да и тягачи эти…»
Такие мечты царили у Яноша в голове. Он и не заметил сперва, что к нему подсел его «коллега по цеху» Эмир, приехавший на заработки из соседней Сербии.
– Как дела? Как там твоя ласточка-то?
– Да, знаешь, ничего так, непривередливая, хотя уже около тыщенки скушала! Получается 25 литров на сто, вот!
– Ну да, аппетит неплохой..
– Ну а управляемость! Руль крутится как по маслу, система стабилизации держит дорогу! И маневренность – чудо! Так сегодня подрезал, подсекал, что аж пассажиры засуетились, нашлись и недовольные.. Так что скоро придет сюда бумага, и полечу я как миленький!
– Что есть, то есть. Ты это, поаккуратнее давай, а то опять штраф на тебя пришел. Сейчас штрафы, а потом депремирование! Тут «толстый Лай» серьезно поговорить с тобой намерен после работы. Ты это, держись! – понизил голос Эмир.
– Да не боись, Эмир, все пройдет, как всегда и было! Если что, уволюсь, коллектив подводить не буду!
– Ну ладно, удачи. Обед заканчивается уже, пойду-ко я, давай доедай быстрей!
– Да иди без меня. У меня еще минут 10 до выхода есть.
– Ну давай, увидимся.
«Уже все знает, ну прохвост! Да, обошел я его в конкурсе, вот и езжу теперь на новеньком Хёндае, а он – на каком-то подержанном Лифане. А зависть-то затаил.. Только как-то все видно у него, как-то все прозрачно.. Выслужиться перед отцом хочет, а меня убрать с дороги.. Молодец! Что же он придумал теперь? Так: топливо уже разбавлял, сроки мне срывал, разве что гайки с колес не скручивал – ну так не пойдет он на это, опасно!» – думал Янош, глядя на уходящего Эмира.
Эмир приехал работать из неспокойной и экономически нестабильной Сербии года полтора тому назад в поисках лучшей доли. Жена ушла, детей забрала – и всё из-за плохой жизни, из-за того, что Эмир мало зарабатывал, и то время от времени. Не то, чтобы он не старался, но как-то так получалось, что из-за отсутствия должной наглости, из-за простодушия своего, он часто попадал в такие ситуации, где его просто-напросто обманывали, подставляли, недоплачивали. Причём работал он всегда добросовестно, не жалел сил своих. Но… как-то всё не складывалось. Вот жена и ушла, оставив Эмира без квартиры, пользуясь бесхарактерностью мужа. А что делать одному без семьи, без родителей? Можно спиться, но Эмир нашел в себе какие-то силы всё изменить, и подался на заработки в соседнюю Венгрию.
Поначалу был тихоней – ниже воды, тише травы. Всегда нерешительный, мнительный, безынициативный, мягкотелый какой-то. В общем, зарекомендовал себя как заурядный работник-исполнитель, нуждающийся в жестком руководстве, которое будет наставлять его на путь истинный. А потом – пару месяцев назад – как подменили его: появился гонор, высокомерие даже какое-то, инициативные предложения так и сыпались. Записался в профсоюз, скоро вошел в управление, стал председателем даже! И на других рабочих смотрел как-то сверху вниз, показывая свою важность и значимость. И даже выдвинул свою кандидатуру на звание лучшего работника года, но вот Янош его тут обошел – по количеству рейсов и общему пассажиропотоку. И даже лихачество было этому не помеха…
«Ну ладно, так и быть, буду аккуратнее на дорогах! Всё-таки пассажиры! Люди всё-таки…» – Янош уже подруливал к первой остановке с твердым решением «попридержать лошадей». Однако как трудно было это сделать! Тем более, он ощущал в себе какую-то непреодолимую тягу к драйву, к скорости, бушевавшую порой не на шутку. «Скорей бы конец смены и погоняться на картах!» Только там Янош мог получить так необходимую психологическую, да и физическую разрядку, утолив сполна свою жажду – жажду скорости!..
Оставшееся время работы пролетело как-то незаметно, Янош мотался туда-сюда, забирал людей, высаживал людей, в общем, замотался. Но свое же ограничение по скорости соблюдал, как ни трудно это было сделать на скоростном шоссе, тем более за городом. Или же следуя за каким-нибудь городским тихоходом, который как будто нарочно никуда не спешит и тормозит на каждом повороте…
С чувством выполненного на сегодня долга Янош возвращался в таксопарк, дав себе слабину и позволив послушной ласточке разогнаться – всё-таки пустой, без пассажиров еду. Ну и по закону подлости, как по мановению волшебной палочки, легко взмахнув полосатой палочкой, из-за кустов, в которых затаилась патрульная машина с радаром, вынырнул полицейский.
Делать нечего было нечего, и Янош остановил автобус, скрепя сердце.
– Инспектор Форман! Предъявите документы! – бодро выпалил полицейский. – Превышаете, гражданин. Да еще на такой громадине! Хорошо, хоть без пассажиров едете!
Инспектор говорил, одновременно показывая Яношу показания с радара, запись с видеорегистратора, и выписывая штраф. «Красиво смотрится моя ласточка!» – не без гордости подумал Янош, усмехнулся и кивнул головой – дескать, понял, признаю.
– Так, 82 километра в час вместо разрешенных 50 по городу! На вас налагается административное взыскание в размере 7000 форинтов. Ознакомьтесь с протоколом и распишитесь! Вот здесь! Так… Копия протокола будет отправлены по месту работы, так, в таксопарк №17 – отрапортовал Форман. – Так, а есть ли у вас непогашенные нарушения? Что, не помните? Сейчас проверим! – он передал по рации номер автобуса и фамилию водителя. – Ну, так и есть! Сегодня утром, превышение на 40 км, причем, небось, с полным автобусом, судя по времени, не так ли? – Форман злорадно ухмыльнулся, Янош смиренно кивнул.
– Значит так, штраф увеличиваю до 14000 форинтов! – инспектор твердой рукой начал писать еще одну бумажку. Янош вздохнул, грустно обведя окрестности взглядом, и убедился в необходимости купить свою собственную машину, и упражняться в мастерстве вождения исключительно на безлюдных трассах. «Неплохо бы и на немецкие автобаны сгонять, там ограничения по скорости нет, вот разгонюсь всласть!». А пока оставалось, понурив голову, ждать и копить на новую машину…
– Честь имею! – Форман вернул Яношу документы и поспешно нырнул обратно в кусты, дабы скрыться из поля видимости будущих потенциальных жертв. Стояло лето, и буйная растительность надежно скрывала инспектора и его машину от посторонних взглядов.
И покатил незадачливый гонщик в таксопарк, внутренне готовясь к очередному разносу…
К слову сказать, подарил ему отец старенькую, еще, небось, войну видавшую развалюху, которая стояла в гараже, и никто на ней не ездил. Вот и сейчас стоит в гараже (точнее, в приспособленном под гараж сарайчике), только уже у Яноша, и на ней опять-таки никто не ездит. Вот уже лет пять как, как Янош переехал в свой дом, доставшийся в наследство от бабушки. Который тоже еще войну видел, первую мировую то бишь.