По ту сторону любви

Пролог

За окном завывал ветер, бросая в стекло пригоршни снега. В комнате горел только маленький ночник, и его слабого света едва хватало, чтобы различить очертания мебели.

Две девочки сидели на кровати, прижавшись друг к другу.

Они ждали.

Взрослые должны были вернуться давно. Но время шло, а дверь всё не открывалась.

Одна из девочек, время от времени поднимала голову, прислушиваясь к каждому звуку за стеной. Другая молчала. Она старалась не показывать страх, хотя внутри всё сжималось от нехорошего предчувствия.

Дверь наконец открылась.

На пороге стоял незнакомец.

Он выглядел как обычный человек. Почти.

Девочка не могла объяснить, что именно насторожило её в его появлении. Может быть, слишком спокойный взгляд. Может быть, то, как он стоял, будто прекрасно знал, что найдёт здесь. А может, дело было вовсе не в нём, а в том, что что-то внутри неё безошибочно кричало: беги.

Незнакомец посмотрел на одну девочку, затем перевёл взгляд на другую.

— Я пришёл за ней.

Та крепче обняла ту, что сидела рядом.

— Нет.

Незнакомец сделал шаг.

— Ты не понимаешь.

— Мне всё равно.

Она спустилась с кровати и встала перед другой девочкой, закрывая собой.

Незнакомец остановился.

— Возьми меня.

В комнате стало ещё тише.

— Ты даже не знаешь, о чём просишь.

Девочка подняла на него глаза. Страх никуда не исчез. Просто теперь у него не было права управлять ею.

— Только не её.

Несколько долгих секунд незнакомец молчал.

— Хорошо.

Она не сразу поняла.

— Что?

— Я заберу тебя.

Она посмотрела на другую девочку.

Та ничего не слышала. Она просто сидела на кровати и смотрела на них широко раскрытыми глазами.

— Только её не трогай.

Незнакомец протянул руку.

Девочка долго смотрела на его ладонь, словно пыталась понять, можно ли доверять тому, кто только что предложил ей неизвестную цену.

Потом вложила свою руку в его.

И в ту же секунду ночник погас.

Дом

У каждого дома есть свой запах.

Иногда это запах свежего хлеба, кофе или стирального порошка. Иногда — старых книг, дерева и пыли, которая собирается на подоконниках.

А порой дом пахнет людьми. Их привычками, любимыми напитками, парфюмом, который остаётся в прихожей даже после того, как человек ушёл.

Для Ади дом пах именно людьми. Кофе, который Зак всегда варил слишком крепким, мятным чаем Бэллы, какао Амиры, парфюмом Адама, который он не менял уже несколько лет, свежей древесиной и дождём, которые всегда почему-то напоминали ей о Зейне, терпким чёрным чаем с бергамотом — запахом Алекс.

Она проснулась ещё до будильника.

Несколько секунд лежала неподвижно, глядя в потолок, и слушала дом.

Где-то в глубине тихо работал холодильник. За стеной кто-то прошёл по коридору. Потом послышалось приглушённое ругательство, за которым почти сразу последовал другой голос:

— Сам виноват.

Ади улыбнулась. Зак и Зейн. Кто же ещё?

Дом просыпался. Значит, пора вставать.

Ади села на кровати и провела ладонями по лицу. За окном только начинало светать. Комната оставалась прохладной, и первое время после пробуждения ей всегда хотелось снова забраться под одеяло. Особенно в такие серые утра, когда небо за окном было затянуто облаками, а дождь, прошедший ночью, оставил на стекле множество мелких капель.

Встав и потянувшись, девушка подошла к окну. Отсюда открывался привычный вид на тихий жилой район. Невысокие частные дома стояли вдоль улицы, отделённые друг от друга заборами. Где-то уже горел свет. В одном из дворов мужчина прогревал машину перед работой. На мокрой дороге отражались окна домов, а ветер лениво шевелил ветви старого дерева напротив.

Ничего особенного.

Никаких высоток, бесконечного потока машин или шума большого города.

Только дома, заборы, небольшие сады и знакомая улица.

Ади любила этот вид. Наверное, именно потому, что знала здесь почти каждый угол. Она знала, в каком доме по утрам всегда открывали окна, несмотря на холод. У каких ворот вечерами стояла одна и та же машина. Знала короткую дорогу до кафе и место, где после дождя неизменно собиралась большая лужа.

