Тропою Ошибок

Кузя взмывал все выше: вот уже они покинули стратосферу. Впереди открывался бесконечный космический простор. Поднявшись над планетой, Кроом попытался сориентироваться, но понял, что расположение планет и звезд совершенно ему неизвестны. А самое главное, он не чувствовал энергетических потоков, которые всегда присутствовали в его вселенной. Он мог ощущать их колебания из любой точки его мира, но здесь царила абсолютная тишина и вакуум. Кроом понял, что этот мир не его. А значит он не мог даже примерно предположить, в какую сторону направиться.

- Назад, - приказал он коню, и тот послушно вернул его на поляну, где лежала Юника.

Все было хуже, чем он предполагал. Его спасли от неминуемой смерти и перекинули руками девчонки непонятно куда и зачем. Это явно был чей-то сценарий, но кому и зачем он понадобился - совершенно не ясно. Кроом не привык, чтобы им распоряжались как вещью, более того, в хозяевах Юники он видел не сверхцивилизацию, а равных себе, с которыми можно было попробовать договориться, да еще и пользу для себя извлечь.

Снимая седло с лошади, он уже прокручивал новый, более жестокий план освобождения.

Девушка уже пришла в себя и сидела на земле у костра, держась за голову руками. Голова кружилась и затылок пульсировал, к горлу подкатывала тошнота, но с каждой минутой эти симптомы ослабевали - все как обычно.

- Больно? - он с ехидством посмотрел на нее, - ничего, у тебя быстро все заживет.

- За что? - тихо спросила Юника.

- За вранье! - его брови вскинулись вверх и глаза широко открылись, вспыхнув сине-зелеными лучами, - ты меня, кажется, домой собралась сегодня везти? Только координат у тебя нет, да и ты понятия не имеешь, в каком мире находишься. Вот и получай наказание! Плохая девочка, плохая! - издевательским тоном ответил он.

Не говоря ни слова, Юника встала и подошла к Кузе. Закинув седло обратно ему на спину, она рывком подтянула подпругу, и не глядя на Кроома, вспрыгнула на спину коня. Кузя начал подниматься в воздух не сходя с места, и когда они оказались над макушками деревьев, Юника направила его вперед, вниз по течению, подальше от этого человека.

- Никуда ты не денешься от меня! Я - твое задание! Ты головой ответишь, если со мной что-нибудь случится, - крикнул он ей вслед, но та его уже не слышала.

Шли дни. Кроому еще трудно было держать физические нагрузки, поэтому он питался лишь ягодами и грибами, что находил в лесу, да собирал ветки для костра. Он ждал. Ждал, что она вернется. Он должен был убедиться в правоте своих слов. Если все так, как он планировал, то у него будет жирный козырь в рукаве, когда дело дойдет до беседы с хозяевами девчонки.

Юника переместилась на несколько десятков километров и нашла еще одну поляну, даже лучше прежней.

Спустившись вниз, спешилась и легла на траву. Что делать теперь - не понятно, но возвращаться к этому садисту она точно не будет, пусть ее задолбят молнии - так даже лучше. Может и прав был когда-то Эндрю, может это и будет путь домой. Еще несколько часов она держала себя в напряжении, ожидая расправы. Однако никаких молний не последовало, и тревога постепенно отпускала ее разум.

Дни ее стали скучными, но спокойными. От нечего делать, она снова начала мастерить шалаш, зачем-то развела костёр, набрала грибов, ягод, наловила рыбы и, раздобыв соли, коей тут оказалось достаточно в лёгком доступе, засолила и развесила на ветки сушиться. Она сама не понимала, для чего это делает, но эта планета упорно просила брать с неё самое лучшее, пользоваться ее богатствами и не стесняться.

Юника снова нарезала плошек, бадеек и даже попробовала собрать бочку.

Раздобыв глины, она стала лепить горшки и прочую утварь.

***

Прошла пара недель. Однажды ночью девушка услышала протяжный низкий вой.

Выйдя из шалаша, она двинулась прямо в лес. Древний охотник проснулся в ней. Он вел ее сквозь ночную мглу осторожно и тихо. Меж деревьев стали мелькать ярко-зеленые огоньки. Это были глаза хищников. Эти звери были гораздо крупней тех мохнолапов, которые напали на Кроома - размером примерно с крупного волкодава.

Их шерсть была густой, серебристого цвета с голубоватым отливом. Непропорционально большие головы с острыми длинными ушами, огромные пасти могли раскрываться почти на сто восемьдесят градусов, обнажая невероятных размеров клыки. На загривках у этих волков торчал высокий горб, из-за чего голова всегда находилась где-то между лап, как будто собачка заигрывая опустила голову и хочет ластиться, но эти звери точно не собирались играть.

