Тихое падение. Том 2
— Вероятнее всего. У каждой квартиры нашли по записке: «Держись подальше от Ким Раон». Узнаете почерк? Похож на тот, которым вам писали?
Я повертела записку в руках.
— Трудно сказать… Хотите, принесу для сравнения? Я их выкидываю, но последняя еще должна лежать в мусорке.
— Буду благодарен. Сможете поскорее?
Я кивнула.
— Того, кто это сделал, не засняли камеры? — Хису забрал у меня записку и вперился взглядом в иероглифы.
Детектив Пак вздохнул.
— Засняли. Высокий человек в черном с закрытым лицом — вот и все приметы. Камеры там не лучшего качества.
— И Мун Ищик уже был в квартире, когда этот человек появился? — Хису подозрительно сощурил глаза.
Детектив Пак хмыкнул с оттенком уважения.
— Был, это мы проверили. Он не сам себе дверь измазал.
Услышанное с одной стороны успокаивало, а с другой — добавляло беспокойств. Меня радовало, что я не ошиблась в Мун Ищике и тот, несмотря на бурный нрав, не оказался жутким сталкером. С другой стороны, тот человек все еще ходил на свободе… И его методы становились все более и более изощренными.
После того, как я ответила еще на несколько вопросов, детектив нас отпустил — с обещанием как можно скорее принести записку. Стоило выйти из полицейского участка, как мы наткнулась на Ли Щивона и Мун Ищика. Как выяснилось, они тоже только что закончили с дачей показаний. Судя по поведению, произошедшее сблизило недавних спорщиков — они больше не смотрели на друг друга волком и общались и вполне дружелюбно.
— Сталкер, ха? — невесело усмехнулся Ли Щивон. — Вот и издержки популярности, Ким Раон. Жуть та ещё, если серьёзно.
— С тобой все будет в порядке? — обеспокоенно спросил Мун Ищик.
Я неуверенно пожала плечами.
— Надеюсь, полиция его найдёт.
— Кстати, о этом, — вмешался в разговор Ли Хису. — Вы не заметили вчера в баре ничего подозрительного? Или кого-то?
При мысли о том, что подразумевал вопрос Хису, я похолодела. Сталкер знал о драке парней, а значит, с большой долей вероятности был вчера в баре. Как он там оказался? Следил за мной?
При мысли о слежке я тут же невольно завертела головой по сторонам.
— Детектив тоже спрашивал, но мы ничего не заметили. Прости.
Мун Ищик выглядел искренне сожалеющим, что не смог помочь. Я поспешила его успокоить:
— Это вы меня простите. Я обязательно оплачу ремонт дверей. Подождёте немного?
— Глупости! — Ли Щивон и Мун Ищик синхронно покачали головами. — Пусть этот придурок платит, когда его найдут. Ты, Раон, ни в чем не виновата.
На этом мы с ребятами расстались. Они отправились приводить в порядок двери, а я поехала домой на поиски записки. По пути Хису настоял, чтобы мы зашли в магазин электроники и купили камеру. Он сам заплатил на кассе, не слушая возражений.
— И не нужно ничего возвращать, Ким Раон, — добавил Хису, прежде чем я успела вставить слово. — Считай, что я плачу за собственное спокойствие.
Вопреки смутному опасению, с дверью моей квартиры все было нормально, и даже постоянный букет не торчал из дверной ручки. Смущаясь, я пригласила друга внутрь. Квартира была скромной, на грани бедности, и, кроме Наын, друзей я сюда никогда не приглашала. К счастью, Хису ничем не выдал удивления, даже если и испытал что-то подобное.
— Хочешь чаю? Или кофе? У меня, правда, только растворимый… — засуетилась я, как заправская хозяйка.
— Давай лучше сначала найдем записку.
Ли Хису сегодня отвечал за голос разума. Смущаясь, я открыла мусорное ведро. К счастью, записка лежала прямо сверху: копаться в мусоре на глазах у друга не слишком-то хотелось.
Дрожащими руками я развернула бумагу. От обилия иероглифов в глазах зарябило.
Дорогая Раон!
Сегодня мне грустно: я понял, что наши отношения могут значить для тебя не то, что они значат для меня. Иначе как объяснить, что ты окружаешь себя такими людьми? Приближаешь к себе других парней, а они ведь недостойны даже твоего пальца. Неужели ты так тщеславна?