Ади отошла от окна, быстро собралась и спустилась вниз.

На кухне уже было шумно. Утро в их доме редко начиналось спокойно. Через некоторое время на кухне уже кипела жизнь. Зак стоял у плиты и пытался приготовить завтрак, одновременно споря с Зейном.

— Я спрашиваю, кто выпил последний кофе.

— Ты.

— Почему ты решил, что это я?

Зейн поднял глаза от телефона.

— Потому что вчера вечером ты сказал, что выпьешь его.

— Это не доказательство.

— Для меня — да.

— Ты невозможный.

— А ты громкий.

Бэлла поставила перед ними две тарелки.

— Если вы собираетесь убить друг друга, сначала поешьте.

Ади тихо рассмеялась. Она любила эти бессмысленные разговоры. Любила даже их ссоры. Потому что знала: если однажды утром Зак и Зейн перестанут спорить, значит, случилось что-то действительно серьёзное.

Адам сидел у окна. В одной руке у него была кружка кофе, в другой — телефон. Он выглядел уставшим. Ади задержала на нём взгляд.

— Плохо спал?

Адам поднял голову.

— Работа.

— Опять?

— Опять.

Она хотела спросить больше, но передумала. Если Адам хотел рассказать, он рассказывал сам, а если нет то и слова не вытянешь. В этом они были похожи.

— Ты сегодня во сколько будешь дома — спросила она.

— Не знаю.

— Значит, поздно.

Он улыбнулся.

— Скорее всего.

Ади поставила перед ним тарелку.

— Тогда хотя бы поешь.

— Есть шеф-повар?

— Есть старшая сестра.

— Это страшнее.

— Так и должно быть.

Адам тихо рассмеялся, принимаясь за еду. Ади обвела взглядом всех: Бэллу, близнецов, Амиру, которая ещё сонно сидела за столом, Адама, и пустое место, которое сегодня снова принадлежало Алекс.

Она не знала, где сестра. Алекс могла исчезнуть на несколько дней, не объясняя причин. Иногда возвращалась утром. Иногда вечером. Иногда просто появлялась на кухне с таким видом, словно никуда не уходила. Ади давно перестала спрашивать. Не потому, что ей было всё равно.

Наоборот. Ей было слишком не всё равно. Просто она знала: чем сильнее пытаться удержать Алекс рядом, тем дальше та отдалится. Поэтому Ади оставалось ждать. И оставлять для неё место. Как и всегда.

Позавтракав Ади засобиралась на работу. До их семейного кафе нужно было ехать около получаса. Оно находилось на тихой улице, немного в стороне от центра. Небольшое, тёплое, с большими окнами и деревянными столами.

На полках стояли книги, которые посетители могли брать прямо во время ожидания заказа. На стенах висели старые фотографии.

Бэлла, однажды сказала, что кафе напоминает ей место, в которое хочется вернуться даже когда ты не голоден. Ади понравилось это определение.

Потому что она сама чувствовала примерно то же.

Это место создавали они. Все понемногу и небольшое заведение давно перестало быть просто семейным бизнесом. Оно стало частью их жизни. Ещё одним местом, где они собирались вместе, работали, спорили, мирились, уставали и снова начинали сначала.

У каждого здесь была своя роль.

Ади занималась всем, что держало кафе на плаву: организацией работы, поставками, документами, счетами и всем тем, о чём остальные предпочитали не думать.

Бэлла работала в зале и отвечала за то, чтобы посетители чувствовали себя здесь как дома. Она знала постоянных клиентов, помнила их любимые напитки и умела сгладить почти любой конфликт.

Зак и Зейн работали в кафе постоянно и умудрялись спорить даже тогда, когда делали одно и то же.

Амира училась в университете и не брала полноценные смены, хотя часто заходила после занятий и всегда находила, чем помочь.

Адам работал в отделе по расследованию тяжких преступлений. Несмотря на молодой возраст, он успел добиться многого и занимал должность начальника отдела. Работа редко оставляла ему свободное время, но, когда он появлялся в кафе, всегда находил способ помочь.

Алекс была, пожалуй, единственной, для кого здесь не существовало чёткого расписания и обязательной работы. Она помогала тогда, когда хотела, и появлялась тогда, когда считала нужным.

