Я стою возле покорёженной машины.
Папа, мама…
Почему столько крови?
Люди на трассе останавливаются и бегут в мою сторону. Водитель фуры сидит на обочине, запрокинув голову, пытаясь остановить кровотечение из носа. Двое пытаются взломать капот, чтобы заглушить двигатель нашей машины. Ещё двое выбивают остатки стекла и вскрывают двери.
Я наблюдаю, как они вытаскивают маму. Она похожа на стекающее с рук тесто. И вся в крови.
Мужчина извлекает из покорёженного салона тело сестренки, решив поначалу, что это игрушка. Когда понимает, что это ребёнок, матерится от испуга и пытается нащупать пульс.
Тщетно.
Маленькая кукла безжизненно висит у него на руках.
Чувства нереальности переполняют атмосферу.
Почему никто не видит, что я здесь стою?!
Подъехала полиция.
Полицейские без толку слоняются, пытаясь что-нибудь выяснить у столпившихся людей.
Наконец, удалось вскрыть водительскую дверь.
Теперь отец, мать и тело сестренки лежат на обочине.
Да почему меня никто не видит?!
Тут я обернулся и обнаружил, как моё собственное тело извлекают из груды металлолома.
– Мальчишка ещё жив, – крикнул мужчина.
– Мальчик жив.
– Жив…
– Живой… – понеслось по «сарафанному радио».
– Ему нужно сделать искусственное дыхание.
– Его нужно привести в сознание.
– Его нельзя трогать! У него может быть внутреннее кровотечение! – понеслись советы из толпы.
Двое полицейских бегали туда-сюда, стараясь усмирить граждан.
Подъехала скорая.
На моих родителей они даже не взглянули.
– Владик, – слышу я мамин голос и оборачиваюсь.
Мать держит на руках здоровую сестрёнку. Рядом с ними улыбающийся отец.
– Пойдём!
Куда это?!
Мне сказали, что я жив!
Я не могу!
В конце концов, как же…
– Владик… быстрее… – торопит отец.
Я смотрю на них, на своё тело, которое заталкивают в машину скорой. Снова на них…
Они исчезают прямо в воздухе.
Что за ерунда?!
Вон же они лежат, закрытые чёрной клеёнкой.
Как они могут раствориться в воздухе?!
– Быстрее, быстрее, – торопит фельдшера мужик, который нёс меня на руках.
– Заткнитесь, пожалуйста, и не мешайте! – настойчиво огрызается фельдшер, приоткрывая моё веко и кричит медсестре:
– Лариса! Едем.
В машину запрыгивает женщина лет тридцати пяти и захлопывает дверь. К моему телу подключают пикающие аппараты.
– Пульс очень слабый, – хмуро сообщает фельдшер.
– Что делать? – интересуется медсестра.
– Что, ты не знаешь, что делать? – огрызается он и добавляет уже спокойнее, – кровь останавливай.
Покосившись краем глаза на табло, врач заторопил:
– Пульс падает… Готовься делать массаж.
– Что мне делать? Массаж или останавливать кровь?
– Ты что, блин, совсем тупая? – не выдержал фельдшер.