Раон, я понимаю, что это неизбежно: ты актриса и всегда будешь привлекать внимание со сцены. В конце концов, именно там я тебя и увидел. Ты была прекрасна, Раон, и я сразу понял, ты — такая единственная. Но при мысли, что на тебя смотрели и другие… эти жалкие, невежественные парни с их грязными мыслишками… При одной лишь мысли об этом, Раон, мне хочется спрятать тебя от мира.
В конце концов, разве цель любой актрисы — не найти поклонников? Но ты уже нашла почитателя, Раон, самого лучшего, самого преданного. А если цель достигнута — не пора ли остановиться? У тебя есть я, Ким Раон, играй только для меня, и я положу к твоим ногам все цветы мира. Ты же знаешь, я серьёзно. Я огражу тебя от любых невзгод и неурядиц. Просто положись на меня, и ты ни в чем не будешь нуждаться.
Надеюсь, ты воспримешь мои слова серьезно, Раон-а. Оставь этот глупый спектакль. Твоя игра должна принадлежать только тем, кто этого по-настоящему заслуживает.
Глава 6
Десять лет назад
С того дня букеты прекратились — как отрезало. Возможно, сыграла роль камера, которую Ли Хису всё-таки установил над дверью, но что-то подсказывало, что причина глубже. Похоже, сталкер приревновал к заступничеству Мун Ищика — другого объяснения бреду про единственного достойного поклонника у меня не было.
Но больше всего в записке пугало другое: просьба, вернее требование оставить спектакль. При одной мысли, что этот человек указывал мне, что делать, внутри поднималась волна негодования. Что этот сумасшедший о себе возомнил? Я ни при каких обстоятельствах не собиралась уходить со сцены.
«Us», с которыми я поделилась содержанием записки, разделяли возмущение. Больше всего негодовала Пак Йечжу, воспринявшая слова сталкера как личное оскорбление.
— Кто, он думает, он такой? — Йечжу даже покраснела от злости. — Не могу поверить. Ким Раон, ты ведь не собираешься его слушаться? Премьера через две недели!
— Конечно нет. Даже не думай.
— Но это может опасно, — вмешался в разговор Квон Мингю. — В Америке была история. Один мужчина преследовал актрису и, чтобы привлечь ее внимание, выстрелил в президента.[6]
— Квон Мингю, не каркай! — вскинулась Йечжу. — Ким Раон и так плохо!
Помощник режиссёра больше ничего не сказал, но атмосфера, и без того невеселая, была безнадежно испорчена. Репетиция тоже прошла без энтузиазма — но Пак Йечжу не стала ругаться. Ей самой было трудно сосредоточиться.
Слова Квон Мингю, однако, имели далеко идущие последствия. Удивительно, но больше всего они повлияли не на меня, а на совершенно неожиданного человека.
Ли Хису.
— Мингю-сонбэ прав, — заговорил он, едва Пак Йечжу объявила перерыв на обед. — Это может быть по-настоящему опасно. Заметила, как меняется постепенно его тон? Он становится все более и более требовательным. И выходит за рамки простого восхищения.
— Но что мы можем сделать? — Наын выглядела не менее взволнованной. — Полиция про нас как будто забыла.
— Полиция полицией, всегда можно что-то придумать. Не отпускать Раон одну, например. Раон, с сегодняшнего дня я буду везде тебя сопровождать.
— Что? — от удивления у меня открылся рот. — Хису, это уже чересчур…
— Не чересчур, — отрезал парень решительно. Куда только делся мягкий, дружелюбный Ли Хису? В последнее время он почти не улыбался…
— Что, если на тебя нападут? Во сколько ты возвращаешься домой после подработки? Случись что, никто даже не услышит.
Я прикусила язык. Хису был прав: я и без того с опаской ходила ночью по своему району. Единственное — казалось неловким так напрягать друга. Мы познакомились пару месяцев назад, а я уже вешала на его шею такое бремя.
Словно почувствовав мои сомнения, Хису добавил:
— И не думай даже смущаться. Мне все равно нечем заняться, кроме спектакля. На самом деле, будет даже полезно побольше двигаться.
Возражать дальше было невежливо, и я согласилась на предложение. Меня немного беспокоило, как отреагирует нам это Наын — в последнее время ребята сильно сблизились, — но подруга горячо поддержала Хису, и сердце успокоилось.
