– Насколько крепко вы дружны с Семинэлем?
Я растерялась и, чтобы скрыть смятение, отвела взгляд и повернулась к нему спиной, снова посмотрев на водопад.
– Не понимаю твоего вопроса, – призналась, – о чем конкретно ты хочешь узнать?
– О том, близки ли вы, – еле слышно ответил он.
– Зачем… – мой голос дрогнул, но совладав с собой, все же спросила:– Зачем тебе это?
Макианэль подошел поближе, я не видела, но чувствовала тепло его тела, и стало неловко от этой близости, хотя признаюсь, очень приятно.
– Иногда, – раздалось у моего уха, – мне неудержимо хочется тебя поцеловать. Но если ты всей душой принадлежишь ему, я не имею права даже думать об этом. Помоги мне понять…
Мне стало страшно. Что принесет признание, и к чему все это приведет? Я скоро уеду, а он останется здесь. Я даже не человек, почти что оборотень, а он- охотник на подобных мне. Он принадлежит этому миру, а я совершенно другому. Но имею ли я право за кого-то решать? Он же хочет получить искренний ответ. Умею ли я отвечать иначе?
Водоворот мыслей и противоречивых чувств уносил все дальше и дальше. Я основательно запуталась в себе.
И кстати, а он мое разрешение не хочет получить?!
– Я принадлежу себе, – аккуратно ответила. – А с Семинэлем мы друзья. И этой дружбой я очень дорожу.
Ненадолго воцарилась тишина.
– Да, это я уже слышал. А есть ли у меня шанс стать тебе другом?
Все же Макианэль умеет удивить. Я обернулась и недоуменно заглянула в его серьезные глаза.
– Конечно, – ответила, растерявшись. – Если ты сам этого хочешь, – смущенно улыбнулась.
– А есть ли у меня шанс стать для тебя кем-то большим, чем другом? – он смотрел на меня очень внимательно, чуть склонив голову на бок, будто стараясь увидеть то, что увидеть сложно.
Стук моего сердца отдавал в ушах, я знала, что щеки снова захватил румянец. Хотелось ответить «да», но слова Семинэля снова и снова всплывали в памяти, не давая идти на поводу собственных чувств. А если это все-таки игра, если все это лишь для того, чтобы отвлечь меня от мага? А если нет? Ведь я же сказала, что мы с Семинэлем только друзья, значит, его сестре не о чем волноваться. Но он мог и не поверить… А может же действовать в чужих интересах. Я ведь совершенно ничего не понимаю. Сколько мы знакомы? Всего несколько дней. А такое чувство, что вечность. Но, черти лесные, как же хочется ответить «да»!
Затянувшееся молчание давило на уши. Я не знала, что сказать, и Макианэль расценил по-своему:
– Прости, я не хотел тебя смутить. Мы можем забыть этот разговор. Дружба- тоже хлеб.
Нужно было бы хоть что-то ответить, а я будто дар речи потеряла, и глаз не могла отвести от его лица.
Макианэль чему-то усмехнулся, посмотрев на водопад. Казалось, что он ужасно напряжен. Плотно сжатые губы, появившаяся между бровями морщинка и устремленный вдаль взгляд его сильно преобразили, сделали старше. Немного постояв, он развернулся, снял сферу и пошел по дороге назад.
– Идем, – крикнул, не оборачиваясь. – Тебя, наверно, уже ищут.
Я смотрела ему вслед не в силах пошевелиться. Капли воды коснулись голых рук и волос, будто подталкивая вперед, прогоняя с пленившего меня места.
Макианэль притормозил и обернулся. Его потухший взгляд отрезвил, снял противное наваждение. Как я могла не увидеть этого сразу, не почувствовать? Как могла не поверить?
Я сорвалась с места и побежала к охотнику. Усилившийся ветер сорвал с меня шаль, но мне она была уже не нужна. Я влетела в распахнутые объятья, и прижалась крепко к мужчине, прошептав:
– Прости.
– Простить за что? – удивленно спросил он, прижимая меня к себе.
