– Конечно, – просияла сотрудница. – Нам очень нужна помощь.
– Я вижу, вы в вольеры опилки засыпаете. Нужны?
– Не то слово!
– Завтра я с работы пришлю машину, у меня есть такая возможность. Я в строительной компании работаю. И потом договорюсь о регулярных поставках.
– Ой, спасибо! А мы уж головы сломали, где взять. Как вы кстати спросили!
– И деньги можно дать?
– Если не сложно, перечислите, пожалуйста, на счёт. – Девушка порылась в кармане синего халата и протянула бумажку. – Вот реквизиты. Это хлопотнее, конечно, чем наличными, но у нас строгая отчётность.
– Я перечислю, – пообещала Александра.
По дороге домой Келли, как было решено назвать щенка, не переставая, выла: испугалась машины.
– Да-а, она не Элли, – покачала головой Лидия Георгиевна.
– Верно подмечено. Она – Келли, – вступилась за щенка Саша.
– Ты довольна?
– Очень, мамуль.
– Ну, и то хорошо.
И они зажили все вместе. Потекла их обычная жизнь, которая стала гораздо счастливее оттого, что дома поселилась озорница Келли. Тогда Александра ещё не знала, какую роль сыграет в её жизни приютский щенок. Не догадывалась она и о том, что эхо добрых дел обычно отзывается в самый неожиданный момент, да ещё и так, что остаётся только диву даваться.
* * *
Рано или поздно почти все, ну, или почти все счастливо женатые люди приходят к мысли, что хотят стать родителями. Ангелина и Вадим Валдайцевы в этом вопросе не отличались оригинальностью и очень, просто очень хотели детей. Ангелине был уже тридцать один год, почти тридцать два, Вадиму исполнилось тридцать пять. И буквально со дня свадьбы они были готовы к появлению в их маленькой семье ещё одного, самого главного члена. Но это всё никак не происходило.
Ангелина, со всей свойственной ей энергией, занялась приближением счастливого дня и отправилась по врачам. Вадим тоже не прятал голову в песок, а с готовностью ходил то к генетикам, то к андрологам, то к прочим специалистам. Но те лишь разводили руками и говорили одно и то же: в вашем случае отсутствие детей – Божья воля. Потому что, будучи в репродуктивном плане людьми совершенно здоровыми, Ангелина и Вадим тем не менее никак не могли стать родителями. Они понимали, что прошло ещё не так много времени. Но им было не по двадцать лет, и долго ждать они не могли. А потому делали всё возможное и невозможное, чтобы у них появился ребёнок.
Красавица и умница Ангелина, привыкшая получать если не всё и сразу, то многое и довольно оперативно, страдала невыносимо. И тогда Вадим не выдержал и подарил ей щенка, крохотную рыженькую таксюшку. Не взамен всё не желающего появляться в их жизни ребёнка, а в утешение, конечно же.
Никогда ещё у Ангелины не было собаки. У них жил взрослый кот Вадима, длиннолапый здоровяк Сибарит. К нему Ангелина привязалась всей душой. Но это был умнейший, спокойный и интеллигентный кот, а не совершенно посторонняя собака. Ангелине даже казалось, что она и не любит животных, ну, во всяком случае, уж совершенно точно в них не нуждается. И лишь Сибарит попадал, по её мнению, под категорию «исключения из правил».
Но коварный Валдайцев решил не отступать и тёплым июльским днём заманил жену на станцию «Отдых» в гости к знакомым его коллеги. По большому тенистому участку среди подпирающих синее летнее небо сосен бегали пять собак: боксёр, скотч-терьер, рыжая такса и две дворняжки. Хозяйка, внучка известного детского писателя, весёлая милая женщина, со смехом рассказывала, что из всей собачьей компании только лишь таксу они завели специально. Остальные четвероногие обитатели дома прибились в разное время сами.
Ангелина, чувствуя, как высоченные (она других не носила) каблуки её новых босоножек вязнут в грунтовой дорожке, и всё ещё не понимая, зачем Вадим привёз её сюда, с недоумением поглядывала на резвящихся собак. Хозяйка перехватила её взгляд, иронично улыбнулась и вопросительно посмотрела на Вадима. Тот кивнул. Хозяйка приоткрыла дверь, и тут же, словно ждали прямо у порога, на крыльцо один за другим выкатились три крошечных, не больше полутора килограммов весом каждый, рыжих комочка.