А самое удивительное, что у них было по шесть лап: две передних и четыре задних. Юника, оценив мощь этих зверей, прикинула, что они должны очень быстро бегать и очень больно кусаться.

Тихо вернулась она на поляну и позвала Кузю. Седлать было некогда, зеленые огоньки уже виднелись тут и там: стая окружала девушку для нападения.

Взлетев на спину коня, она выехала на нем в центр поляны и стала ждать, выбрав из арсенала короткое копье. Волки начали выбегать из-за кустов: они окружили лошадь, но не нападали. Юника знала, что все дожидались вожака. Она тоже его ждала.

Через несколько секунд появился очень крупный волк и с разбегу бросился на лошадь, метя ей в шею. Кузя резко взмыл вверх. Волк промахнулся: летающих лошадей он еще не видел. Как только он опустился на лапы, Юника сверху нанесла удар копьем прямо в торчащую холку вожака, загнав древко наполовину. Тот молча рухнул как подкошенный. Остальная стая замешкалась в нерешительности, потом волки по одному стали разбегаться по кустам. Девчонка висела в воздухе и наблюдала.

Вскоре все звери исчезли во тьме леса, а бездыханное тело вожака осталось лежать белым холмом на поляне.

Девушка убрала копье, спустившись вниз, достала нож и начала снимать с вожака шкуру. Мех был густой и плотный. Повозившись пару часов, она оттащила останки волка в лес и слегка прикопала, затем села скоблить шкуру. Только под утро ей удалось покончить со всеми делами и немного отдохнуть. Огромная шкура, натянутая на палки, сохла около шалаша.

Она была очень довольна собой, но внутри ее снова завелся червячок тревоги. Думая про вчерашнее происшествие, девчонка все больше понимала, что ей все-таки придется наступить себе на горло и вернуться к Кроому. Он снова был прав! Ну не могла она так поступать с людьми! Не могла бросить беспомощного человека в опасности, даже если он подлец.

Еще дней пять она боролась и убеждала себя, что не стоит этого делать, но на шестой день, уже к вечеру, все-таки поседлала коня и направилась обратно.

Юника решила не появляться вот так, с бухты барахты: мол, прости, ты был прав и все такое. План был таков: незаметно прокрасться и понаблюдать, все ли в порядке у ее объекта.

Да, это казалось ей самым мудрым решением. Приглядывать за ним не выдавая себя. Она спешилась, не доезжая до лагеря несколько сотен метров, и стала тихо пробираться сквозь лес. Не доходя пары десятков шагов до шалаша, девушка почувствовала запах! Так пах вожак, которого она убила всего несколько дней назад. Приглядевшись, Юника увидела ту же самую стаю. Ее возглавлял новый вожак, и они готовились напасть на Кроома.

Девушка была с подветренной стороны, и ее запаха звери не слышали. Она тихо кралась позади волков, пытаясь быстро придумать план действий. К сожалению, девчонка не знала, где сейчас был ее подопечный: на поляне его не видно, так что, возможно, прячется в шалаше.

Он еще слаб и точно не сможет противостоять таким крупным хищникам. А из оружия у него лишь короткий меч из странного металла.

Вдруг она заметила какое-то шевеление на ближайшем к шалашу дереве.

Кроом забрался на дуб и залег на нижней его ветви, примерно метрах в двух с половиной от земли.

Он знал, что идут хищники и приготовился.

Это немного успокоило Юнику: она приняла выжидательную позицию и стала наблюдать.

Волки собрались вокруг дуба, где был парень, и один из них сделал прыжок вверх, подскочив аж на три метра над землей: да четыре задние лапы открывали им такие возможности. Кроом просчитался. Ударом лапы, волк сбил зеленоглазого подлеца с ветки.

Тот повис головой вниз, уцепившись ногами за дерево.

В следующую секунду вся стая ринулась на него, но парень резко отпрянул и подтянулся обратно, схватившись за ветку, а второй рукой быстро наносил удары мечом по волкам.

Звери скулили, подвывали, но даже получив раны, продолжали нападать. Все чаще Кроома доставали волчьи зубы, оставляя глубокие царапины.

Юника поняла, что пора вмешаться: тут же свистнула, и через секунду конь был рядом. Прямо на скаку она запрыгнула ему на спину и ринулась вперед. Кроом уже лежал на земле: очередной волк броском смог сбить его с дерева.

В тот момент, когда волчьи зубы должны были порвать парню шею, девчонка стрелой вонзилась в эту лохматую серую кучу зверья и, спрыгнув с коня, заработала ножом и мечом направо и налево. Первым получил удар волк, тянувшийся к шее Кроома, затем она уже без разбору вонзала меч и отмахивалась от зубов, клацающих со всех сторон.

Битва продолжалась меньше минуты. Потеряв вожака и еще несколько членов стаи, волки поспешно начали ретироваться по кустам, некоторые были сильно ранены и с трудом передвигались.

