Саша совершенно точно знала, что ни о каких совпадениях речи нет. Но пока она была не готова рассказать всё подруге. Ей просто необходимо было подумать.
К счастью, именно в этот момент у Ангелины завибрировал мобильный, чему Саша даже обрадовалась. Звонила свекровь подруги, неожиданно нагрянувшая в гости. Ангелина виновато посмотрела на Сашу и поднялась из-за стола. Та, стараясь скрыть облегчение, проводила подругу до дверей и глубоко задумалась.
Через пару часов она набрала знакомый номер. Долго не отвечали, но она ждала, зная, что Ангелина должна быть дома. Наконец, та сонно пробурчала в трубке:
– Да.
– Это я, мой дорогой друг. Можешь уделить мне пару минут? – виновато попросила Саша.
– Подожди, я сейчас на кухню уйду, а то свекровь разбужу, она в соседней комнате спит, осталась с ночёвкой, – моментально проснулась подруга.
В трубке что-то зашуршало, звякнуло, блямкнуло, хряснуло, треснуло и грохнуло. Раздался звук, который Саша идентифицировала, как шлёпанье босых пяток по полу. Наконец, Ангелина испуганно спросила:
– Что случилось? Что-то с мамой?
– Нет-нет, прости, что напугала… Просто мне сейчас очень нужны твои уши и мозг…
– А, ну, это не проблема. Забегай, уши отстегну, мозг выну и отдам тебе. Или лучше с доставкой на дом?
– Хи, – не выдержала и прыснула Саша. – Я в том смысле, что мне нужно, чтобы ты меня послушала и дала совет.
– Это мы завсегда готовы сделать.
Александра живо представила себе лохматую со сна подругу, забравшуюся с ногами на кухонный уголок и кутающуюся в полосатый зелёно-бордовый халат мужа. Она всегда носила его, если Вадим был в командировке. Сашу эта привычка Ангелины умиляла… Мысленно увидев эту успокаивающую картину, Саша улыбнулась и начала:
– Я тебе должна кое-что рассказать. Ты об этом не знаешь ещё. Даже не представляю, с чего и начать… Тут такое дело… Вернее, не тут, а семь лет назад…
Глава 3
Александра Катунина
В тот день Олесе исполнялся двадцать один год. Накануне она заявилась к Саше и радостно сообщила с порога:
– Сань, завтра идём кутить!
– Куда это? – удивилась Саша.
– Сначала в «Сказку», а потом, как карта ляжет. – Олеся засмеялась и категорично подвела итог: – В пять зайду за тобой. Форма одежды – праздничная. Отказы не принимаются.
Саша идти не хотела. Её личная жизнь тогда сделала очередной крутой вираж. По этому поводу Александра пребывала в растрёпанных чувствах и в назначенный день сидела у молчавшего телефона и страдала, надеясь, что соседка забудет о ней.
А потом в дверь громко нетерпеливо постучали. Грозно глянув на открывшую Сашу, крупногабаритная Олеська буквально за шкирку вытащила её из квартиры, приговаривая:
– Я ж тебя предупреждала: идём кутить! Кутить, я сказала, а не страдать в тиши квартиры! Вперёд, Санька!
Олеська была из разряда тех людей, против весёлого самоуверенного напора которых устоять невозможно. А потому Саша обречённо вздохнула, оделась и они пошли кутить. Компания была небольшая: сама именинница, Саша, Машка Овражкова и Наталья Пасечкина из соседнего подъезда.
Праздник удался. Сначала они отправились в местное кафе с классическим названием «Сказка». Там пьющая крайне редко и мало Александра, сгорая от любви и стремясь залить тоску, махнула рукой на трезвый образ жизни и принялась за шампанское. Потом танцевала зажигательнее всех, снова брала в руки бокал и постепенно, но неуклонно веселела. Поэтому бредовое предложение столь же нетрезвых подружек продолжить вечер на Борисовских прудах и даже искупаться вызвало в ней несвойственный восторг и желание немедленно воплотить идею в жизнь. И они вчетвером со смехом и повизгиваниями забрались в подошедший автобус и отправились гулять.
Вечер был жарким, даже душным. Они, выгрузившись на нужной остановке, неспешно шли вдоль дороги и дышали пылью и выхлопами, щедро отбрасываемыми и извергаемыми проезжающими автомобилями. Удовольствие было сомнительным, Саше хотелось поскорее в тенёк и подальше от проезжей части. И она предложила не идти до широкой, многократно хоженой дорожки, а срезать путь и спуститься к пруду напрямик, по густо поросшему кустами и деревьями довольно крутому склону.
