Элан был рад, что спешить никуда не надо – Нечаев обещал доставить их команду в расположение бригады вертолётом, а раз обещал, то сделает. Электронная бестия, наконец, исчерпала силы, и теперь просто сопела носом у него на руках, прижимаясь к груди, то уплывая в сладкую дрёму, то снова возвращаясь в мир притушенного света и мягких теней.
– Как хорошо! – промурлыкала она. – Надоело прятаться по углам, давить собственный стон тогда, когда наоборот хочется раскрыться полностью, отдаться этой пьянящей волне непередаваемых ощущений!
Лис гладил её волосы, вдыхал аромат духов и пота, ничуть не удивляясь метаморфозам институтского бесёнка – Амма наедине с ним всегда преображалась. Уходила грубоватая прямота, и место вечно недовольной всем белым светом девчонки занимала полная огня и страсти молодая женщина, добрая и ласковая. После гибели семьи Элан очень долго сторонился каких-либо отношений с противоположным полом, но его электронная подруга была настойчива, терпелива и последовательна в своих устремлениях, и заполучила-таки желаемое.
Естественно, утаить от окружающих связь они не могли, но поскольку в стенах ИБиСа и кицунэ, и чертовка держали дистанцию, позволяя себе большее только при отсутствии свидетелей, на их отношения никто не обращал особого внимания. В конце концов, Амма – живая, настоящая, и её тело способно не только переваривать пищу, питая организм всем необходимым.
– Может, не полетишь? – с сомнением спросила она, ещё крепче прижимаясь к груди. – По моим прогнозам потери будут очень большие.
Её голос стал глух, она явно не горела желанием получить похоронку на своих друзей:
– Даже Хельге придётся несладко, а тебе с Миррой лучше вообще не появляться на поле боя. – Она чуть отпрянула от него, впившись взглядом в его голубые глаза. – Есть же настоящие солдаты! Вот пусть и воюют!
Невероятно, но оказавшийся прямо в эпицентре сражения ИБиС избежал потерь: всех эволэков, кураторов и остальных работников удалось своевременно эвакуировать из близлежащих городов. В немалой степени этому способствовало присутствие непревзойдённой Диолеи – женщина давно почуяла приближающуюся грозу, и объехала окрестности, не афишируя цель неожиданного визита в родные края, но настойчиво требуя от друзей покинуть на время дома. Уговорила всех, даже отца Серафима, и тот вывез и детей, и большинство монахов до удара, а сам вырвался из города уже сквозь полчища пришельцев.
Но, отрада от осознания того, что соратники и друзья живы, затмевалась несчётными жертвами среди жителей Медведовска, Огнегорска и окрестных селений…
Кицунэ грустно улыбнулся в ответ на мольбы:
– Я так не смогу, ты прекрасно знаешь. Люди не пойдут за мной, если не будут верить в мою искренность.
– Тогда, я лечу с вами! – Амма ловко спрыгнула с его колен на пол, вмиг избавившись от сладкой дрёмы, и помчалась метеором в душ.
Лис даже не пытался отговорить свою подругу – упрямая, не переубедишь…
Вертолёт, печально склонив лопасти к земле, терпеливо сносил непростой разговор между бойцами СБ и странной командой: кицунэ, киборгом, биороботом, эволэком и летуньей. Профессор пытался убедить спецназовцев, что их помощь понадобится после боя – доставить оборудование, которым грузовой отсек винтокрылой машины был забит под завязку, к гнезду молотоголовых, – но те упирались, сознавая первостепенную важность сохранения жизней учёных.
– Ладно, чёрт с вами, – сдался Иригойкойя, – времени уже нет!
Несколько цепочек бойцов, едва различимых на фоне выпавшего снега, уже втягивались в застывший лес – это только видимая часть петли, которую полковник старался затянуть на шее врага. Бригада полумесяцем двигалась к каньону, образуя огневой мешок, пешком через кручи и бурелом: солдаты на плечах, на санях тащили, волокли по глубокому снегу миномёты, пулемёты, лёгкие автоматические пушки, гранатомёты, боеприпасы.