Под деревом в пыли, весь в покусах, ничком лежал Кроом.

Она взяла его за плечо и повернула к себе лицом:

- Я ж говорил, что ты никуда не денешься, - его ухмылка на перепачканном кровью и пылью лице была зловещей и презрительной.

Юника глубоко вздохнула и стала мысленно считать до десяти, чтобы не придушить эту наглую физиономию.

Затем она помогла ему подняться и довела до шалаша.

Оглядевшись, девушка не нашла ни котелка, ни плошек. Куда он все это дел за несколько недель - непонятно. Уложив его на порядком замызганное покрывало, она полезла в седельную сумку и извлекла все, что нужно для обработки ран.

Стащив с парня остатки одежды, она бережно принялась обрабатывать укусы.

- Поехали, - сказала Юника, закончив обработку и собрав все вещи, которые можно было увезти.

Он молча встал и проследовал за ней.

- Где котелок-то? - спросила она, когда он вскарабкался в седло.

- Там, за шалашом валяется.

Она нашла котелок, и запрыгнув сзади на лошадь, направилась к новому месту обитания.

- О! Новый шалаш! И костер! Да, ты быстро умеешь обжиться! - продолжал он насмехаться над ней, - небось и еда есть?

- Есть, - она зашла за шалаш и вынесла оттуда сушеную рыбу и ягоды.

- А чего ж оленя не прибила? Мясной-то суп получше будет, - колкости продолжали сыпаться как из рога изобилия.

- Я не убиваю животных ради забавы, а себя мне кормить не нужно.

- Да? А рыбку, значит, не жалко? - продолжил он, сдирая чешую и зубами и отковыривая куски со спинной части воблы.

- Жалко, но я знала, что рано или поздно это случится, и мне придется тебя спасать, как у нас говорят: "постелила соломку, чтоб падать не больно".

- Не так у вас говорят! "Знал бы где упал - соломку б постелил"- вот так правильно! - услышав это, Юника замерла в удивлении:

- Ты-то откуда знаешь?!

- А я много чего знаю, - он хитро посмотрел на нее и, закончив с рыбой, принялся за ягоды.

Выпытывать она не стала. Да и дослушивать тоже.

Следующий день девушка провела в поисках добычи. На этот раз она решила сделать это как обычный охотник - пешком, а не летя на лошади.

Погуляв по лесу часов шесть, ей удалось настрелять из лука несколько куропаток и зайцев. Лес действительно изобиловал дичью, которая особо и не пряталась.

К вечеру она вернулась к шалашу. Рыба была съедена почти вся. Воды не было и ягод тоже, а в котелке булькали грибы: Кроом варил похлебку.

Она скинула с плеча свою добычу и сразу начала потрошить:

- Умеешь разделывать? - спросила девушка, ловко ощипывая птицу своими маленькими пальцами.

Кроом молча взял зайца и достал свой переливающийся клинок. Откуда он его доставал, для Юники было загадкой. Движение руки было таким, как будто у него сбоку висят ножны, но ножен не было, он вообще сидел полуголый, в одних потрёпанных штанах.

- Возьми нож, так удобней, - она протянула ему охотничий нож.

Клинок также внезапно исчез из его рук, как и появился. Он взял нож и вспорол брюхо зайцу.

- Откуда ты достаешь свое оружие? - спросила Юника, но не особо рассчитывая, что он расскажет.

- Оттуда же, откуда и ты, но вам, отсталым, трудно понять, - начал он, но она его перебила:

- Можешь не рассказывать, не так уж и интересно, нам, отсталым, слушать, - резким ударом она отрубила голову птице и кинула очищенную тушку на траву, затем взяла следующую.

А ведь и правда, откуда я беру оружие? Я даже никогда не вникала в это. Я просто мысленно захожу в арсенал, выбираю, и оно появляется у меня в руках! - задумалась она над словами Кроома.

- Мы пользуемся пятым измерением. Только недавно его освоили. Поэтому масштабы пока крохотные: только для хранения клинка и сойдет, - продолжил он, отсекая шкуру зайца от плоти, - а вот тебя хозяева снабдили внушительными размерами этого пространства, но ты, как существо не развитое, просто этого не осознаешь. Ты как зверушка: надрессировали тебя трюки исполнять, а что к чему - не разъяснили, - он с удовольствием потоптался по ее самолюбию.

Юника ничего не ответила. Про пятое измерение она читала лишь в фантастических романах.

Стемнело, и Кроом отправился спать, а девушка решила, что завтра они вместе добьют тушки. Она, конечно, могла и ночью поковыряться, но какая-то внутренняя лень, непонятно откуда взявшаяся, накатила на нее. Взяв нож, она спустилась к воде, чтобы ополоснуть его.