— Ты опять ничего не ела, — заметила Бэлла ближе к обеду.

Ади посмотрела на часы.

— Ела.

— Когда?

Ади задумалась.

— Утром.

— Это было пять часов назад.

— Значит, скоро поем.

Бэлла посмотрела на неё с укором.

День шёл своим чередом. Посетители приходили и уходили. Некоторые читали книги у окна. Кто-то работал за ноутбуком. Кто-то смеялся слишком громко.

Обычная жизнь. Та самая, которая кажется вечной, пока однажды не происходит что-то, после чего начинаешь понимать, насколько хрупкой она была.

К вечеру дождь усилился. Стёкла покрылись мелкими каплями. Последние посетители разошлись. Зак заканчивал уборку кухни. Бэлла проводила в порядок зал, а Ади закрыла последний документ и устало откинулась на спинку кресла.

На часах было уже поздно.

— Я поеду, — сказала она, выходя из небольшого кабинета.

— Может, останешься? — предложила Бэлла. — Дождь сильный, позже вместе поедем домой.

Ади покачала головой.

— Домой хочу и спать.

Она действительно хотела домой, к своей кровати. Бэлла не стала её останавливать, зная как сильно та устала. Хоть они все жили в одном доме, но часто уезжали с работы в разное время и не вместе. Тем более у них над кафе была небольшая квартира, где кто-то из них всегда оставался с ночевкой.

Там было всего две небольшие комнатки, ванная и туалет. Изначально они оставили её как запасное место для тех случаев, когда после поздней смены не хотелось возвращаться домой.

Ади попрощалась со всеми и вышла на улицу. Телефон зазвонил уже тогда, когда она садилась в машину. Звонил Адам.

— Да?

— Ты выехала?

— Только что.

— Хорошо. Напиши, когда доедешь.

— Напишу.

— И не спеши.

— Адам.

— Что?

— Я умею водить.

— Я знаю.

— Тогда зачем каждый раз говоришь одно и то же?

— Потому что ты моя сестра.

Она улыбнулась.

— Спокойной ночи.

— Спокойной.

Ади убрала телефон, завела двигатель и поехала домой.

Дорога была мокрой. Свет фонарей расплывался на асфальте длинными золотистыми полосами. Ади включила музыку, но сделала звук тише обычного. Она думала о доме, о завтрашнем дне. О том, что нужно заказать новую партию кофе. О Бэлле, которая наверняка снова захочет заставить её нормально поесть.

Обычные мысли, повседневная жизнь. До того момента, пока на дороге не появилось нечто, чего там быть не должно.

Сначала Ади решила, что это животное. Возможно большая собака или олень. Она сбросила скорость. Животное не двигалось. Ади нахмурилась. Почему оно стоит прямо посреди дороги?

Она включила дальний свет. И замерла. Сердце ударило один раз. Сильно. Потом второй.

Существо, на дороге, для обычно животного, было слишком высоким. Его тело казалось неправильным. Слишком длинные руки, резкие движения, неподвижная голова.

Ади почувствовала, как внутри поднимается холод. Оно медленно повернулось к машине и посмотрело прямо на неё. На все происходящее ушли считанные секунды.

В этот момент Ади поняла только одно:

это не человек. Она нажала на тормоз слишком резко. Машину повело, руль дёрнулся в руках, колеса сорвались на мокром асфальте.

— Господи...

Удар, резкий, оглушительный. Стекло разлетелось мелкими осколками. Подушка безопасности раскрылась перед лицом.

Мир закрутился.

Ади ударилась плечом. Боль вспыхнула и тут же растворилась в оглушающем шуме. В следующее мгновение стало тихо. Девушка несколько секунд не понимала, где находится. Слышала собственное дыхание. Чувствовала запах раскалённого металла и пороха от сработавшей подушки безопасности.

Ади подняла голову. За разбитым стеклом всё ещё стояло существо. Оно не ушло. А после Ади увидела человека.

Мужчину. Он стоял чуть дальше. В руке у него был лук.

«Кто в наше время выходит из дома с луком?» пронеслась шальная мысль в голове у девушки.

Незнакомец смотрел на существо так спокойно, словно встреча с ним была обыденностью.