На этот перерыв закончился, и мы вернулись к репетиции. После обеда, когда все немного расслабились, дело пошло более споро. По окончании прогона Пак Йечжу выглядела довольной, да мы и сами чувствовали, что справляемся лучше и лучше.
Как и обещал, Ли Хису проводил меня до подработки. Это был небольшой ресторанчик в туристическом районе, где я последние пару лет подрабатывала официанткой.
Несмотря на возражения, Хису настоял, что подождет, пока закончится смена, и устроился за столиком в уединенном углу. Снова стало неловко — заставлять его ждать четыре часа! — но партнер по спектаклю был непреклонен.
— Удачной работы, Ким Раон, — пожелал он с улыбкой и уткнулся в ноутбук. Времени спорить уже не оставалось, и я поспешила в раздевалку.
Вечер в ресторане всегда привлекал много народа — и туристам, и местным жителям нравились еда и атмосфера. К счастью, руководство не экономило на персонале, и официантам не приходилось сбиваться с ног, обслуживая посетителей. Прохлаждаться, однако, тоже не приходилось — мы сполна отрабатывали зарплату и чаевые.
Сегодняшний день тоже заставил персонал попотеть, но это не мешало мне постоянно следить взглядом за Хису. Освещенный мягким вечерним светом, в очках для чтения, он выглядел как герой фильма — невозможно не залюбоваться. Я старалась не попадаться ему на глаза, чтобы не позорить себя, но все усилия оказались тщетными. К счастью, внимательным оказался не сам Хису, а моя коллега — официантка Шин Мичжу.
— Это что, твой парень? — возбужденно зашептала она мне на ухо, поймав во время короткого перерыва. — Какой симпатичный. Тебе так повезло, Ким Раон!
В панике я замахала руками.
— Он не мой парень, Мичжу! Просто друг.
— Ага, вижу я, какой там друг. Ты на него та-а-а-ак смотришь… Или он что, не свободен?
Я немного подумала перед ответом.
— Ну, не совсем. У него пока нет девушки, но…
— Значит, можно приударить?
— Нет!
Шин Мичжу расхохоталась. Она была старше меня на несколько лет и куда более искушенной в делах любовных.
— Если он тебе нравится, не теряйся, Ким Раон. Живем один раз. А красавчики на дороге не валяются.
В этот момент Шин Мичжу позвали в зал, и неловкий разговор закончился. Я прижала ладони к пылающим щекам. Слова Мичжу разбудили внутри ненужные мысли.
Чтобы очистить голову от глупостей, я вернулась к работе, не дожидаясь конца перерыва. В ресторане как раз добавилось посетителей, и меня отправили к последнему занятому столику.
Подойдя к назначенному столу, я вздрогнула. Клиент, мужчина средних лет, держал в руках букет цветов.
В ушах зашумело, а в глазах замелькали черные мушки. Я видела, как клиент открывает рот, но ни слова не услышала. Только через несколько секунд туман немного рассеялся.
— …вазу.
— Что, простите?
— Не могли бы вы принести вазу? Моя спутница еще не пришла. Не хотелось бы, чтобы цветы завяли.
Мужчина не выглядел раздраженным моей непонятливостью. Я поклонилась.
— Прошу прощения. Принесу незамедлительно.
Вазу я принесла быстро, но, когда опускала цветы в воду, руки немного дрожали. Букет подозрительно напоминал творения сталкера: ярко-красные розы, завязанные в плотный узел. Усилием воли я напомнила себе, что это одно из самых популярных сочетаний. Подобные букеты имелись в любом цветочном.
Самовнушение помогло слабо — из-за слабости в руках я чуть не опрокинула вазу. Пришлось снова извиняться за неловкость.
— Ничего страшного, — уверил клиент. — Вы, наверное, недавно работаете? Не волнуйтесь, примите заказ. Можете что-то из меню посоветовать?
Я не стала исправлять доброго мужчину и говорить, что работаю в ресторане уже второй год — сейчас это был не повод для гордости. Вместо этого я начала перечислять блюда дня и рекомендации шефа. Даже со стороны мой голос звучал механически. Коллеги начали оглядываться.
— Всё хорошо? — спросила Шин Мичжу, когда я приняла заказ и вернулась на кухню. — Ты как-то побледнела. Клиент достает?