Один из таксят кубарем скатился с лестницы, подбежал к Ангелине и попытался укусить её за палец ноги. На нанесённом накануне в салоне бордовом лаке остались белые полосы от остреньких частых зубок. И вдруг, совершенно не понимая себя, Ангелина ахнула, присела и подхватила щенка под горячее почти лысенькое пузичко. Тот странно пах. Не псиной, как представляла себе это Ангелина, а теплом и уютом, да ещё почему-то немного яблоками. Она вдохнула этот непонятный, совершенно не собачий запах и неожиданно осознала, что больше всего на свете не хочет в этот момент опускать малыша на землю.
– А вы… будете их продавать? – робко спросила она хозяйку. Вадим посмотрел на неё коротко, переглянулся с внучкой писателя и многозначительно заулыбался.
Ангелина, перехватив этот взгляд, поняла, что коварный муж привёз её сюда не случайно, что это был явно продуманный и тщательно подготовленный план. Но это уже не имело ровным счётом никакого значения. Она ничего не могла и – главное – не хотела поделать. Маленький нахальный тёмно-рыжий комочек взгромоздился на её исстрадавшееся сердце и развалился там совершенно по-хозяйски, как на диване. А растерянной и очарованной Ангелине только и оставалось, что прижимать к себе щенка и робко смотреть на хозяйку в ожидании ответа.
– А вы уверены, что хотите именно таксу? – с весёлым скепсисом в голосе спросила внучка писателя.
– Да! – горячо заверила её Ангелина. – А почему вы спрашиваете?
– Ну, просто вы девушка такая… утончённая, рафинированная, гламурная, как сейчас модно говорить. Вам надо какую-нибудь диванную собачку. А такса собака хоть и маленькая, но вполне настоящая, не игрушка. С непростым характером. Её на светский раут не возьмёшь и в сумочку не сунешь. То есть сунуть-то вы, конечно, можете. Но вот будет ли там сидеть такса – это большой вопрос…
– Ангелина – учительница, – улыбнулся Вадим.
– Да-а?! – удивилась хозяйка. – Коллега, значит? Вы совершенно не похожи на педагога, скорее на актрису или художницу какую-нибудь. В общем, на богему… Ну, для нас, учителей, такса – вполне подходящая порода. Раз учитель, то справитесь и с таким характером. Только вы учтите, маленькие таксята – это те же маленькие дети, шумные, непоседливые, громящие всё вокруг себя. Не боитесь?
– Ни капельки! – заверила её Ангелина, влюблёнными глазами глядевшая на таксюшку.
– Ничуточки! – поддержал её Вадим, с обожанием смотревший на жену.
– Ну-ну, – покачала головой хозяйка. – Если будет сложно – возвращайте. Мы возьмём.
– Ну, уж нет! – засмеялась Ангелина. – Ни за что!
На обратном пути таксюшка долго осваивала салон машины, умудрившись облазить совершенно все укромные места. Даже на торпеду забралась и, поддерживаемая своей новой хозяйкой, шатаясь, расхаживала по ней, стукаясь маленьким бархатным лобиком о низко нависающее стекло. Устав, наконец, она перебралась на заднее сиденье и заснула, лёжа на спинке и широко разметав в разные стороны коротенькие толстые лапки.
– Она похожа на охлаждённого цыплёнка в магазине, – засмеялась Ангелина, сидевшая вполоборота, чтобы видеть своё длинное счастье.
– …Сказала нежная хозяйка, – хмыкнул Вадим.
– Да, я нежная! Я очень нежная хозяйка! Но с чувством юмора и без розовых очков!
– Ага. Своеобразным таким чувством юмора… Давай, хозяйка, придумывай имя. Не можем же мы ребёнка всю жизнь собачкой обзывать или охлаждённым цыплёнком.
– А я уже придумала!
– И какое?
– Букс!
– Оригинальное имя для девочки.
– Это девочка?!
– Именно.
– А я думала – мальчик!
– Я и говорю – нежная хозяйка. Внимательная. Наблюдательная.
– Ой, не могу! – засмеялась Ангелина. – Как же я не увидела?! Ну, даю!.. Ты знаешь, у нас на даче такая история была. Завёл наш местный пьянчужка собачку. Хорошую такую, чёрненькую. Собачка к нам часто прибегала в гости. Я её кормила, играла с ней. Как-то хозяин пришёл за щенком к нам, знал уже, что тот к нам захаживает. Мой дедушка и спросил, как его зовут. Знаешь, что за кличка у собаки была?…
– Не-а. Но хочу узнать.
– Не поверишь – Мурген!