<< 1 2 3 4 5 6 7 8 9 >>

Владимир Владимирович Алешин
Физ-культура? Физкульт-ура?

Вскоре им стали ставить памятники в Альтисе – священной роще Олимпии. Затем им дано было разрешение жить в Пританее – здании, где бесплатно кормили иноземных послов и лиц, оказавших важные услуги государству. И вот уже в Афинах решили выдавать победителю Игр денежную премию. Эту идею подхватили на периферии и стали утверждать льготы и привилегии своим чемпионам.

Дальше – больше. В IV в. до н. э. наблюдаются постепенные изменения характера и содержания Олимпийских игр. Все больше внимания уделяется зрелищности состязаний. Политический хаос и постоянные войны вели к огрублению греческих вкусов. Гармоническая красота тела не вызывала былого восхищения. Зрителей все больше привлекала борьба, кулачный бой и панкратион, богатые острыми, драматическими моментами. Да и в этих видах происходят перемены – если раньше исход схватки решали преимущественно быстрота, ловкость, то в этот период решающим качеством становится физическая сила.

Награда за победу в состязаниях возрастает. Города, стремясь продемонстрировать свою мощь и завоевать расположение богов, привлекают наиболее известных бойцов, даже если они живут в других местах. В связи с этим в состязаниях впервые принимают участие атлеты-профессионалы.

Стремление победить любой ценой привело к нарушению правил и установленных норм. На олимпийских состязаниях были зарегистрированы случаи подкупа, жестокости, нарушений системы подготовки к играм…

И вот «правильный и смиренный христианин» Феодосий I пожелал увидеть в основе жизни государства единую религию, как ему казалось, самую справедливую и достойную, во всяком случае, более совершенную, чем прочие. И коль она осуждает ложь и подкуп, то надо и законы выстраивать соответствующие, с их помощью искоренять все действа, вызывающие пагубные страсти, разрушающие мораль.

Таким действом при императоре Феодосии I были Олимпиады. И запрет их произошел вовсе не по религиозным соображениям, а по этическим, нравственным. Участники их потеряли ответственность перед своей малой Родиной, ибо уже не являлись её представителями. Спорт больше не возвышал души, он существовал сам по себе, являлся просто зрелищем, зачастую с предсказуемым финалом. Спортсмены стали обособленной кастой, художники, воины, философы в них больше не участвовали, призывы к гармонии развития личности были забыты.

Так что Олимпиады ликвидировал вовсе не Феодосий I Великий – они сами себя погубили. Идущие на Олимп, утратив духовное предназначение Игр, скатились с него так быстро, что почти никто этого не заметил. В истории осталась лишь печальная дата проведения последнего олимпийского состязания древности – 393 год.

И Кубертен был прав, когда, реанимируя олимпийское движение, говорил прежде всего о возрождении чистых помыслов соревнований. Вот строчки из его «Оды спорту»:

Ты осеняешь лаврами лишь того,
кто боролся за победу честно, открыто, бескорыстно.
Ты – безупречен.
Ты требуешь высокой нравственности, справедливости,
моральной чистоты, неподкупности…
Ты возводишь стадионы – театры без занавесей.
Все свидетели всему. Никакой закулисной борьбы.
Ты начертал на своих скрижалях:
«Трижды сладостна победа, одержанная в благородной
честной борьбе».

Нравственность, справедливость, моральная чистота – они должны быть во всем, что окружает спорт и что связано со спортом, если стремиться к той идее, что олимпиады должны совершенствовать наш мир. Кубертен боялся, что эти программные положения станут просто лозунгом. Потому так критически, так болезненно анализировал прошедшие Игры, так скрупулезно работал над подготовкой Игр будущих. Всё надеялся, что Олимпиады помогут нашему миру совершенствоваться, преодолевать проблемы, распри и разногласия.

Увы!

