Пока цветет сад. Книга-ключ к свободе от перфекционизма и чужих ожиданий

Без разумного сомнения нет личностного роста

С теми, кто верит, будто их убеждения и окружающая реальность предопределены, четко выстроены и идеально подогнаны друг к другу, случаются две вещи: они умирают от скуки и становятся неподвижными. Зачем жить, если все уже написано? Зачем существовать, если истина установлена заранее и непоколебима? Как совершать открытия, исследовать и удивляться, если сомневаться запрещено? Когда я был маленьким, учителя говорили мне: «Сомнения сеет дьявол». Лучший пример этого – когда в девять лет я спросил учителя религии, как это возможно, чтобы женщина забеременела от голубя. Меня не выгнали из школы, но и не прокляли. Я осмелился сомневаться и спрашивать о том, о чем не следовало.

Колебаться без мучений, прощупывать почву, подвергать сомнению или подозревать – это не недостатки, это части пытливого ума, склонного к естественному недоверию и нонконформизму. Конечно, если вы сомневаетесь постоянно и в каждом своем действии, вы, вероятно, страдаете от обсессивного расстройства или хронической неуверенности. Тогда вам стоит обратиться за профессиональной помощью. Однако умное и проницательное сомнение придаст вашему разуму особый полет. Отрицательная социальная установка, требующая от человека психологического совершенства, прямо или косвенно внушает нам запрет на сомнения. Иррациональный перфекционистский лозунг, который провозглашается и укореняется в наших нейронах, звучит так:

«Уверенные в себе люди всегда знают, чего хотят, и никогда не сомневаются».

Какое ошибочное утверждение! Разве может быть что-то более иррациональное, чем поиск абсолютной уверенности? Если бы вы никогда не сомневались, вы были бы очень близки к фундаментализму («основы моих убеждений верны по определению»), к догматизму («моя правда – единственная») и к мракобесию («новое знание опасно»).

Вы жили бы в самой мрачной зоне ментального Средневековья.

Я вспоминаю фильм «Шоу Трумана». Главный герой родился, сам того не зная, на телевизионной площадке, и вся его жизнь превратилась в постоянное реалити-шоу в прямом эфире. Его повседневность была почти повторяющейся, лишенной сюрпризов и абсолютно предсказуемой. В городке, где он жил, был мост через реку, соединявший его с остальным миром, но Труман страдал фобией воды (созданной руководством программы специально, чтобы он не мог сбежать). Каждый раз, когда он пытался проехать по мосту на машине, страх останавливал его. Все было запрограммировано, и миллионы зрителей непрерывно следили за ним по телевизору. Но однажды случилось нечто экстраординарное: он усомнился. И сомнение позволило ему обнаружить, что одни и те же люди проходят мимо в одно и то же время – и что рутина дня была идеальной копией предыдущего, будто невидимая рука организовывала это существование. Он усомнился во всем: в реальности, в которой находился, в небе, ветре, море и даже в своей жене (которая была актрисой). В конце концов, он решил бежать на паруснике, что означало столкновение с искусственно созданными режиссером опасностями. Но Труман был полон решимости идти до конца. Однажды днем он буквально врезался в горизонт. Горизонт оказался всего лишь декорацией. Там он нашел лестницу и дверь. Перед тем как выйти в реальный мир, Труман отвешивает поклон, чтобы объявить, что шоу окончено.

Скорее всего, вокруг вас нет заговора. Скорее всего, вы не в центре тайного реалити-шоу. Но разве у вас никогда не было тайного убеждения, что ваше окружение – ваша среда, ваша жизнь – может радикально измениться, если вы этого действительно захотите, будто маленькая рыбка выпрыгивает из аквариума в море? Труман усомнился, прорвал кольцо мнимой безопасности, столкнулся со своей фобией и открыл правду. Только сомнение может подтолкнуть к подобному, даже если социальный заказ твердит вам: «Никогда не сомневайся» или «Те, кто сомневается, терпят неудачу и остаются в проигрыше».

Похоже, общество хочет видеть людей, «идеально» подстроенных под установленные рамки, чтобы ничто не заставляло их колебаться, а их убеждения были неизменными. Нам нужны «зависимые от традиций». Мы любим ригидность, нас пугают инновации, и иногда мы даже клеймим их как непоследовательность. Монолитный ум, исключающий малейший признак нерешительности, приводит нас в состояние тревоги. Психолог Эдвард де Боно говорил: «Нет ничего более опасного, чем идея, когда она – единственная, которая у тебя есть».

Следующая суфийская притча показывает то, что я хочу сказать, и то, до какой степени может дойти ригидный ум, который боится сомнений и преклоняется перед «экспертами» как критерием истины.

Одного человека, которого считали мертвым, друзья несли хоронить. Когда гроб уже собирались опустить в землю, человек неожиданно ожил и начал стучать в крышку.

Его открыли, и человек сел: «Что вы делаете? – спросил он удивленных присутствующих. – Я жив. Я не умер». Его слова были встречены изумленным молчанием. Наконец один из скорбящих решился заговорить: «Друг, и врачи, и священники подтвердили, что ты мертв. И как же эксперты могли так ошибиться?» В итоге они снова прикрутили крышку гроба и похоронили его как следует [12].

