– Туман является препятствием для распространения звуковой волны, – пояснил биолог.
– Ага, спасибо, Коль, – сотрудник Биотеха похлопал его по плечу. – Ну, чего расселись? Грузимся в автомобили и едем дальше! Туман рассеивается.
Пока все нехотя покидали помещение паспортного контроля, густые клубы тумана практически растаяли. О недавнем явлении напоминала лишь легкая дымка, колыхавшаяся над землей.
«Наши великие предки видели свое государство посредником по многим вопросам между различными культурами, политическими взглядами, экономиками, между совершенно разными мирами. Османская империя была чем-то принципиально другим, она являлась социокультурным хабом, обеспечивая посредничество, удовлетворяя запросы, поступающие с разных частей света. Это было ее великой миссией, ее предназначением на протяжении долгих времен. В наши дни идея национального хаба актуальна как никогда, и Турция, осознавая свою преемственность великой империи прошлого, должна последовать этим путём»
Йюце Айдем, действующий президент турецкой республики
– Как считаешь, у нас все под контролем? – не отрываясь взгляд от дороги, спросил Талгат.
– Сложно сказать. Но опасаться газобиом в связанном состоянии, похоже, не стоит. По крайней мере сильного и мгновенного вреда человеческому организму они не причиняют. Но это просто теория, выводы делать пока— что рано. Будем наблюдать дальше. Сколько нам ехать до лаборатории?
– Если все пойдет нормально, то часов двадцать. Это при условии, что найдем где заправиться.
– С заправками, вроде бы, проблем нет, – сказал Вадик, не отрывая взгляд от пейзажа, проносившегося за окном.
Брошенный Эрзурум производил неизгладимое впечатление. Серые строения, отсыревшие от постоянной влажности, отбрасывали длинные тени на разбитую дорогу. Впереди находилось здание городской администрации, у которого от главной башни отвалился шпиль.
– Заправки стоят нетронутыми, а оставленные города быстро ветшают. Снова отходят к своему изначальному владельцу.
– Ты о чем, Коля?
– Природа всегда сильнее любого осознанного начинания. Человеческая инициатива бессильна против ее мощи, потому что является ее частью.
– Приехали! – раздосадовано произнес Алексей.
Начальник исследовательской группы опустился на корточки и принялся изучать порванную в клочья резину, с торчащим из нее кордом.
– Ну ты чего как не родной? – Миша шутливо развел руками. – Сейчас запаску от багажника открутим, перекинем и поедем дальше.
– Никогда не делал этого на военных машинах, – уклончиво объяснил Алексей.
– Начальник, ё-моё, отойди! – геолог решительно отодвинул Алексея и решительным шагом направился к багажнику.
Талгат остановился в нескольких метрах от первой машины, вышел и встал рядом с Алексеем.
– Надумал что-то?
– Надо попробовать настроить «призму» через «Старлинк».
– Нашу через их систему? Как-то мудрено получается.
– Трафик будет передаваться путем отзеркаливания и усиления сигнала при прохождении через технологию «призмы».
– А на «призму» он пойдет через американцев?
– Ну да. Перехватим поток их трафика и будем транслировать его как свой. «Призма» и должна экспоненциально усиливать слабый сигнал.
– Вот и все, – Миша вытирал руки грязной замасленной ветошью. – Делов-то на пять минут. Можно ехать. Стойте-ка, вот опять, слышите? Этот непонятный звук.
Талгат и Алексей внимательно прислушались.
– Да не слышно ничего, показалось тебе. По машинам, ребята!
Алексей остановил машину. Свет от фар падал на повалившееся дерево. Заметно похолодало, изо рта вылетали клубы пара.
– Как в фильмах ужасов, – Миша потянулся, – сейчас выскочит маньяк с бензопилой или еще что похуже.
– Что это? – начальник прислушался.
– Ага! Теперь и ты слышишь?
– Да.
Под ногами стелился густой туман. Его клубы медленно извивались, неохотно расступаясь, когда их рассекала чья-то нога.
– Глядите, цвет тумана меняется. Какой необычный эффект.
В обступившую их бело-молочную мглу вплетались алые прожилки. Затем они набухали и лопались, словно заполнившиеся кровеносные сосуды в невесомости, заполняя окружающий полумрак алыми оттенками.
– Жутковато, – Наташа обхватила свои плечи и зябко поежилась.
Вадик с оператором бродили вокруг джипов. Блогер бурно жестикулировал на камеру и объяснял что-то своим подписчикам.
– Может, объехать? – предложил Матвей. – Это же просто дерево, наверняка, ствол отсырел, прогнил изнутри и упал. Если оно трухлявое, то можно попробовать передвинуть.
– Попробуем! – Миша подозвал мужчин к упавшему дереву.
Они взялись за мокрый ствол и принялись его раскачивать. Через несколько рывков дерево поддалось и медленно сдвинулось в сторону. Талгат, Миша и Алексей с Матвеем пыхтели и отдувались, ствол оказался тяжелым и отнюдь не ветхим.
– Еще раз!
Дерево с шорохом сдвинулось и свалилось под уклон, исчезнув в алом тумане. Клубы тут же скрыли его из виду.
На место, где лежал ствол, быстро стекался туман. Он был настолько густым, что напоминал скорее жидкость, парящую в воздухе, на небольшом расстоянии от земли.
– Коль, гляди! – Наташа позвала биолога, искавшего влажные салфетки в бардачке.
Туман словно заливал невидимую структуру, слепок дерева. Постепенно, перемешивая алое с белым, на месте выброшенного с дороги дерева появлялась его копия из тумана.
– Ребята! – Миша первым пришел в себя. – Не стойте! Ищите, откуда это структура возникает! Воронку ищите, она же не из воздуха появляется, просто видимость плохая, вот горловина и скрыта.
Вадик медленно обходил туманное древо, давая свои комментарии, Артем неотступно следовал за ним. «Это просто пушка, ребята! Я не верю своим глазам!», затем, после некоторого промедления добавил, «и все это благодаря вооруженным силам!».
– Ничего газобиомы нам не сделают! Верно я говорю, Коль? – крикнул из тумана Миша.
– Что? – биолог словно очнулся, – да, да, конечно, разумеется, это просто эффект памяти.