Шестые по счету Олимпийские игры должны были пройти в Берлине в 1916 году. В Грюневальде к этому событию был даже построен великолепный стадион. Но спорт, который по идее должен являться синонимом слову мир, эту свою великую функцию не выполнил. Мало того, что началась первая Мировая война – ее развязала страна, которой доверено было стать очередной олимпийской столицей. Барон Кубертен бывал здесь, вел переговоры о предстоящем спортивном празднике мирового масштаба, и начавшиеся кровавые сражения – это, он казнил себя, и его недоработки, его упущения… Он был слишком ответственен, слишком раним и совестлив, и потому решил покинуть пост президента МОК. Его едва отговорили. Сказали, что это будет проявление слабости. Уж если сам Кубертен перестает верить в силу олимпийского духа, то тогда настанет конец и всей его спортивной политике. Игры, едва возродившись, уйдут опять из жизни человечества, и теперь, может быть, навсегда.

Барон принял это к сведению. Однако сказал, что перестанет возглавлять Олимпийский комитет сразу же после того, как проведет первую послевоенную Олимпиаду. Слово своё он не сдержал, однако для этого была веская, скажем так, уважительная причина.

О ней – позже.

«Во славу спорта и во имя чести»…

Наверное, этот вопрос можно задать знатокам нашей популярной телепередачи: сколько летних Олимпийских игр современности состоялось, если известно, что последние, с порядковым номером XXX, прошли в 2012 году в Лондоне? Тридцать, думаете? А вот и нет!

В древности, напомним, на период проведения Олимпиад прекращались войны, или хотя бы объявлялись временные перемирия. В наше же время происходит всё с точностью наоборот: прекращаются Олимпиады, но порядковые номера их остаются. Так было и в годы Второй мировой (1940, 1944 гг.), и в 1916 году. Многие из тех, кто должен был выступать на спортивных аренах Берлина, по призыву или добровольно ушли воевать. Так поступил и сам Кубертен, влившись в состав французской армии…

Однако пора вернуться к проблемам нашим, отечественным.

Мы уже говорили, что российская команда крайне неудачно выступила в Стокгольме. Царское правительство расценило это как удар по престижу государства, – ибо, по тезисам олимпийской хартии, спортивные показатели есть показатели заботы государства о здоровье нации, – и сделало для себя какие-то выводы. Так, с 1912 по 1914 годы в стране появились Всероссийские футбольный, парусный, атлетический союзы, союзы стрелковых обществ и любителей легкой атлетики, пловцов и хоккейных клубов. Одновременно с этим Россия увеличила свои спортивные связи с внешним миром, и в первую очередь – с МОК. В июне 1913 года был создан государственный орган для координации всех вопросов, касающихся спорта – «Канцелярия Главнонаблюдающего за физическим развитием народонаселения Российской империи». По сути, это было министерство спорта, возглавил которое генерал-майор Владимир Николаевич Воейков. Главная задача нового учреждения звучала так: «Подготовка физически здорового, выносливого и бодрого поколения». Формулировка ёмкая, понятная, почти по Ювеналу с его знаменитым изречением «В здоровом теле здоровый дух» (ибо бодрость и есть душевное состояние человека). Стали приглашать иностранных тренеров (к примеру, X. Андерсена из Швеции, специалиста по легкой атлетике), наши спортивные делегации поехали набираться опыта за рубеж, в том числе и к законодателям спортивных мод американцам…

Заметим: цель, которую ставила перед собой Канцелярия, звучала именно так: спорт нужен для того, чтоб в России вырастало здоровое, сильное поколение. Никаких идеологических условий при этом не ставилось: что, мол, здоровье и сила нужны для защиты Отечества, или для построения справедливого общества… Только очень скоро, уже к 1915 году, задачи Канцелярии и вся спортивная работа России становятся более прикладными – военно-спортивными. Временный совет при Главнонаблюдающем (а туда входили представители РОК, спортивных союзов) призвал спортивные организации приступить к подготовке резерва для фронта, создавая военно-спортивные клубы. Это так тогда и называлось – мобилизация спорта.

