– Кто бы это ни был… он правда сюда въезжает, – моргнула я, всё ещё не веря глазам.
– У нас будут замечательные соседи, – радостно захлопала в ладоши Ира.
– Откуда ты знаешь, вдруг они НЕ замечательные? – с сарказмом возразила Настя.
Я немо надкусила бутерброд, прихваченный со стола.
– Кто ж въезжает – то? – пыталась разглядеть баба Клава фигуры с пятого этажа.
– Вероятно, кто-то глупый и не просветлённый, – ответила я с набитым ртом. – Или очень смелый.
– В любом случае, новый жилец надолго не задержится, – ухмыльнулся Васечкин, дыхнув мне в ухо перегаром.
– Думаешь? – покосилась я на него, засовывая в рот бутерброд полностью.
– Да, конечно! Все они не задерживаются.
– Ну да, – согласилась я с набитым ртом, и мы втроём вернулись к столу, потеряв интерес.
Васечкин прав! Новые жильцы в нашем подъезде надолго не задерживаются.
Наша живая компашка переместилась в зал. Мы резались в карты. Я выигрывала, а бабуля, как всегда, принимала это близко к сердцу.
– Так не честно! Тебе призраки твои подсказывают!
– Бабуля, между прочим, я и тебе подсказываю. Я ж не виновата, что ты меня не слышишь, – ответила Настя флегматично, разлёгшись на подоконнике и болтая правой ножкой в воздухе.
– У каждого свои достоинства! Кто-то видит и слышит призраков, а кто-то закатывает вкусные огурцы, – расплылась я в премилой улыбке.
– Подлизываешься, – с подозрением прищурилась Семёновна. Я в ответ села рядом, положила старушке голову на плечо. И вздохнула. – Правильно делаешь! – вздохнула Семёновна. – Кто ж тебя ещё пожалеет, кроме бабули… – Клавдия погладила мою многострадальную головушку. – Сиротинка! Я тебя в обиду не дам. Пусть хоть одна тварюшка на тебя косо посмотрит. Глаза выцарапаю гадюкам этим!
– Бабуля, негоже в твоём возрасте так выражаться, – укорила я.
– Бабуля уже в том возрасте, когда можно ВСЁ!
– Это точно! – проворчал Васечкин. Он валялся на ковре и задумчиво таращился в потолок.
Иногда повадками сосед напоминал собаку. Если бы Вася был псом, наверное, был бы кавказской овчаркой. Милой, лохматой, но если разозлится и гавкнет, можно со страху и «кирпичей» наложить.
Лично мы привыкли к странным привычкам соседа: валяться, где попало. Бабуля могла забыться и потрепать Василия по косматой русой шевелюре или в шутку почесать за ухом. Правда… настроение Клавдии Семёновны менялось со скоростью тока в проводке.
– Что ты там мычишь? – насупилась бабка. – Чтоб до завтрашнего не пил.
– Почему это? – расстроился сосед.
– Потому. У тебя завтра миссия: вынести мусор, сдать бутылки и купить всем еды.
Васечкин сел на ковре, отрапортовал бабуле, гаркнув:
– Слушаюсь, мой генерал.
– Чего орёшь, блаженный? – проворчала она и заторопилась домой, вспомнив, что по графику сериал.
Я же заторопилась в кухню Васечкина, пока он не надумал убирать еду со стола. Вася уселся напротив и принялся сверлить взглядом, как собираю паёк.
– Чего? – поинтересовалась я, покосившись.
– Такая маленькая, а столько влезает!
– Всё, что попадает в желудок, исчезает в «пятом измерении», – пошутила я.
– Ага… попадает в кишечник, проходит долгий путь и продолжает его в канализации.
Я на это поморщилась.
– Васечкин… Твоя туалетная романтика бесподобна! – не сдержалась я.
– Знаю. Я мог бы быть поэтом, – заиграл бровками сосед.
– А стал алкашом, – брезгливо окрестила Ира, проходя сквозь стену кухни.
– Ты здесь ночевать будешь? – поинтересовалась Настя, прошедшая следом.
– Если да, то вруби нам сериальчик и иди куда хош! – разрешила Ира.
– Окей, ван момент, – пообещала я, выкладывая половину огурцов в глубокую миску.
– Всё забирай! – махнул Васечкин.
– Всё я сегодня прикончу. Лучше приду на завтрак.
– Как хош, – усмехнулся сосед.
Подхватив банку с остатком огурцов, я попрощалась. Васечкин взмахнул рукой, устало кивнув.
– Будет скучно, приходи, – предложила я.
– Нет, спасибо, – проворчал он. – Двух – трёх мёртвых соседей ещё могу вынести. Но не двенадцать!
Я пожала плечами, и удалилась, размышляя, что нет ничего страшного. С рождения с ними тусуюсь. И ничего!
В приподнятом настроении я сбегала вниз, что-то напевая под нос. Огурцы в банке подпрыгивали. Правда… посторонние звуки в районе моей лестничной клетки заставили насторожиться. Я притормозила между четвёртым и третьим, прислушиваясь. Явно какие-то шорохи!
Настя с Ирой переглянулись. Бесцеремонно прошли сквозь перила и застыли в воздухе.
– Каков красавчик, – вздохнула томно Ира.
– Шоу Ло? – с недоумением поинтересовалась Настя, имея в виду китайского актёра и певца.