– Вы уверены в том, что он бывший? Может быть это он организовал расследование, а его сынок-аналитик ему помогал, – резко перебил Марк, немного наклонив голову и испуская в пространство ауру всевластия и уверенности в своих подозрениях.
– Я организую собственное независимое расследование, чтобы или подтвердить предположения, или опровергнуть… – улыбнувшись, ответил представитель из России и слегка откинулся на кожаном кресле, – у меня есть независимый специалист…
– Поздно. Раньше надо было. Команда Карла закроет вопрос, а мы посмотрим, насколько они бывшие и кабинетные работники, – резко бросил Марк, выдавив улыбку и блеснув серыми глазами.
– Хорошо-хорошо, – подняв ладошки вверх и улыбнувшись на милость победителю ответил олигарх, – кстати, почему генеральный распорядитель не приехал?
– У него неотложные дела… – чуть раздражённо выдал Марк Гендербраум, вспомнив недавно выбранную общим собрание на ближайшие пять лет главу. Генерального распорядителя Лиги Двадцати Двух.
От воспоминаний его неординарного образа, его ресурсов и того, что он, Марк, его заместитель провернул за спиной у главы Лиги, до сих пор коробило его, и он, Марк, молил всех богов, лишь бы информация и то, кому обязаны события, случившиеся у Генерального распорядителя в жизни, не дошли до него. Но так было надо для реализации дерзкого плана, который долго вынашивал и запустил гер Гендербраум. Вековые традиции пошатнулись, а клятва о честности и об отсутствии вражды среди своих были грубо нарушены.
В общение вступил тучный пожилой испаноговорящий мужчина, он выдал на общем английском, – эта проблема с возможной утечкой не столь критична ввиду того, что реализация стратегии заокеанских конкурентов даёт ощутимые результаты для нас. Включите телевизор, глазами обывателей мировые экономики летят в пропасть, пока конкуренты и мы скупаем обесценивающиеся активы и переводим производства в подконтрольные нам зоны.
– Да, но из-за утечки деятельность и структура Лиги может быть деанонимизирована… – сухо процедил Марк Гендербраум, потомок арийцев, архитекторов Третьего Рейха и пристально посмотрел на каждого из присутствующих, – не мне говорить вам, господа, как опасно для нас будет выйти из тени, в которой держалась наша организация на протяжении стольких лет! Нельзя показать уязвимость перед американской гильдией.
– А кто добровольно собирается сбрасывать маски, уязвлять себя и Лигу, её историю, структуру и ресурсы, – слегка удивлённым и весёлым тоном с британским акцентом выдал другой из присутствующих, – стратегии и тактики Лиги никто не помешает, кроме конечно заокеанских конкурентов. Тем более какие-то русские. Водки и дешёвой наркоты им побольше, и сами себя сотрут из истории! – и посмотрев на русского, сидящего за столом британец продолжил, – при всём уважении к вашему происхождению. Разве это не так?
Постсоветский олигарх усмехнулся и отчеканил на английском, который учил с девства как свой родной, – к сожалению сознание, измученное революцией и войнами стало подвержено пагубному влиянию, но! Не стоит недооценивать русских…
Испанский миллиардер учтиво кивнул, – конечно! Я лично считаю, что, исходя из соображений геополитической безопасности и многих социально-экономических и логистических факторов нам бы стоило вместе с ними противостоять американскому элитарному обществу, а не держать Россию как нефтегазовую бензоколонку, выкачивая энергетические и финансовые ресурсы. Кстати, их предводитель меня беспокоит… кажется, у него есть план, который может переиграть наш. Возможно надо бы с ним договориться, пока ещё не поздно…
– Он та ещё тёмная лошадка… – кивнул русский олигарх, чуть развалившись в роскошном кресле, поправив лацкан пиджака.
– Насчёт русских вы серьёзно? – сухо спросил Марк Гендербраум, одновременно чуть ли не выжигая дыру на лицах сидящих за столом коллег по обществу.
