– Слева, – прозвучал за спиной голос охранителя.
Раздался щелчок. Тусклый свет выхватил из темноты помещение, которое могло быть небольшим учебным классом, если бы не каменный пол, голые стены и низкий потолок. Столы в два ряда, стопки пожелтевших от времени листов, настольные лампы под запылёнными абажурами. Вероятно, комната когда-то служила читальным залом.
Проём в противоположной стене был завешен грубой тканью. Охранитель приподнял полог, и Адэр ступил в огромный архив, сплошь заставленный шкафами и стеллажами. В свете белых ламп на потёртых корешках книг поблёскивали остатки позолоты, серели самодельные обложки из картона. Кое-где на полках лежали свитки, обмотанные декоративными шнурами.
Из-за стола, втиснутого между шкафами, поднялся человек. Сильно сутулясь и подволакивая левую ногу, пошёл навстречу Адэру. Дымчатый балахон доставал до пола, морщинистые руки прижимали к груди седую бороду, волосы спадали на угловатые плечи, очки с большими стёклами сильно увеличивали водянистые глаза.
Старик остановился в трёх шагах и поклонился.
– Мой правитель… – прозвучал надтреснутый голос.
– Ты и есть летописец?
– Кебади, внук Шаана, к вашим услугам.
– Внук?
– Да, мой правитель. Внук.
– Что же такого совершил твой отец, если ты пропустил его имя?
– На моём отце династия летописцев сделала передышку, – произнёс Кебади, буравя Адэра пытливым взглядом.
– А ты, значит, перешагнул через отца и возродил династию, – сказал Адэр, наблюдая, как охранитель осматривает проходы между стеллажами.
– Кебади, внук Шаана, к вашим услугам, – повторил старец и указал на стул, приставленный к столу. – Прошу вас.
Адэр опустился на обитое выцветшим гобеленом сиденье и закинул ногу на ногу:
– Я ни разу тебя не видел.
– Я редко покидаю архив.
– Чем ты здесь занимаешься?
Кебади уселся за стол, закрыл толстую книгу, зачем-то передвинул с места на место чернильницу:
– Сохраняю историю страны.
– Историю, которую ты не видишь.
– История приходит ко мне сама.
Адэр посмотрел по сторонам:
– Это всё архив Порубежья?
Кебади заправил седые пряди за уши, снял очки. Глаза превратились в узкие щели.
– Ну почему же? Если покопаться, много чего можно найти.
– Я услышал высказывание одного из своих советников. Он сказал, что у Порубежья тёмное прошлое. Это так?
– Я не знаю, о каком прошлом он говорил, – холодно ответил Кебади.
Адэр жестом велел охранителю удалиться и, когда за ним опустился полог на дверном проёме, тихо сказал:
– Мне нужна история Порубежья.
– Я дал книгу вашему секретарю. Если не ошибаюсь, его зовут Гюст.
– Хорошо, скажу иначе. Мне нужна история Грасс-Дэмора.
– Династия Грассов правила чуть более четырёх столетий. Последний король Зерван Грасс правил двадцать лет.
– Ты собрался прочесть мне лекцию?
– У него был единственный наследник, несовершеннолетний внучатый племянник, – продолжил Кебади, не слыша Адэра, не замечая его возмущённого взгляда. – Но после исчезновения Зервана он так и не взошёл на престол. Мальчика убили накануне коронации. Его тело не успели предать земле, как случился пожар в библиотеке.
– Ты, вероятно, не понял…
– В ней хранились тайны былого. Библиотека была так велика, что пожар полыхал три месяца.
Адэр насторожился. Неужели прошлое Порубежья настолько тёмное, что его, не задумываясь, очистили огнём?
Кебади обвёл архив рукой:
– Это всё, что осталось. Мой дед жил в Лайдаре, во дворце. Он был другом и летописцем Зервана. Потом дед перебрался сюда и посвятил себя воскрешению архива. Но тайны, что забрал огонь, он так и не смог отыскать. Во время пожара люди спасали не то, что важно, а то, что можно было спасти.
– Он рассказывал тебе о прошлом?
Кебади достал из ящика стола фланелевую тряпочку:
– При Зерване Грасс-Дэмор процветал и был богатейшей страной.
Адэр приподнял бровь:
– Верится с трудом.
Летописец протёр стёкла очков, посмотрел сквозь них на лампу:
– В последний год его правления на страну в одночасье обрушились беды. Сначала небывалый ливень и морской прилив. Потом землетрясение и засуха.
– Знаю, – перебил Адэр. – Что дальше?
– Однажды ночью Зерван переоделся стражем и покинул дворец. Больше его никто не видел. В народе ему дали имя «Тот, кто предал».
– Король не может исчезнуть бесследно.