Ади хотела закричать. Хотела спросить, кто он. Но вместо этого её веки начали закрываться. Последнее, что она увидела, — мужчина поднял лук и выпустил стрелу. После темнота поглотила всё.

Утро после аварии

Ади пришла в себя от запаха кофе.

На несколько мгновений ей показалось, что она дома. Кто-то уже встал, включил кофеварку и скоро начнёт греметь посудой на кухне. Можно было ещё немного полежать, прежде чем спускаться к остальным.

Она не открывала глаз. Прислушивалась, ожидая знакомых голосов.

Но вместо них слышался только ровный шорох дождя.

Пахло влажным камнем, древесиной и чем-то терпким, похожим на растёртые травы. Эти запахи не принадлежали её дому.

Ади глубже вдохнула, и грудь отозвалась болью.

Она открыла глаза.

Над ней был деревянный потолок с тёмной балкой. Незнакомый. Ади смотрела на него, пытаясь понять, где находится, пока память не вернулась короткими, резкими обрывками.

Мокрая дорога. Свет фар. Фигура перед машиной.

Руль, вырывающийся из рук.

Удар.

И мужчина с луком.

Ади попыталась сесть. Плечо пронзило болью, перед глазами поплыли тёмные пятна.

— Не спеши.

Она повернула голову.

Возле кровати стоял мужчина с почти белыми волосами. Высокий, худощавый, в простой светлой рубашке. Его глаза тоже были необычно светлыми. Он смотрел на неё спокойно, словно знал, что она проснётся именно сейчас.

Ади подтянула край одеяла к груди.

— Где я?

— Сейчас тебе ничего не угрожает.

Она огляделась. Каменные стены, старый шкаф, узкое окно. На столе горела лампа; рядом с ней стояла кружка, от которой поднимался едва заметный пар. Возле кровати — таз с водой и сложенные полотенца.

Ни медицинского оборудования, ни больничного запаха.

— Почему я не в больнице?

— Тебе уже помогли.

— Ты врач?

Мужчина чуть помедлил.

— Я умею лечить.

От этого ответа спокойнее не стало.

Ади снова попробовала приподняться, но комната качнулась. Пришлось опуститься на подушку и переждать, стиснув зубы.

Незнакомец взял со стола стакан.

— Сначала попей.

Он помог ей приподнять голову. Ади сделала несколько глотков и забрала стакан, чтобы держать его самой. Прохладная вода смочила пересохшее горло.

Теперь она чувствовала своё тело отчётливее: ныла спина, тянуло плечо, при глубоком вдохе болели рёбра. Но Ади помнила силу удара. Помнила, как смяло машину.

Она осторожно пошевелила пальцами.

— Что со мной?

— Ушибы, растяжение. Ты сильно ударилась головой. Сейчас опасности нет, но слабость пройдёт не сразу.

— Ты меня осматривал?

— Да.

Ади посмотрела на него. Ей хотелось поверить хотя бы в это, однако всё вокруг было слишком чужим: комната, человек возле кровати, даже собственное тело, которое после такой аварии почему-то оставалось почти целым.

Дверь открылась.

Вошедшего она узнала сразу.

Тот самый мужчина. Тёмная одежда, лицо, которое она успела увидеть сквозь разбитое стекло. Только лука при нём теперь не было.

— Вы…

Он остановился у двери.

— Как ты себя чувствуешь?

Ади не ответила.

В памяти снова возникла дорога. Существо стояло в свете фар, а этот человек смотрел на него без удивления.

— Вы были там.

— Да.

— И забрали меня?

— Да.

Он прикрыл дверь и подошёл ближе, но остановился у стола, оставив между ними несколько шагов.

— Почему сюда? Почему не вызвали скорую?

Мужчина взглянул на стоявшего возле кровати.

— Здесь тебе могли помочь быстрее.

— Где находится этот дом?

— В стороне от города.

Ади сжала стакан.

— Я спрашиваю не из любопытства. Я проснулась неизвестно где, с людьми, которых никогда не видела.

Он выдержал её взгляд.

— Я отвезу тебя домой.

Она ждала продолжения, но он замолчал.

— На дороге было… — Ади запнулась. Назвать увиденное животным она не могла. Человеком — тем более. — Что это было?

Мужчина не ответил сразу.

Пауза оказалась достаточной.

— Ты знаешь, — сказала она.

— Знаю.