Я покачала головой. Мужчина потратил немало времени, определяясь с заказом, но меня это не раздражало. Чувствовалось, что он сильно волнуется перед свиданием и не хочет оплошать. Пришлось перечислить почти все меню, прежде чем он сделал стандартный выбор: вино и пасту.
— Да нет, все нормально.
— Уверена? Выглядит он крипово. Думаешь, правда свидание?
Шин Мичжу была известной сплетницей и обожала обсуждать клиентов. Даже в обычных обстоятельствах я старалась избегать ее компании, а сегодня и подавно.
— Не знаю?.. Извини, мне пора идти.
Однако после слов Мичжу я невольно обратила внимание на клиента с букетом. Мужчина был одет в костюм слегка не по размеру, из-за чего ткань во многих местах топорщилась. Его стрижку тоже как будто делали дома, и длина волос местами отличалась. В целом вся атмосфера вокруг клиента была немного странноватой. Он постоянно ёрзал на стуле, вертел в разные стороны салфетку, то брал, то клал на место приборы. Я понимала, почему Мичжу о нем так отзывалась.
Народ в ресторан все прибывал, и на некоторое время я забыла про странного клиента. Наконец кухня отдала его заказ, и я понесла пасту за столик. Спутница гостя так и не появилась.
— Стоит ли вернуть вторую пасту пока на кухню? Чтобы не остыла?
Я старалась, чтобы в голосе не звучало жалости. Клиент задумался.
— Нет, не стоит, — он слабо улыбнулся. — Моя спутница скоро будет.
Возвращаясь на кухню, я видела, как он набирает что-то в телефоне. Но ни через несколько минут, ни через полчаса, ни через час — спутница мужчины так и не появилась.
Нетронутая паста давно остыла, а на мужчину начали коситься другие посетители. В конце концов, менеджер ресторана велел мне аккуратно поинтересоваться, как долго господин собирается занимать столик.
— Люди ждут в очереди, а мне некуда посадить. Если не будет есть, пусть освободит место.
За спинами клиентов менеджер нередко позволял себе грубости: сказывалась нервная работа. Мне не слишком понравилась его просьба, но делать было нечего. Пришлось подчиняться. Но я, конечно, не могла выгнать клиента в лоб, и зашла издалека:
— Шеф просит уточнить — вам понравились блюда?
— А, конечно, спасибо. Все очень вкусно… — выдавил мужчина вместе с нервной улыбкой. Тарелка перед ним была почти нетронутой.
— Может, ещё что-то принести? Могу посоветовать отличные десерты.
— Возможно, позднее.
На другом конце зала менеджер жестами велел мне поторопиться. За его спиной маячила целая очередь.
Я собралась с духом.
— Прошу прощения за просьбу, но, если ваша спутница не придет, могу я пересадить вас за барную стойку? У нас сегодня полная посадка, и столов не хватает для всех желающих. Разумеется, с нас бесплатные коктейли.
Последнее было моей собственной инициативой — при виде брошенного мужчины сердце сжималось от жалости. Тот, однако, замотал головой отчаянно:
— Она скоро придёт! Обещаю! Уже совсем скоро!
Я в растерянности оглянулась на менеджера. Тот округлил глаза с сердитым выражением.
— Уверены?
Мужчина сжался, как лопнувший воздушный шарик.
— Это так очевидно?
— Вы уже полтора часа ждёте. Не похоже на простое опоздание.
Мужчина со вздохом запустив пальцы в растрепанные волосы.
— Как стыдно…
— Ничего страшного! Такое постоянно происходит.
Я слегка покривила душой, но мужчина немного приободрился.
— А, может, вы со мной посидите? Так не хочется пересаживаться в бар…
— Эм-м-м… — такое предложение поступило впервые, и на секунду я растерялась, что делать. — Простите, это запрещено. Кроме того, мне нужно закончить смену. Давайте провожу вас к бару, пожалуйста.
— А когда у вас заканчивается смена?
На лице мужчины появилось детское, капризное выражение — словно отобрали любимую игрушку. Разговор быстро переставал быть комфортным.
— Нам запрещено сообщать это клиентам.
На автомате я соврала — в конце концов, мужчина первым переступил границу уместности. Тот разгадал хитрость, потому что его лицо сморщилось.
