Кто-то пошутил. Дворяне улыбнулись и приняли непринуждённые позы, будто пришли в гости к старому знакомому.
– Я рад, что у вас хорошее настроение. Первым делом я предлагаю вам выслушать моих советников. Они ознакомят вас с состоянием дел в Порубежье.
Дворяне уставились на государственных мужей. Мави Безбур поднялся.
– Нет-нет, – произнёс Адэр. – Вам, как советнику по финансовым вопросам, будет предоставлено заключительное слово. Пойдём по кругу. Советник Бархат, коротко и по существу.
По залу полетел охрипший от простуды голос. Не смягчая красок, Вилар рассказывал о том, как продвигается строительство дорог, об условиях труда и размерах заработка рабочих.
Следующим выступил Ярис Ларе. Он говорил о нехватке лекарств, об отсутствии больниц в большинстве поселений…
Слушая советников, Адэр следил за гостями. Одни, поджав губы, прикидывали в уме, сколько денег они смогут пожертвовать на выполнение государственных программ. Другие с показным вниманием и сочувствующими улыбками покачивали головами в такт говорившим. Когда Мави Безбур произнёс лаконичную заключительную речь, от улыбок гостей не осталось и следа. Отпрыски знатных родов приготовились стоять на защите своих интересов и дать отпор вероятным притязаниям правителя на их кошельки.
– Уважаемые господа! – проговорил Адэр. – Почему древнейшее государство Грасс-Дэмор изменило название? Откуда взялось Порубежье?
Застигнутая врасплох публика пару минут молчала. Дворяне ждали другого вопроса, точнее, требования поделиться деньгами.
– Тут всё ясно как божий день, – прозвучал чей-то голос. – Раньше страна называлась Дэмор, что в переводе с языка морун означает «убежище морун». Потом родоначальник династии Грассов присоединил к названию страны своё имя. Получился Грасс-Дэмор. После бегства Зервана страна не могла носить имя предателя. Старое название ей тоже не могли вернуть. Моруны оказались ведьмами. Совет решил назвать страну Порубежьем. Странно, что об этом вам не рассказали ваши советники.
Адэр украдкой бросил взгляд на каменное лицо Малики: только молчи…
– Моим советникам, как и мне, в этой истории не всё ясно. Вместо того чтобы искать Зервана, Совет стал спешно готовиться к коронации его племянника. Этак я уеду на несколько дней, вернусь, а в моём кресле сидит другой правитель.
– Зерван не уехал, – откликнулся кто-то. – Он оделся стражем и ночью покинул дворец.
– Хорошо, – кивнул Адэр. – Предположим, что так и было. Но! Династия Грассов объединяла земли и сплачивала народы на протяжении четырёх веков. Зерван правил всего двадцать лет. Неужели его побег перечеркнул достижения всей династии? Насколько я знаю, во времена правления Зервана страна достигла небывалых высот.
Дворяне принялись выкрикивать один за другим:
«Он бросил страну, и всё рухнуло… Тезар присвоил пахотные земли… Партикурам забрал горы… Отделились два княжества… За сто лет сменилось двадцать семь правителей… Наших прадедов доили как коров… К чему ворошить прошлое?»
– Я хочу вернуть стране её прежнее название: Грасс-Дэмор, – произнёс Адэр, повысив голос.
«Боже вас упаси!.. Мы скорее назовём страну именем вашего отца, чем вернём ей имя предателя».
Адэр сжал подлокотники кресла:
– Вы считаете Зервана предателем?
«Да!»
– История его правления должна быть забыта?
«От этой истории ничего не осталось… Мы уже забыли».
– Я должен, как и вы, похоронить имя Зервана и его дела? – спросил Адэр и поймал на себе вдумчивый взгляд Малики. Чтобы не сбиться с мысли, посмотрел на лежащие перед ним документы. – Мне достаточно короткого «да» или «нет».
Дворяне учуяли подвох и притихли.
Адэр внутренне сжался:
– Своим проступком Зерван перечеркнул все свои заслуги. Так?
Люди кивнули.
– Всё, что он сделал для страны, сейчас не имеет никакого значения. Так?
«Не имеет… Так».
– Повторяю вопрос: мне похоронить его имя и благие дела, как похоронили вы?
– Да, – наконец прозвучали голоса вразнобой.
Адэр взял пачку документов и прошёл в центр зала. Подождал, пока страж поставит ему стул. Советники передвинули кресла, чтобы видеть правителя.
Он сел лицом к разодетой публике (ветоны за всё время не произнесли ни слова, словно их вообще здесь не было) и потряс бумагами:
– Вы единогласно решили, чтобы я похоронил вот это. Хорошо. Я вас поздравляю. Вы снова простолюдины.
От тягучей тишины заложило уши.
– Передо мной сидят двести пятьдесят четыре человека, чьим предкам Зерван пожаловал титул. – Адэр посмотрел через плечо, – Орэс Лаел, вы двести пятьдесят пятый, а вы, Ярис Ларе, двести пятьдесят шестой.
Успел заметить, как с лиц советников отхлынула кровь, и повернулся к гостям.
– «Я, король Грасс-Дэмора Зерван Грасс, жалую…» – Адэр зачитывал начало Указов, произносил имена, исподлобья посматривая на посеревшую толпу, которая минуту назад являла собой мерило высокомерия.
Перевернул последний лист:
– Вы разрешили мне перечеркнуть всё, что сделал предатель.
– Мой правитель, – проговорил Орэс, поднимаясь с кресла. – Можно подойти к вам?
– Это необязательно, советник Лаел. Я вас и отсюда услышу.
– Прошу вас сделать скидку на неопытность приглашённых господ в принятии серьёзных решений.
Адэр приподнял бровь:
– Разве они неопытны?
Кто-то крикнул:
– Мы говорили о разных вещах.
– Мы говорили о благих делах Зервана. Разве пожалование титула не является благим делом?
– Это несправедливо! – воскликнул Орэс.