Но самым невероятным зрелищем в этих колоннах тяжёлого вооружения были кибернетические создания, чем-то походящие на лошадей. Универсальные неживые чудно-звери, способные нести на себе людей, или служить платформой для тяжёлого вооружения. Им нипочём ни расстояния, ни непогода, ни отвесные скалы, ни бескрайние равнины, а на сложно пересечённой местности им вообще нет цены – в скорости передвижения с всадниками, оседлавшими таких механических коней, мог поспорить только воздушный транспорт! А сейчас они стали незаменимыми помощниками, с лёгкостью несли на своих боках ящики с жизненно необходимыми боеприпасами.
В непривычно чистом, ясном от трескучего мороза воздухе, кружила разведка всех видов.
Низко над кронами деревьев проносились маленькие самолётики – командиры рот и батальонов просматривали впередилежащую дорогу, дополняя карты визуальным контактом с горно-лесистой местностью. Их главная задача – вывести бойцов в районы предстоящего боя без задержек, ненужных, крадущих силы живых людей обходных маневров перед неожиданными препятствиями, на которые горазды эти обманчиво красивые края.
Дальше от цепей пехоты водили хоровод Сирины, увешанные доспехами, портативными камерами и средствами связи. Храбрые летуны и летуньи не только отслеживали передвижения врага с неба, но и нередко опускались на землю, чтобы лучше проследить за стаями пришельцев из другого мира, ручейки которых уже стекались к пятачку земли, к «стеклянному лесу». Враг, слабые, битые и в хвост и в гриву двуногие, почему-то не бежал, как прежде, при виде полчищ сильных, не ведающих страха смерти северных варваров, а сам решительно шёл навстречу, казалось, верной смерти…
– Всё, как и задумано, – спокойно, но с едва сдерживаемыми нотками торжества, сказал Юутилайнен, глядя на тактический монитор.
Командир бригады не собирался отсиживаться внутри командно-штабной машины и оставил ощетинившийся антеннами БТР на дороге. Передвижной штаб двигался вместе с боевыми порядками мотострелков, вынужденно сменивших утробы быстроходной техники на собственные ноги – местность, прорезанная обрывами, ручьями и речушками была непроходимой для колёс и гусениц. И для офицеров железные «коняшки», нашпигованные электроникой и средствами связи стали настоящей палочкой-выручалочкой.
На экране мелькали картинки: данные от воздушной разведки стекались со всех концов света, и полковник не мог подавить радостного возбуждения и предвкушения скорой мести.
– Профессор! Вы видите это?! – вызвал он на связь кицунэ.
Элан с друзьями двигался в первых цепях, верный своему принципу: лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать, и был в паре километров от штаба, но Хельга виртуозно подхватила волны эфира. На небольшом экране нанофона вспыхнуло изображение, показывающее диспозицию войска россыпью зелёных огоньков. Кроваво-красные щупальца стай молотоголовых тянулись из всех ближайших лесов навстречу, загораживая путь к гнезду.
– Отличная новость, полковник! – тяжело дыша от физического и нервного напряжения, прокричал в ответ Иригойкойя. – Всё как мы и предполагали! Сами идут в капкан!
Он специально говорил как можно громче. Идущие слева и справа солдаты были взвинчены предстоящей схваткой, сознавая, что никакой лёгкой победы ждать не стоит – пришельцы уже изрядно потрепали их, а одну роту вырезали полностью, до последнего человека. Бойцов надо было приободрить, и Лис весело прогорланил, со смаком оттягивая слога:
– Ну, собачьи дети, держитесь! Сейчас вы получите!!!
Хельга ни на шаг не отставала от него и Мирры, понимая, что только её молниеносная реакция может спасти друзей от смерти, да подгоняла Амму.
Чертовка изъявила желание поучаствовать в походе весьма обычным способом: попросту пришла к посадке на вертолёт в зимнем снаряжении, на груди пистолет-пулемёт системы Смушкевича, вся увешанная рожками магазинов. Непривычно было видеть прелестницу, помешанную на собственной красоте, в военной амуниции, тем более что переход по заснеженным горам дался ей тяжело.
С очередного спуска бедняжка просто съехала на спине, и теперь барахталась в низине, уйдя в плен обманчиво невесомого и пушистого снега едва ли не с головой. Хельга и Элан не без труда вытащили её из рыхлой массы, и, как заботливые родители, отряхивали свою подругу лёгкими ударами перчаток. Всё это действо сопровождалось безудержным хохотом бойцов – можно было подумать, что отец и мать просто гуляют с дитём по парку, а то, насупившись, смотрело на весельчаков, недовольное потехой над её неудачным спуском.