— Уверена, вы отлично проведёте время в баре, — я попыталась смягчить резкие слова, но мужчина уже обиделся. Он молча встал из-за стола и, не дожидаясь меня, пошёл к барной стойке. Даже спина его выражала крайнюю степень возмущения. При виде этой картины менеджер показал мне большой палец. Я глубоко вздохнула.
Сообщив бармену о бесплатных коктейлях, я на время потеряла из виду незадачливого клиента. Гости продолжали наводнять ресторан, и приходилось вертеться юлой, чтобы обслужить всех по высшему разряду. Глазеть на Хису времени тоже не оставалось, но я видела, что он спокойно сидит на своём месте. Немного беспокоило, не велят ли пересадить в бар и одинокого Хису, но, видимо, он заказывал достаточно, чтобы менеджер не решался его беспокоить. Воистину, великая сила денег.
Постепенно смена подходила к концу. Заканчивая с последними заказами, я уже валилась с ног от усталости. Оставалось сделать совсем немного: рассчитать нескольких гостей и вынести мусор. Сегодня последнее было моей обязанностью.
Попрощавшись с гостями, я скрылась за дверью для персонала, сгребла мусорные мешки и потащила на задний двор, где складировались отходы. Выкинув мешки в бак, я замерла на пару мгновений перевести дух. Вечерний воздух приятно холодил разгоряченное тело.
На какое-то время я потеряла счёт времени. Из оцепенения вывел хлопок задней двери ресторана.
— Шин Мичжу?
Я обернулась, но увидела не коллегу.
У дверей ресторана стоял тот самый гость — и держал в руках букет ярко-красных роз.
— Ким Раон… — позвал он тихо. Глаза мужчины закрывала длинная челка, и я не могла разобрать выражения.
По спине пробежал холодок. Откуда он знал моё имя?
— Почему ты не захотела со мной посидеть? Разве я невежливо просил? Или я для тебя недостаточно хорош? Почему меня все отвергают, Ким Раон? А ведь ты такая красивая… как актриса…
Бормоча, мужчина все ближе и ближе подходил ко мне. Я попятилась назад, пока не налетела спиной на край мусорного бака.
— Не подходите… — прошептала я. От испуга голос сел. Еле слышный сип — это все, что я могла из себя выжать.
— Почему, Ким Раон, почему?
Мужчина все приближался, но от страха тело отказывалась двигаться. Запах цветов в его руках смешался с отвратительной вонью от алкоголя.
— Я тебе не понравился? Это из-за моего лица? Или потому, что у меня нет денег? Но могла хотя бы принять розы! Посмотри, какие красивые! Посмотри, посмотри, Ким Раон!
Мужчина практически ткнул букетом мне в лицо. Теперь я могла видеть его глаза — мутные, покрасневшие. Паника волной затопила сознание.
— Ну же, ну же, возьми!
К глазам подступили слезы — хотелось разрыдаться прямо на месте.
— Не трогайте… Отойдите…
— Ну же, Ким Раон, ну же!
Я сжалась в комок у мусорного бака. В голове мутнело. Хотелось только одного — чтобы это закончилось.
И в этот момент…
— КИМ РАОН!
Дверь ресторана распахнулась.
Глава 7
Десять лет назад
Я рыдала в объятиях Ли Хису, как не рыдала уже давно — наверное, с момента аварии родителей. Слезы текли рекой и не думали прекращаться. В голове не осталось ни одной мысли: ни о том, что это неуместно, ни о том, каким некрасивым стало мое лицо. Страх, усталость и боль — все выплеснулось в этих слезах.
— Все хорошо, Ким Раон, все хорошо.
Ли Хису гладил меня по спине, не выражая ни малейшего недовольства по поводу мокрой рубашки или неловкости ситуации. Я прижалась ещё сильнее. Казалось, он единственный во всём мире мог меня защитить.
Когда гость с цветами — как выяснилось позже, его звали Ан Чонхо, — зажал меня в тёмном переулке, именно Ли Хису первым поднял панику. Не дождавшись моего возвращения, он отправился на поиски и довольно быстро нашел нас на заднем дворе. Пока я тряслась от страха, он оттащил Ан Чонхо, который и так едва держался на ногах. Другие официанты скрутили гостя, а я бросилась на шею спасителю.
В себя я пришла только в комнате отдыха. Но не окончательно — тело продолжали сотрясать рыдания, мешая связно говорить и думать. Прошло немало времени, прежде чем слезы начали высыхать.