– За то, что не ответила сразу. Все так неожиданно и… страшно. Мне страшно.
Я запрокинула голову, заглянув в голубые глаза, которые снова ожили. Протянув руку, дотронулась до теплой щеки. Я сгорала, словно бабочка, прилетевшая на свет свечи, не зная, что она настоящая, не магическая. И этот пожар чувств не отталкивал, а притягивал магнитом, заставляя забыть обо всем на свете.
Он немного неуверенно, будто боясь напугать, наклонился и коснулся губ легким поцелуем. И я снова не смогла пошевелиться. Я не верила своим глазам, своим ощущениям. Показалось, что все это- плод моего разыгравшегося воображения. Ведь этого не может быть на самом деле! Ведь передо мной Макианэль- охотник, суровый и опасный. Или уже нет? Или не для меня?
Макианэль немного отстранился, чтобы заглянуть в мои глаза, а у меня будто отняли воздух.
– Я сделал что-то не так? – спросил он тихо.
– Да, – согласилась я. – Ты зря остановился.
Его брови взлетели вверх, и уже через секунду над лесом загремел задорный смех, которому вторило эхо.
– Оливия, – смеясь, он прижал меня к себе и положил подбородок на макушку, а я зарылась носом в шелк черной рубахи. – Ты меня когда-нибудь с ума сведешь.
– Прости, – улыбаясь, прошептала я, вдыхая запах его тела. – Сама себе не рада.
Аккуратно взяв меня за подбородок и приподняв голову, он посмотрел на мои губы так, что я перестала дышать, а потом снова поцеловал, но на этот раз смелее. И я ответила со всей накопленной страстью и нежностью. Душа наполнилась теплом, былые страхи отступили. Весь мир со своими проблемами исчез. Остались только мы вдвоем. Тепло его тела, запах, сила рук, прижимающих к себе, шелк скользящих сквозь пальцы волос, вкус губ, – как я могла жить без этого так долго? Смогу ли жить без этого теперь? Я никогда еще не чувствовала себя такой желанной и никогда никого так не желала. И не было мешающих видений, мыслей о том, что поступаю неправильно. Я почувствовала его участившееся дыхание, когда на мгновение он отстранился, наслаждалась близостью и молила, чтобы все это длилось вечность. Мы целовались, не обращая внимания на моросящий дождь, следом пришедший ливень и грозу, на одежду пропитавшуюся холодной водой. Его губы скользнули по мокрой щеке, коснулись шеи и… замерли.
Макианэль резко отпрянул, осмотрелся и быстро заключил нас в сферу.
– Кажется, мы что-то пропустили, – улыбаясь, рассматривая небо, сказал он.
Я тихо рассмеялась и, сделав маленький шажок, крепко обняла его за талию. На мою спину легли теплые ладони, которые тут же скользнули по мокрому платью к волосам.
– Мы промокли насквозь, – заключил он.
– Не страшно. Высохнет, – отмахнулась я. Разве могут такие мелочи быть важнее происходящего с нами?
– Нужно идти, – прошептал он мне на ухо. – Я не хочу, чтобы ты заболела.
Я счастливо улыбалась, продолжая носом зарываться в его рубашку:
– Не заболею.
Но все же через пару минут охотник, взяв меня за руку, потянул назад, к водопаду, чтобы подобрать уроненную шаль. Макианэль ее высушил с помощью магии, хотя, конечно, скоро она станет такой же.
До площадки для «корри» шли молча, слушая шелест дождя. Когда впереди появился просвет, я, наконец-то, задумалась об обратной дороге.
– Как мы доберемся до дома? Все-таки для «корри» мы мокрые.
– Здесь неподалеку дом моего хорошего знакомого. Он одолжит нам карету, – уверенно ответил он, крепче сжав мою ладонь.
Карету? Я еще ни разу не ездила в карете. В нашей стране в них ездят только знатные особы. А мы, люди обычные, предпочитаем верховую езду, ну а в хозяйстве- телегу. Что же, всегда что-то бывает в первый раз.