Габриэль проверил показатели системы жизнеобеспечения скафандра, пробежался взглядом по экранам, убедился, что процесс добычи в норме и вышел из машины. Он уже видел вышедшего из-за цистерны Рифа, когда около буровой машины появилось клубящееся и переливающееся серое облако, по которому проносились голубые искры. Риф быстро сообразил что происходит – он поднял плазмострел и прицелился в облако. Габриэль хотел крикнуть ему, чтобы тот не стрелял, но искры собрались в верхней части серого облака и слова застряли в горле. Риф нажал на спуск – на клубящемся облаке мигнул зелёный огонёк лазера и из разгонного канала плазмострела вылетел, окружённый сгустком плазмы, металлопластовый цилиндрик, на огромной скорости врезавшийся в переливающееся серым облако. Еле слышно ухнул взрыв и от облака в разные стороны полетели быстротающие в безвоздушном пространстве клочья. Давление на сознание Габриэля ослабло.
– Стой, больше не стреляй, – выкрикнул Габриэль по рации.
– Лучше пригнись, – усмехнулся Риф и нажал на спуск ещё раз.
Облако сжалось, голубые искры вылетели из его тела наружу и очередной сгусток плазмы из плазмострела попал прямо в них. Искры впитали энергию и направили её внутрь облака. Облако вспыхнуло голубым, в нём пронеслись оранжевые плазменные сгустки, образовав причудливый узор, а яркие голубые звёздочки втянулись обратно в тело облака. Оно увеличилось в размере до двух метров в высоту и метр в ширину, став похожим на веретено, состоящее из оранжевой плазмы. Габриэль почувствовал, как снова усилилось давление на сознание и в этот момент плазменное веретено обняло Рифа. В голове у Рифа взорвалась вселенная.
Риф сидел на кровати в своей спальне и его невидящий взгляд упирался в тёмный прямоугольник визиопроектора на стене. По комнате были раскиданы вещи Рифа, валялись упаковки от ресторанной еды на вынос и бутылки из-под спиртного.
«Тварь!» – бурлило в сознании Рифа, – «и сволочь! Я всё для неё делал, я старался измениться, а она, изменила мне – шлюха, подлая шлюха!»
Он встал с дивана и стал ходить по комнате, расшвыривая валяющиеся вещи. Он, закончивший университет по специальности «Этико-психология взаимодействия с системами искусственного интеллекта», получивший учёную степень, перспективный и хорошо зарабатывающий никак не мог ужиться с девушками – они его бросали, прожив с ним кто месяц, кто полгода. Он – красив, хорошо сложен, они западают на него, пользуются его возможностями, а потом бросают. Ему хотелось выть от обиды. Он не понимал в чём дело и что значили её слова, что он слишком правильный. Как может человек быть слишком или не слишком правильным? Что она там ещё говорила – мол нет чёрного и белого, жизнь, это полутона! Какие там полутона, если она со мной, то значит со мной, а не вот с этим на четвертинку и ещё вот с этим на восьмушку! Риф пнул валяющиеся штаны. Из-под них на пол выпали женские трусики красного цвета, забытые собиравшейся в спешке бывшей девушкой Рифа. Риф поднял их, поднёс к лицу и, почувствовав её запах, втянул его в ноздри. А дальше всё словно поплыло в его сознании. В голове вертелось – шлюхи, шлюхи, шлюхи, убей, убей, убей! Риф словно во сне открыл, положенный отставному военному, сейф с амуницией, взял два автомата, патроны к ним и вызвал транспортную капсулу. Как во сне, спустился вниз на лифте и вышел на улицу. Люди шарахались от него в стороны, а перед его глазами всё плыло. И как во сне, Риф сел в подъехавшую капсулу.
– Добрый день, назовите желаемый адрес, – прозвучал вежливый голос системы интеллекта управления.
– Шлюхи, – процедил сквозь зубы Риф.
– Запрос неясен, – ответила система управления, – найдены совпадения – дома развлечений, ближайший к вам «Небесные фиалки».
– Да, – выдохнул Риф.
– Запрос принят, – подтвердила система.
Сознание Рифа снова поплыло и он уже не помнил, как вышел из капсулы и зашёл в дом взрослых развлечений. Кажется, сначала он убил, не успевших среагировать, охранников, потом расстрелял персонал за стойкой, состоящий из андроидов и, как оказалось, успевших вызвать полицию. Затем поднялся на этаж с приватными комнатами, шёл по коридору, заглядывал в каждую из них, если те были закрыты, то вышибал замки, и стрелял, стрелял, стрелял, устилая дорогие ковровые дорожки отработанными гильзами и наполняя воздух запахом окислителя. Он остановился у двери с её именем, мысленно произнёс его и собрался войти – рука уже тянулась к дверной ручке, но что-то ударило ему в спину и мышцы пронзила острая судорога. Сознание стало отключаться и он, уже находясь на грани спасительного забвения, увидел приближающихся полицейских из спецотряда. Последней мыслью Рифа стало воспоминание об успевшем произнести проклятие шамане индейцев, которого он убил выстрелом в лоб.