— Уже лучше? Хочешь воды? — заботливо спросил Хису. Мысленно сопротивляясь, я отстранилась от него и вытерла руками лицо. Не дождавшись ответа, Хису просто протянул бутылку с минералкой.
В этот момент в дверь постучали. Я вздрогнула.
— Можно?
Это оказался уже знакомый нам детектив Пак.
— Как-то часто мы стали видеться, госпожа Ким, — беззлобно заметил детектив Пак. Он пододвинул себе стул и сел напротив нас с Хису. — Готовы поговорить? Не хочу тащить вас в участок.
Поколебавшись, я кивнула.
— Расскажите, что произошло.
Запинаясь и всхлипывая, я поведала о событиях вечера.
— Как вы думаете, это он? Ну, сталкер?
Это был самый важный вопрос. Неужели таинственный поклонник наконец обрёл имя и лицо? Но детектив Пак не дал определенного ответа.
— Не знаю, госпожа Ким, не знаю… Нам удалось связаться с девушкой, с которой он должен был встретиться сегодня. Она реальна, и у них действительно планировалось свидание. Пока дама не решила его продинамить.
— Но он знал моё имя!
— Ан Чонхо утверждает, что спросил его у ваших коллег, и они это подтверждают.
— А что с букетом?
— Совпадение, полагаю?
Я растерянно посмотрела на Хису. Неужели Ан Чонхо действительно не был сталкером? Не слишком ли много для этого было совпадений?
Хису словно почувствовал мои сомнения:
— А что по поводу вечера, когда испортили двери Мун Ищику и Ли Щивону? У него есть алиби?
Детектив Пак понимающе усмехнулся.
— Есть.
— Достоверное?
Полицейский пожал плечами.
— Звучит достоверно, по крайней мере. Проверить невозможно — у меня связаны руки. Сегодня он по большому счету ничего не сделал — напугал только. Можете попробовать предъявить обвинения, но вряд ли выйдет что-то путное.
Накатило чувство бессилия. Разумеется, никаких обвинений предъявлять я не собиралась — смысл тратить время? Ан Чонхо все равно бы отпустили.
На этой невеселой ноте мы расстались с детективом Паком, у которого и без нас хватало дел в полицейском участке. Напоследок он наказал мне быть осторожнее и по возможности никуда не ходить в одиночку.
— Никогда не знаешь, что придёт в голову сумасшедшему, — добавил он пессимистично.
Из-за происшествия и вмешательства полиции ресторан пришлось закрыть пораньше, и, когда я пошла переодеваться, в раздевалке уже никого не было. На обратном пути мне встретился менеджер — единственный, кто еще оставался в заведении. Хотя коллега никак не выразил недовольства, в том, как он держал себя, отчетливо чувствовалось напряжение.
Менеджер убедился, что у меня все в порядке, и велел взять несколько дней отдыха. Предложение было щедрым, но что-то подсказывало, что за ним последует увольнение. Кому нужна официантка, лишающая заведение прибыли? Менеджер наверняка слышал историю о сталкере и понимал, что мои проблемы еще не закончены.
— Не переживай, — попытался успокоить меня Ли Хису, когда я поделилась опасениями. — Скоро премьера, на подработку и так не будет времени. А потом гонорар выплатят.
Это соображение немного утешило, но, стоило выйти на улицу, как настроение упало снова. Полутемная улица напомнила о произошедшем.
— Слушай… — начал Хису неуверенно — необычное для него состояние. — Не подумай ничего странного, пожалуйста. Если честно, мне страшно отпускать тебя сегодня домой. Если Ан Чонхо всё же сталкер, неизвестно, что он сделает по пьяни. Если нет — все равно опасно. Может, переночуешь у меня? В квартире есть гостевая спальня. Клянусь, я не затеял ничего странного!
Хису покраснел как помидор, и вслед за ним я тоже зарделась. Следом за смущением меня на мгновение охватила растерянность.
— Эм-м-м, даже не знаю…
Честно говоря, мне тоже не хотелось возвращаться домой. При одной мысли, что в двери может ждать букет цветов, скручивало внутренности.
Логичнее, конечно, было пойти ночевать к Наын. Но подруга жила с родителями, и я сильно сомневалась, что они оценят неожиданную гостью, еще и так поздно. Другой вариант — отель, но приличное место требовало больших денег. Как ни крути, предложение Хису было самым реалистичным.