– Чего ржёшь, салага? – Проводила она хмурым взглядом широкую улыбку вояки.
Тот не обиделся на оскорбление, глядя, как кицунэ стащил с её шеи ППС, и выбивал снег из окна экстрактора. Сама Амма, как избалованный ребёнок, ждала, пока взрослые не приведут её персону в порядок, никак не участвуя в процессе.
– Это кто тут салага? – весело поддел офицер надутую девчонку. – Я, между прочим, майор Круглов, что б ты знала!
– Да мне …
Воспитанная девушка употребила бы словосочетание «всё равно», но электронная бестия никогда не отвечала высоким стандартам приличного общества, и офицер выслушал в свой адрес короткое, но ёмкое, и совершенно недвусмысленное выражение.
– …какое у тебя звание! Сказала – салага, значит салага!
Резко повернувшись, Амма зашагала за Хельгой, а Лис только, извиняясь, развёл руками:
– Не обижайтесь, она действительно старше нас с Вами вместе взятых…
Очередной, на сей раз пологий, спуск между нагими деревьями, по колено в снегу, вывел их роту в низину, к небольшой безымянной речушке. Красивый пейзаж, удивительное сочетание белоснежного покрывала, простора, не скрытого, как весной и летом, бесчисленными легионами листьев, замёрзших на порогах сосулек, и непокорной быстрой воды, прокладывающей себе путь даже подо льдом. Схваченные хрустящей, словно посыпанной сахарной пудрой, корочкой обширные заводи, Аврора, играющая холодными лучами на всём этом хрустальном великолепии.
– Стоять!!! Стоять!!!
Элан неожиданно рванулся вперёд, взмахами рук останавливая размеренное движение цепи. Он так и замер, между головным дозором, уже почти достигшим берега речушки, и ломаной шеренгой: АВТ весело болталась на ремне, хвост нервно мёл наст, уши навострились вперёд, словно его встревожил едва слышный в шуме тяжёлых шагов сотни мужчин шёпот воды. Бойцы припали на колено, с опаской водя воронёными стволами из стороны в сторону, а кицунэ поманил жестами дозор, шипя, как рассерженная змея:
– Назад! Живо!
Те в замешательстве застыли на месте, но Круглов тут же приказал им отойти к основным силам, и на берегу речки осталась только цепочка следов.
– Что такое? – Капитан почти прошептал вопрос на ухо встревоженному Лису.
Тот ответил не сразу, впившись взглядом в скованную стужей гладь реки, а потом ответил, но не словами. Ловко достав из подсумка «телескоп», он насадил его на ствол винтовки, и на миг замер, тщательно выцеливая наиболее крупную заводь. В настороженной тишине леса хлопнул выстрел, граната, показав свою крутую траекторию огоньком трассера, стремительной птицей промелькнула между ветками деревьев и подняла фонтан брызг и осколков льда, и в тот же миг…
Впечатление было такое, будто кицунэ попал в склад боеприпасов, спрятанный запасливыми партизанами на дне реки. Река взорвалась от синхронного удара десятков чудовищ, вырвавшихся из заводей, но их стремительная атака была встречена ливнем свинца. Тишина зимнего леса была поглощена торопливым гомоном десятков автоматов и пулемётов – большинство молотоголовых не успевали сделать и пару прыжков, падали, словно подкошенные.
Элан с Кругловым оказались на самом острие атаки, и несдобровать бы обоим, если бы не товарищи по оружию. Бойцы, не прекращая ни на секунду огня, бросились на помощь, и перед командирами встал частокол из фонтанчиков снега, попадая в который, атакующие чудовища тут же валились наземь, обильно поливая белоснежное покрывало фиолетовой кровью.
Хельга успела добраться до своего не в меру смелого друга, и короткими очередями успокаивала наиболее настырных и везучих, прорвавшихся сквозь завесу огня, врагов. Амма поливала агрессоров от души, просто водя коротким стволом ППСа слева направо и назад, Мирра защищала вошедшую в азарт бестию, щедро угощая горячим металлом всех, кто только умудрялся выжить в этом аду…
Стрельба стихла так же внезапно, как и началась – бой длился считанные секунды, и авангард пришельцев оказался выбит до последней особи без потерь. Бойцы осторожно двинулись к устланному телами берегу, а Элан, вполне удовлетворённый остротой собственного чутья, отсоединил опустевший магазин.