Медлительное сомнение и мотивирующее сравнение

Существует медлительное сомнение, которое парализует, мешает принимать решения и порождает страх ошибки. Люди, у которых есть проблемы с принятием решений и которые ищут «абсолютную уверенность» перед тем, как действовать, обычно остаются в неведении, не зная, что делать, парализованные страхом и неуверенностью. Давайте помнить, что слово «уверенность» означает нулевую вероятность ошибки, достичь которой невозможно, если только вы не закроетесь в темной комнате и не перестанете двигаться и думать. Люди, страдающие обсессивно-компульсивным расстройством, обычно тратят слишком много времени на принятие решения, потому что они ищут уверенность и неопровержимые доказательства того, что не совершат ошибку. С какой стороны ни посмотри, медлительное или регрессивное сомнение парализует и одурманивает.

Рассмотрим пример.

По обе стороны полноводной реки стояли два монастыря. Смирный и добрый пес, которого любили монахи, кормился то в одном, то в другом монастыре. Когда звенел колокол, созывая монахов к трапезе, собака, в зависимости от того, на каком берегу находилась, шла в то или иное место, где ей давали остатки еды. Но однажды, когда пес купался в реке, он услышал колокол монастыря с правого берега. Он поплыл к тому берегу, чтобы поесть, но тут зазвонил колокол монастыря с левого берега, что заставило его сменить курс. Однако оба колокола продолжали звенеть. Пес начал раздумывать, какая еда ему больше по вкусу, и не мог решиться. Он метался от одного берега к другому, пока силы не покинули его. Он ушел под воду и утонул [13].

Напротив, существует мотивирующее, или прогрессивное, сомнение, которое вдохновляет, стимулирует и обладает огромной силой. Оно толкает исследовать мир и реальность, включая вас самих. Повторюсь: сомневаться во всем и большую часть времени – это типично для людей, которые не доверяют себе. Но иметь точечные, хорошо управляемые сомнения, которые побуждают исследовать и узнавать, – это позитивно, это рост.

Люди, заявляющие, что никогда не сомневаются в себе, не только лжецы, но и подозрительны в плане худшего из проявлений нарциссизма. Гибкий ум способен задавать себе вопросы: «А что, если я ошибаюсь?», «Что, если мои основания неверны?» или «Что, если моя правда – не истина?». Он способен допрашивать себя таким образом, не впадая в кризис, потому что не боится перемен. Одна пациентка говорила мне: «Но ведь сомнение сбивает с толку!» Верно. Даже мотивирующее сомнение сбивает с толку, заставляет колебаться, двигаться вперед и назад. Но в то же время оно работает как внутренний мотор, который подстегивает и ведет к действию. Предпосылка такова: без малейшего замешательства, без малейших противоречий мы все еще находились бы в каменном веке. Великий поэт Уолт Уитмен говорил: «Я противоречу себе? Ну что же, значит, я противоречу себе. Я широк, я содержу в себе множества».

Если вы используете мотивирующее сомнение, вы станете исследователем Вселенной. Для кого-то все записано в одной или двух книгах. Для тех же, кто решил сам писать свою судьбу, нет другого выхода, кроме как погрузиться в жизнь и обыскивать каждый сантиметр существования и, конечно же, удивляться.

Три постулата против разумного сомнения, которых следует избегать

Максимы, которые я предлагаю вам поставить под вопрос, работают как груз, мешающий двигаться свободно. Вот они: «Не меняй своего мнения», «Ты всегда должен принимать чью-то сторону» и «Никогда не говори „я не знаю”». Эти три утверждения – вариации на одну и ту же тему, которые указывают на базовый, крайне иррациональный вопрос: попытку окончательно устранить сомнение. Давайте разберем каждое из них подробно.

Этот девиз против сомнений нарушает право на пересмотр собственных убеждений и взглядов. Когда эмпирические данные или логика указывают мне на то, что я ошибаюсь, самое честное и рациональное – это сменить мнение. Один мужчина, страдавший алкоголизмом, не принимал того, что его жена хочет уйти от него, потому что, по его словам: «Она знала меня таким [когда выходила замуж]». Когда он в очередной раз привел этот аргумент, жена, подумав несколько секунд, ответила ему спокойным голосом: «Что ж, теперь я так не думаю: я изменила свое мнение».

Я не утверждаю, что нужно менять мнение каждые пять минут или быть настолько внушаемыми, чтобы нам «промыли мозги». Я имею в виду то обновление, которое разум должен совершать, чтобы актуализировать свое видение мира и адаптировать его к естественным изменениям жизни. Когда Галилео Галилей приглашал священников посмотреть в телескоп и убедиться в том, что Земля не является центром Вселенной, они отказывались смотреть и вели себя как страусы. Этот механизм в психологии известен как когнитивный диссонанс. Когда правда сталкивается с какой-то важной личной схемой, мы можем использовать отрицание (среди прочих механизмов), чтобы поддерживать ложную внутреннюю согласованность, которая уменьшает наш стресс или дискомфорт от признания того, что мы ошибаемся.

Последовательность – это не упрямство, это добродетель. По этой причине без гибкости она превращается в хронический фундаментализм. Нельзя защищать последовательность как таковую

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.