По сути ведь все верно: когда Отечество в опасности, на помощь ему приходят и физики, и лирики, не говоря уже о самых физически подготовленных, выносливых гражданах. Есть здесь, однако, только одно «но», правда, весьма существенное. Единожды задействованный в общую политическую и идеологическую структуру этой самой мобилизации, он, спорт, может там навсегда и прописаться.

Хорошо это или плохо? Вопрос очень непростой. Тут к месту, мне кажется, будет опять сделать экскурс в историю. Давным-давно существовало такое государство, где вопросы физической культуры и спорта были главенствующими во всей сфере его деятельности. Речь, как вы поняли, идет о Спарте. Начнем с того, что дети были здесь собственностью не родителей, а государства, потому вопрос, отдавать ли ребенка в спортинтернат или нет, даже не возникал. С семи лет мальчики вольных граждан уходили жить в лагеря военного типа, чтоб к двадцати стать профессиональными воинами. Девочки вольных граждан тоже в обязательном порядке постигали премудрости физической культуры (бег, метание копья, диска), чтоб рожать крепких детей. История донесла до нас результаты участия спартанской команды в Олимпиадах на протяжении примерно ста пятидесяти лет: с 720 по 576 годы до н. э. Так вот, за это время был известен 81 олимпийский чемпион, и из этого числа 46 – представители Спарты. В самом престижном состязании, беге на один стадий, из 36 победителей 21 – спартанец. При этом надо учесть, что по народонаселению, территории государство было далеко не самым крупным в Элладе.

Время классической Спарты (до IV века до н. э.) было действительно удивительным, сам Платон видел в ней признаки идеального государства. Физическая культура здесь соседствовала с культурой песенной, музыкальной, основное население Спарты, илоты (их социальный статус – нечто среднее между крепостными крестьянами и рабами), тоже не роптало на судьбу. Поскольку вопросы физического развития и спорта были прерогативой государства, то оно, это государство, совершенно не скрывало их конечную политическую цель, идеологию борьбы за здоровое тело, за победы в Олимпиадах. Вот как писал об этом знаменитый поэт Тиртей:

Я не считаю достойным ни памяти доброй, ни чести
Мужа за ног быстроту или за силу в борьбе,
Если б он даже был равен циклопам и ростом, и силой,
Если фракийский Борей в беге им был превзойден…
Общее благо согражданам всем и отчизне любимой
Муж приносит, когда между передних бойцов
Крепости полной, стоит, забывая о бегстве постыдном.

Говоря языком прозы, сила и ловкость нужны лишь для военного строя, для нужд государства.

Беспримерно сильная армия этого государства ведет победные войны, захватывает новые территории… Но смотрите, что происходит дальше. Во время войн с персами (480 до н. э.) Спарта выставила около пяти тысяч бойцов, столетием позднее, в битве при Левктрах, их было уже менее двух тысяч, и тогда же спартанцы потерпели болезненное поражение от Фив, еще век спустя в Спарте в целом насчитывалось не более тысячи граждан. «Цвет нации», лучшие представители физической культуры были, прямо говоря, физически выбиты в войнах, ибо они, идеологически «правильно» воспитанные, как полагается, шли в атаки в первых рядах и первыми встречали смерть. Здоровым, крепким женщинам Спарты не от кого стало рожать детей. Государство исчезло.

Так что физическая и спортивная политика, проводимая в той или иной стране, сама по себе мало о чем говорит. Она может быть направлена как на приумножение красоты и здоровья своих граждан, так и на сугубо милитаристские цели, или решать имиджевые задачи, или – в идеале! – совмещать все эти направления. Потому еще на заре возрождения Олимпийских игр Кубертен, а затем и его последователи разрабатывали основополагающие принципы олимпизма. Вот некоторые строки этого документа, которым сегодня руководствуются поддерживающие олимпийское движение страны:

Олимпизм представляет собой философию жизни, возвышающую и объединяющую в сбалансированное целое достоинства тела, воли и разума. Олимпизм, соединяющий спорт с культурой и образованием, стремится к созданию образа жизни, основывающегося на радости от усилия, воспитательной ценности хорошего примера, социальной ответственности и на уважении к всеобщим основным этическим принципам.

