Дерек наклонился к чудаку и, тщетно скрывая раздражение, сказал:
– Их остановят на подлете к планете!
– Навряд ли. Наши системы ПротивоКосмической Защиты просто не увидят их корабли.
– Почему?
Мужчина взглянул на Дерека серьезным проницательным взглядом:
– Системы ПКЗ настроены на поиск инерционного следа двигателя, выделение тепла, света и ЭлектроМагнитного Излучения. Так работают наши двигатели, но их могут работать иначе!
– Как? – Дерек смотрел в голубые глаза мужчины и не видел в них безумства. Но ясные нотки страха заставляли сомневаться в разумности его речей.
– Пришельцы используют направленное излучение как оружие. Для нападения им нужен мощный выброс. Многие предполагают, что они дополнительно аккумулируют энергию извне. Значит, при движении не выделяют энергию, а поглощают ее! Поэтому все наши детекторы ничего не увидят! До самого момента удара.
Это звучало разумно, настолько же, насколько смешно выглядели жалкие попытки защититься от инопланетного оружия, облучающего до 200 Зиверт, при помощи фольги для микроволновки!
Но чем дольше Дерек наблюдал помешательство землян, тем отчетливее приходило пугающее осознание. Невидимые пришельцы вогнали человечество в страх, лишающий разума. Они разрушили их привычный мир, привычный уклад жизни. Только они в ответе за то, что творится сейчас с человечеством.
Дерека захлестнула новая мощная волна гнева и ярости. Он не позволит окончательно уничтожить все, что любимо людям, что создавалось тысячами поколениями, о чем мечтала, к чему стремилась человеческая цивилизация.
Не в силах сдерживаться, он взорвался, выплеснув на чудака накопившееся раздражение:
– Раз мы не увидим пришельцев – значит все кончено?!
Мужчина стрельнул глазами вокруг, заговорил заговорщическим шепотом:
– Мы можем их увидеть. С помощью вот этого.
Его голофон отобразил голограмму серого устройства, похожего на свернувшегося в клубок ежа с частично обрезанными и частично выщипанными иглами.
– Что это такое?
– Не вдаваясь в подробности, компактный детектор, на основе спектрофотометра и устройства фиксирующего поглощение энергии и света. Прост и эффективен!
Насупив брови, Дерек оценивающе глядел на изображение. Прост и эффективен, как куртка из фольги.
Он помолчал, затем спросил:
– Это можно приобрести?
***
Кабины пилотов на каждом спасательном корабле погрузились во мрак скорби по погибшему экипажу разведывательного корабля “Стренуус” и отдельно по Сонаейну Роллу. Затем засветились оранжевыми отблесками импульсов командора:
– Аналитик, как долго мы можем безопасно работать в системе?
– Пока никакой угрозы нет, – в импульсах аналитика чувствовался страх. – Но мы не знаем когда случится очередной выброс.
Затем, справившись с волнением, он твердо добавил:
– Как и сообщал Сонаейн Ролл, наша среда поглощает радиацию. Мы способны пережить несколько выбросов.
– Хорошо. Стоит лучше изучить пришельцев. Они достойные пловцы, и если у них есть сердце, то оно весьма отзывчиво к бедам других. Они приплыли по аварийному сигналу нашего корабля. Они хотели помочь.
Импульсы командора зазвучали резко и решительно:
– Приступаем к спасательной операции двух судов. Работаем двумя командами.
Две дорожки высветили черноту вечного океана, указывая путь спасательным кораблям. Четверо спасателей, не отмеченные цветными маркерами, разлетелись в разные точки планетарной системы, обеспечивая контроль территории и связь между работающими спасателями. Чуть позже придет их черед сменить партнеров, и тогда они поменяются местами в строгом соответствии с протоколом спасательной операции.
Ханахей Колл оказался в группе, обследующей инопланетный корабль.
Проникнуть на судно оказалось весьма просто. Стены корабля не являлись сплошной мантией, а состояли из твердых соединенных кусков. Входы инопланетяне затыкали круглыми створками, а всю внутренность корабля заполняли воздухом.
Голоейн Нолл, увлекающийся зоологией, совершенно обоснованно предположил, что инопланетяне воздуходышащие. А когда пришли слепки от прощупываний роботов-разведчиков, то разразился целой лекцией о эволюции обитающих на Оквитории двущупальников ластоходящих, очень похожих на найденные останки братьев по разуму.
– Ничего удивительного, – ответил Койт Болл, – у всего великого черного океана один Создатель. Потому и Его дети, мудро помещенные Им в разных ареалах – похожи!
Подобные дискуссии Ханахей Колл слышал много раз. И Голоейн Нолл и Койт Болл умели отстаивать свои позиции и аргументировать мысли. Но в этот раз долгого обсуждения не состоялось.
– Внимание. Есть показатели биологической жизни, – пронесся импульс от робота-разведчика, изучающего внутреннее устройство инопланетного корабля.
Возникла пространственная модель криованны, похожей на тантаклеситскую. Ханахей с удовольствием обследовал ее щупальцами. Ванна оказалась более узкой и длинной, что не удивительно, учитывая анатомические особенности инопланетян. Аналитические системы сообщали, что на их корабле находилось восемнадцать таких же криованн – все пусты, и лишь в одной, заполненной холодной жидкостью, находилось маленькое тельце инопланетянина.
– Это икринка! – восхитилась Косанта Иолл.
– Скорее малек! – компетентно возразил Голоейн Нолл.
– Командор, найден выживший биологический объект, – доложил Ханахей Колл, как старший в группе.
– Как это возможно?! – искренне удивился командор.
Ханахей Колл сверился с показаниями аналитических систем:
– Он находится в криованне, заполненной жидкостью. Поэтому выжил. Остальные, находившиеся в воздушной среде, погибли от лучевой болезни.
– Для них вода, как для нас воздух в криосне, – размышляя откликнулся командор. – Сонаейн Ролл выжил во время выброса в заполненной жидкостью кабине. Остальные погибли в криованнах наполненных воздухом! Кто выживший?
– Малек.
Ханахей Колл ответил на вопрос командора и почувствовал блаженство от нахлынувших теплой волной воспоминаний. Как они с Миойлой Иолл ждали своих детей. Он трепетно готовил уютный грот, с постоянным притоком свежей воды. Она заботливо откладывала икринки, ухаживала за ними. А затем появлялись веселые и игривые мальки. Их потомство, их будущее.
Сколько светлых периодов они провели вместе. Счастливо и радостно резвясь в водах океана. Тоской защемило сердце, затем второе, третье. Страстно захотелось вновь оказаться дома, рядом с любимой женой и повзрослевшими и возмужавшими детьми.
На миг подумалось, что инопланетные родители тоже способны на любовь и нежность к детенышам. Также мечтают быть рядом с ними, вместе веселиться, играть и радоваться встрече.
– Что с ним делать, командор?