Габриэль пришёл в сознание в кабине буровой. Машины двигались в сторону станции, показатели были в норме, цистерна транспортировки была заполнена на сто процентов и, судя по навигационной карте, они прошли уже более половины пути. Габриэль повернул голову и увидел, сидящего в соседнем кресле, Рифа. Риф был без сознания.
– Леся, – обратился Габриэль к интеллекту скафандра, – проверь состояние Рифа.
– Член команды Риф Иони находится в коме, – сообщила приятным женским голосом система скафандра, – интеллект Виолетта, поддерживает жизненные показатели Рифа.
– Он назвал систему скафандра Виолеттой? – удивился Габриэль.
– Да, интеллект с номером эл-эс двадцать три бис кей, идентифицирован как Виолетта, – сообщила система.
Габриэль закрыл глаза и стал прокручивать в голове видение о бойне в «Небесных фиалках».
– Прибытие на станцию, через пять минут, – оповестил компьютер буровой машины.
Машины катили по поверхности умирающей звезды, а в сознании Габриэля к яркому кусочку мозаики его жизни, лежащему на тёмном сукне памяти, лёг кусочек мозаики жизни Рифа.
Глава 11
Габриэль отложил книгу «Туннель в небе» и подумал:
«Ведь, тысячу раз прав автор, который вложил свою мысль в слова инструктора по выживанию – у человека больше шансов выжить, если он не лезет на чужую планету с оружием и когда он один на один с природой. Только тогда он начинает бояться и слышать. Слышать природу, слышать самого себя, слышать свои ощущения, бояться, но слышать и выживать!» – Габриэль смотрел на серую стену каюты, к невзрачному интерьеру которой он уже привык и которая весьма уютно выглядела в приглушённом освещении точечных настенных светильников. Тишину уюта разорвал резкий жужжащий звук дверного звонка. Габриэль встал с кровати и открыл дверь – на пороге стоял Билл Арк.
– Позволишь войти? – спросил он.
– Да. Заходи, – посторонился Габриэль, пропуская Билла внутрь.
Билл подошёл к столу, уселся на табурет, попутно кинув взгляд на книгу, лежащую на кровати.
– О, компания расщедрилась, – ухмыльнулся Билл, провожая взглядом садящегося на кровать Габриэля.
– Да, вот снабдила двумя бумажными экземплярами, – сказал Габриэль, убирая книгу себе за спину.
– Дашь почитать? – попросил Билл, – ну, когда закончишь, конечно.
– Думаю, ты пришёл не для того, чтобы попросить почитать книгу, – перешёл к делу Габриэль.
Напускное добродушие слетело с лица Билла, он впился в Габриэля своим буравящим взглядом.
– Я хотел бы попросить тебя рассказать во всех подробностях, что произошло на буровой, – произнёс Билл.
– В отчёте всё есть, – выскользнул ужом из щупалец взгляда Габриэль.
– Прости, но мне кажется, что ты что-то недоговариваешь, – продолжая буравить взглядом, недоверчиво произнёс Билл.
– Ну, конечно, ведь меня и самого вырубило, а пришёл я в себя только в кабине машины, – уклонился от рассказа о видении Габриэль.
– Ладно-ладно, но, если что-то вспомнишь, расскажи сначала мне, – ослабил взгляд и разом подобрел Билл, – на мне ответственность за персонал и, чтобы избежать дальнейших эксцессов, должен знать всё.
– Это всё или есть ещё вопросы? – намекнул на окончание беседы Габриэль.
Билл загадочно улыбнулся, взгляд его стал по кошачьи масляным.
– Как ты думаешь, – начал он, – по праву ли Робер занял место руководителя?
– По-моему, мы вполне нормально распределили роли, – ответил Габриэль.
– Да, неплохо, но, если вдруг начнутся ошибки в управлении или какие-то сбои, – попытался изобразить доверительный тон Билл, – и интеллект станции назначит перевыборы, я хочу знать – будешь ли ты на стороне процедурной законности или подчинишься грубой силе?
– Время покажет, – пожал плечами Габриэль.
– Да ты у нас философ и фаталист, я смотрю, – хохотнул Билл, – но я всё же надеюсь на твою поддержку во время переназначений.
Билл встал с табурета, подошёл к двери и повернул голову к Габриэлю.
– Рано или поздно переназначения будут, сделай правильный выбор и мы все выживем и вернёмся домой, – сказал он и вышел из каюты.
Габриэль проводил его взглядом, взял книгу, открыл на заложенной странице и попытался продолжить чтение, но мысль о том, что Билл приходил неспроста и что-то не договорил, постоянно отвлекала и мешала ему сосредоточиться.
Глава 12
– Станция «Гелиос 58» вызывает «Раданкар», станция вызывает «Раданкар», – Робер пробовал связаться с мостиком танкера.
– Что там с показателями устойчивости связи? – повернул он голову к Егору, который занимался программированием интеллекта станции.