Цель Олимпизма заключается в том, чтобы поставить спорт на службу гармоничного развития человечества, способствуя созданию мирного общества, заботящегося о сохранении человеческого достоинства…

Занятия спортом – одно из прав человека. Каждый должен иметь возможность заниматься спортом, не подвергаясь дискриминации, в духе Олимпизма, что подразумевает взаимопонимание в духе дружбы, солидарности и честной игры…

Заметим, что эти очень правильные слова относятся не только и даже не столько к самим спортсменам, сколько к политикам, к государственным мужам, пекущимся о том, чтобы именно дух солидарности и честности царил в обществе, публично проявлялся на спортивных площадках, равно как и в трудовых коллективах, творческих объединениях, научных учреждениях…

Впрочем, сейчас говорим только о спорте. А конкретно – об отношении к нему государства.

Повторимся: неудачу в Стокгольме Российская империя восприняла как удар по престижу. Было понятно, что без повышения массовости спорта мы не вырастим чемпионов, и к 1914 году в стране насчитывалось уже более 1,2 тысяч спортивных объединений, основанных в 332 городах и крупных поселках. Членами их являлись 45 тысяч человек, – конечно, капля в море, в Финляндии было больше. К тому же, в основе своей это были представители привилегированных сословий, для которых «черная» тренировочная работа, пот и мозоли были просто непонятны. И когда говорят, что после Октябрьской революции 1917 года по спортивному развитию России был нанесен смертельный удар – это лукавство. Как нельзя согласиться, впрочем, и с тем, что только революция озаботилась здоровьем нации и сразу же открыла широким массам доступ к спортивным занятиям.

Тут не всё однозначно.

Тут приходится опять вспоминать Спарту.

«Физкультура есть трудовая гимнастика»…

Что правда, то правда: правительство Советской России в самый тяжелый период Гражданской войны заговорило о необходимости физического воспитания масс. В 1918 году создан Всевобуч (Всеобщее военное обучение), одной из главных целей которого было массовое развитие физической культуры и спорта в интересах подготовки граждан – а теперь внимание! – к трудовой деятельности и защите Отечества. Да, суровое время, безусловно, диктовало свои условия игры (как в последние годы империи, в первую мировую, спорт стал военно-прикладным занятием), но ведь и далее-то мало что менялось. В 1920 году на III съезде комсомола обсуждались вопросы вот такого типа: стоит ли проводить спортивные соревнования, где утверждается превосходство одного человека над другим, можно ли участвовать в Олимпийских играх, где выступают представители классового врага – буржуазии?

Представители Пролеткульта пошли и того дальше. Один из их лозунгов – «Долой буржуазные залы, снаряды, спорт, даешь пролетарские снаряды и упражнения». Одним из таких снарядов они предлагали сделать молот, самый настоящий, кузнечный. А знаете, как они относились к такой популярной уже тогда игре, как футбол? Теоретик Пролеткульта, И. Кулжинский, назвал его изобретением английской буржуазии, построенном на обмане – обводке и финтах. Его соратники предложили новые правила игры: разбить поле на равные квадраты, где может находиться лишь один игрок, и перепасовывать мяч партнерам, задерживая его у себя не более пяти секунд…

Приведем некоторые тезисы из документа Пролеткульта «О задачах физической культуры пролетариата»:

«Отрицая с исторической и научной точки зрения все старые системы физической культуры буржуазии, пролетариат создает классовую физическую культуру.

В настоящее время надо строить не физическую культуру для пролетариата, а физическую культуру пролетариата.

Новая физическая культура пролетариата – это психофизиологическое воспитание нового квалифицированного человека.

Новая физкультура пролетариата есть новая трудовая гимнастика и новый коллективный спорт»…
<< 1 2 3 4 5 6 7 8 9 >>