Раньше, в Сашином детстве, это место называлось Новым посёлком и являло собой рабочий район с серыми хрущёвками с одной стороны улицы и частными домами со стекающими к воде огородами и запущенными старыми садами – с другой. Будто и не в Москве. Детьми они бегали в заброшенные сады рвать груши и яблоки. И теперь Саша вела всех, вспоминая то знакомое дерево, то куст, то остатки фундамента, и не вполне трезво и оттого очень эмоционально умилялась им.
Спускаясь по склону, девушки разулись и шлёпали босыми ногами по траве, хохоча и нестройно распевая песни.
– Девы, мне надо до ветру, – громко сообщила напрочь лишённая девичьей стеснительности Олеся и полезла в самые заросли, громко ломая на своём пути сухие ветки смородины.
– Иди, – милостиво махнула рукой Саша и плюхнулась на старый пенёк. Выпитое шампанское уже стало понемногу терять свою власть над ней, и ей снова стало грустно. Она устала и неожиданно остро захотела домой. Наталья с Машкой разместились рядышком, прямо на траве, обмахиваясь сорванными сочными молодыми лопухами. Всех разморило, и они сидели тихо, не разговаривая и размышляя каждая о своём. Саша отгоняла веточкой полыни появившихся комаров и прикидывала, как бы ей отделаться от подружек и улизнуть домой. Обдумывая пути отхода, она лениво поглядывала по сторонам и поэтому странную троицу увидела первой.
Трое парней лезли вверх по склону холма в паре десятков метров от разомлевших девиц. Лезли молча, с каким-то непонятным остервенением раздвигая кусты. И Саше стало почему-то тревожно. И хотя она узнала их, – когда-то училась в одной параллели с двумя из них, а третьего неоднократно видела у них в Братееве – меньше всего ей сейчас хотелось, чтобы те заметили её и подружек. Замерев, она тронула за руку Наталью и приложила палец к губам, глазами указав на парней. О чём тут же пожалела. Потому что та радостно разулыбалась и сделала попытку приподняться навстречу знакомцам. Но Саша резко дёрнула её за пояс джинсов и сурово покачала головой: не надо.
– Да я ж их знаю, – весело отозвалась не вовремя очнувшаяся от грёз Машка, – это ж Колька Мошкин, Антон Ванякин и этот… как его, Корзин Петька.
– Я тоже знаю, – приглушённо рыкнула Саша, которую появление знакомцев отчего-то смутило. – Но зачем в нашей девичьей компании эти… совершенно не нужные нам мужчины? У нас девичник!
– Точно, – вспомнила Наталья и оставила попытки поздороваться с парнями. – Девичник так девичник.
– Вы это о чём? – поинтересовалась вернувшаяся, наконец, из зарослей смородины Олеся.
– Да мы Мошкина, Корзина и Ванякина сейчас видели.
– А, – легкомысленно махнула рукой Олеся. – Я тоже видела.
– Из кустов? – удивилась Наташка.
– Ага, у меня был хороший обзор.
– Ну ты даёшь, Ермохина!
– Девы, ну пойдёмте уже купаться! – капризно встряла Машка. – Хватит уже о всякой ерунде языками чесать. Жарко же!
– Действительно, – согласилась забывшая уже о своём желании уйти домой и об отсутствии купальника Саша, которой сейчас и море, не то что какие-то Борисовские пруды, было бы по колено. Она легко встала с травы и двинулась дальше, на ходу приговаривая:
– Купаться! Хочу купаться! Нырять! Плескаться! Бултыхаться! Барахтаться! Совершать омовение! Освежаться!..
Подружки, вдохновлённые призывом, потянулись за ней. Но до пруда они не дошли…
…Первой девушку увидела Машка, обогнавшая Сашу и двигающаяся в авангарде. Увидела, от неожиданности взвизгнула истерично и замерла. Остальные сгрудились за ней, пихаясь и пересмеиваясь.
– О! – хохотнула Олеся. – Кому-то уже даже лучше, чем нам. Хорошо мадемуазель отдохнула!
– И не говори! – поддержала её Наташка, а Маша просто засмеялась нетрезво, глядя на лежавшую под деревом девушку в лёгком красном платье.
– Эй, красавица! Ты что разлеглась? Пошли лучше с нами купаться! – Именинница отличалась редким радушием и готова была пригреть всех и каждого. – Чего молчишь? Пойдём!
Девушка пошевелилась и застонала.
– Эк ты перебрала! – снова засмеялась Маша. – Ну, да мы тебе поможем, вставай уж!