От признания по спине пробежал холод. До этой секунды ещё можно было надеяться, что память подвела её. Что страх, дождь и свет фар исказили что-то обычное.

— Тогда объясни.

— Ты только пришла в себя. Давай сначала убедимся, что тебе не станет хуже.

— А потом?

Он молчал.

Ади отвела глаза. Голова болела, и спорить становилось всё труднее, но его спокойствие раздражало. Он стоял перед ней так, словно всё случившееся имело понятное объяснение. Только делиться им не собирался.

Она поставила стакан на край стола.

— Как тебя зовут?

— Кемаль.

— А его?

— Аэль, — ответил беловолосый мужчина сам.

Ади посмотрела на него.

— Спасибо.

Слово далось неловко. Она не знала, что именно он сделал, но слабость и боль уже не казались такими острыми, как при пробуждении.

Аэль слегка склонил голову.

За окном шёл дождь. Вода тихо стучала по подоконнику, и Ади вдруг вспомнила, как вечером собиралась домой. Обычный вечер. Она говорила по телефону, думала о завтрашних делах.

Телефон.

Ади резко повернулась к Кемалю.

— Который час?

— Утро. Ты была без сознания всю ночь.

— Мои родные…

Она откинула одеяло, но Кемаль уже взял со стола телефон и протянул ей.

— Он у меня.

Экран загорелся.

Пропущенные звонки. Сообщения. Знакомые имена заполняли экран; Ади прокручивала список и не могла добраться до конца.

Адам. Бэлла. Зак. Зейн.

Сообщение от Амиры.

От Алекс.

«Ты где?»

«Ади, ответь. Пожалуйста».

И ниже:

«Полиция нашла твою машину».

Ади перестала дышать.

Они нашли машину. Разбитую, пустую.

Она представила Адама возле неё — и телефон зазвонил у неё в руках.

— Ади?!

— Я здесь.

На другом конце стало тихо. Она слышала только дыхание.

— Адам?

— Да. — Он шумно выдохнул. — Да, я слышу. Где ты?

— Со мной всё в порядке.

— Где ты? Я сейчас приеду.

Ади подняла глаза на Кемаля.

Он отошёл к окну, освобождая ей пространство для разговора.

— Я за городом. Меня привезут.

— Кто?

— Человек, который помог мне после аварии.

— Ты в больнице?

Она посмотрела на таз с водой, на полотенца, на каменную стену.

— Нет.

— Ади…

— Я вернусь и всё расскажу.

Он замолчал. Она понимала, как это звучало: чужой дом, незнакомый человек, никаких объяснений. На его месте она уже требовала бы адрес.

— Ты можешь говорить? — спросил Адам тише.

Ади закрыла глаза.

— Да. Меня никто не удерживает. Я сама хочу домой.

— Твоя машина… Нам сообщили ночью. Мы не знали, где тебя искать.

Теперь в его голосе проступило то, чего она прежде не слышала. Не раздражение, не привычная твёрдость, с которой он помогал ей решать семейные дела.

Страх.

Ади провела ладонью по лицу.

— Прости.

— Просто скажи, что ты цела.

— Цела. Ушиблась немного.

Он долго молчал, и она не стала заполнять эту паузу.

— Остальные рядом? — спросила наконец.

— Да.

— Скажи им, что я скоро буду.

— Только не выключай телефон.

— Не выключу.

— И если что-нибудь…

— Я позвоню.

Адам выдохнул.

— Хорошо. Мы ждём.

Ади ещё несколько секунд держала телефон у уха после того, как разговор закончился. Потом опустила его на колени.

Ей вдруг до боли захотелось домой. Увидеть всех, услышать обычный спор близнецов, позволить Бэлле поставить перед ней тарелку и даже не возражать. Не объяснять ничего хотя бы минуту. Просто убедиться, что они рядом.

Кемаль повернулся от окна.

— Я отвезу тебя, как только сможешь встать.

— Я могу.

Аэль подошёл к кровати.

— Сначала попробуй сесть. Медленно.

Ади хотела возразить, но вспомнила, как комната поплыла перед глазами. Опираясь на здоровую руку, она осторожно приподнялась. Аэль поправил подушку за её спиной и отступил.

На этот раз головокружение было слабее.

Она дождалась, пока оно пройдёт, и посмотрела на Кемаля.

