– Давно служите у маркиза Бархата?
– У старшего почти всю жизнь. А младшего привёз сюда, да так и остался.
– Значит, вы хорошо его знаете.
– Как не знать? На моих глазах вырос.
– Расскажите, какой он?
– Тебе-то зачем?
– Просто хочу поболтать, но не могу придумать о чём. В крыльях и машинах я не разбираюсь.
Зульц упорно молчал.
– Мне кажется, он никогда не кричит, – произнесла Малика.
– Не кричит.
– А ещё мне кажется, он никогда никого не оскорбляет.
– Вилар Бархат душевный человек. Добрый, мягкий, совсем как его отец.
– Будто говорите о подушках.
– Глупая ты, жизнью не битая.
Малика невесело улыбнулась отражению в стекле.
– Сидишь под крылом Муна и не догадываешься, какими бывают господа. Есть такие… не господа, а деспоты, тираны. Да ты, поди, и слов таких не знаешь.
– Знаю.
– Да ну? – насмешливо прозвучало из-под крышки капота.
– Тиран – это человек, который мучает, угнетает, лишает свободы и спокойствия.
Послышался тихий смешок.
– Разве не так? – спросила Малика.
– Так, так.
– Почему вы смеётесь?
– Будто о знакомом господине рассказала.
Малика подошла к Зульцу:
– Вы видели настоящего тирана?
Склонившись над двигателем, Зульц хохотнул.
– Неужели Великий?
Опёршись руками на передок машины, водитель рассмеялся.
Малика бросила тряпку в бак:
– Да ну вас. – И направилась к воротам.
– Ладно, не обижайся, – крикнул Зульц. – Малика! Вернись!
– Я уже вытерла пыль.
– Сядь за руль.
– Это ещё зачем?
– Погазуешь, а я послушаю.
Малика с волнением села на водительское место.
– Ключ видишь? – спросил Зульц.
– Вижу.
– Поверни его. Теперь легонько надави на педаль газа.
Малика посмотрела себе под ноги:
– Их две.
– От глупая баба! Ту, что справа.
Мотор глухо зарычал.
– Слышишь скрежет?
– Не слышу.
– Вот и я не слышу. Похоже, всё, – сказал Зульц и закрыл капот.
Представив себя водителем, Малика улыбнулась себе в зеркало заднего вида. Мысль родилась неожиданно…
– Научите меня ездить.
– Не-е-ет… – протянул Зульц.