— Что случилось после того, как я потеряла сознание?

— Я вытащил тебя из машины и привёз сюда.

— А то существо?

Он задержал на ней взгляд.

— Оно больше не было возле машины.

Ади почувствовала, как напряглись пальцы, лежавшие на одеяле.

— Ты убил его?

— Когда я забирал тебя, оно не могло тебе навредить.

Снова ответ, за которым оставалось слишком многое.

— Ты всегда так разговариваешь?

— Как?

— Чтобы вроде бы ответить, но ничего не объяснить.

Кемаль опустил глаза. Впервые за всё время он выглядел не вполне уверенным в том, что сказать.

Ади устало прислонилась к подушке.

— Я помню его руки. Как оно повернулось к машине. Помню, что ты поднял лук. Но всё это… — Она провела пальцами по виску. — Я даже не знаю, как об этом говорить.

— Тебе не показалось.

Она посмотрела на него.

— Ты действительно видела его, — произнёс Кемаль. — Это не из-за удара и не из-за страха.

Ади молчала.

Эти слова не объясняли ничего. Не делали случившееся менее страшным. Но теперь ей хотя бы не нужно было убеждать чужого человека, что она не выдумала существо посреди дороги.

— Я хочу понять, — сказала она.

— Знаю.

— Тогда не говори, что мне этого знать не нужно.

Кемаль медленно кивнул.

— Хорошо.

Обещания рассказать он не дал. Ади это заметила, но сил на новый спор уже не осталось.

Она посмотрела на телефон. На экране появилось сообщение от Бэллы:

«Мы дома. Ждём тебя».

Ади перечитала его и крепче сжала телефон.

— Отвези меня к ним.

— Отвезу.

За окном дождь начал стихать. Ади слушала, как редкие капли падают на подоконник, и старалась дышать ровно.

Рядом стоял человек, который спас её и которого она всё ещё боялась.

Но сейчас именно он мог вернуть её домой.

Память

Когда Кемаль завёл двигатель, Ади невольно сжала пальцы на краю сиденья.

Она заметила это и разжала руку. Осторожно вытянула ремень, стараясь не задеть больное плечо, но при попытке дотянуться до замка всё равно поморщилась.

Кемаль не тронул машину.

— Помочь?

— Я сама.

Он дождался щелчка ремня и только тогда выехал на дорогу.

Ади прислонилась к подголовнику. За ночь тело словно стало чужим: приходилось заранее обдумывать каждое движение, поворачиваться медленно, искать положение, в котором плечо ныло чуть меньше. Но боль была терпимой. После того удара это казалось почти неправдоподобным.

Она посмотрела на свои руки. Ни порезов, ни прилипших к коже осколков. Только несколько синяков, которые она заметила, пока собиралась.

Аэль помог ей. В этом Ади уже не сомневалась.

Но как — по-прежнему не понимала.

За окном тянулись мокрые деревья. На обочине стояла вода, и всякий раз, когда колёса задевали лужу, Ади напрягалась, ожидая, что машину снова поведёт. Кемаль ехал ровно, без резких поворотов и торможений. Постепенно она перестала следить за каждым движением его рук.

Молчание тоже немного успокаивало. Сейчас ей не хотелось отвечать на вопросы или снова задавать свои. Достаточно было того, что дорога вела домой.

Телефон лежал у неё на коленях. Ади разблокировала экран и написала Адаму:

«Уже еду».

Ответ пришёл почти сразу:

«Хорошо».

Она смотрела на это короткое слово дольше, чем требовалось, потом погасила экран.

Скоро придётся объясняться.

Адам спросит, почему она не позвонила раньше. Бэлла захочет узнать, кто её лечил. Зак наверняка потребует рассказать всё с самого начала. Амира будет смотреть на синяки и стараться не заплакать.

Ади представила их лица и почувствовала, как к облегчению примешивается тревога.

Что она сможет им сказать?

О существе на дороге? О стреле, выпущенной из лука? О каменной комнате, в которой проснулась утром?

Даже в собственных мыслях всё это звучало нелепо.

Она повернула голову к Кемалю. Он смотрел на дорогу, иногда проверяя зеркала. Обычный человек за рулём обычной машины. Если бы Ади встретила его вчера днём, нигде и ничем он не напомнил бы ей о том, что случилось ночью.