– Вполне, – обыденно ответил испанский миллиардер, – помяните моё слово. Наши американские коллеги, когда осознают финансовую и геополитическую угрозу со стороны нас и Европы не только лишь в цифровых выражениях, но в скорости развития высоких технологий и создании передовых производств, а также в крепком союзе с сильным социальные влиянием на массы, запустят с Капитолийского холма план по нашей деструктуризации, принеся кризис и локальные военные конфликты на наши земли, разобщая Европейский континент. Им будет абсолютно плевать на любые договорённости и ранее оформленные официальные сделки и кулуарные союзы. Вспомните историю.
Один мужчина, чья семья владела несколькими предприятиями по производству европейских элитных автомобилей, сидевший напротив испанца, отпил родниковой воды из хрустального бокала и кивнул, говоря на общем английском с немецким акцентом, – соглашусь я с вами. Ввиду возможной угрозы нам необходимо подготовиться и возможно пересмотреть стратегию по взаимодействию с элитой Российской Федерацией. Сейчас мы только выкачиваем доступные ресурсы из неё через корпорации. Возможно, в будущем нам целесообразнее будет перенести производства из земель наших туда, когда здесь американцы будут реализовывать план по нашей деструктуризации…
– Господа… об этом рано говорить, – возбужденно проговорил Марк Гендербраум, глубоко в душе презирая русских так, как это делали его предки нацисты, – мы сможем довольно хорошо сыграть на крушении почти всех денежных и социально-политических системах государств, сможем ещё более упрочить и без того влиятельное положение наших семей на евразийском континенте. Что же касается американцев, то мы задействуем проект Чистый Рассвет.
И сделав паузу, отпив прохладной воды, Марк Гендербраум продолжил, – …когда же уставшее и обескровленное мировое общество взвоет на пике собственной безысходности, мы сможем предложить ему, человечеству нашу модель нового мирового порядка, покончив с прочими влиятельными семьями и кланами, возведя Лигу Двадцати Двух на пьедестал правителя человечества надолго!
– Когда же вы познакомите нас с деталями этого плана? – послышались возгласы собравшихся в этой шикарной резиденции людей.
– Скоро, господа, очень скоро! – улыбаясь ответил Марк Гендербраум, потомок нацистов, но резко приняв серьезный и задумчивый вид, довершил, утаивая множество нюансов от коллег, – и моё внутреннее ощущение говорит, что не долго человечеству осталось жить в текущей геополитической и социально-экономической модели. Мы напишем новую историю, меняя границы и трансформируя саму жизнь, её особенности и потребности. Всё устаревшее мы сожжем дотла вместе с верующим в неё балластом!
Встреча
Российская Федерация, Москва.
02.22 ночи.
Сокольский уже знал, что банда собралась возле аптеки, об этом печальном событии сообщил Максим Орлов, шедший следом за какой-то красавицей, которую успел описать в двух словах, на что Александр ответил, – ну а это как поможет делу?
Сокольский даже не заметил, как эта девушка-потенциальный свидетель преступления вошла в аптеку, примерно через секунд десять после него самого. Александр настолько был обеспокоен болью и ситуацией со ждавшими его на улице отморозками, что чуть было не пропустил упустил её из виду.
Пока юноша искал на полке обезболивающие таблетки бегая взглядом по названиям заветных лекарств, Кристина подошла к продавцу-консультанту, женщине средних лет, которая что-то спокойно записывала в журнале за стойкой, коротая ночную смену.
– Добрый вечерь, хм, – извиняющим видом спросила Кристина у продавца лекарств, – что вы можете посоветовать от острой зубной боли?
– Добрый вечер! – отозвалась продавец-консультант в белом униформе и посмотрела сквозь очки на юную девушку, – могу посоветовать Китанов или Темпалгин-м, – и немного помедлив добавила мягким и вежливым голосом, – но лучше не злоупотреблять и обратиться к зубному врачу.
– Знаю, но сейчас, к сожалению, никак этого нельзя сделать, – удручённо ответила Кристина и мягко улыбнулась консультанту, – всё закрыто, остается терпеть да утра.
– Сочувствую тебе зайка, – с добрым видом ответила продавец и поразилась красоте и вежливости юной особы, – могу лишь предложить то, что сказала.
– Да, было бы замечательно, – ответила Кристина и полезла в куртку за кошельком, – сколько с меня?
– А ты пойди и возьми их на полке, – кивнув в сторону юноши сказала продавец лекарств, – вон, видишь молодого человека, который тоже по-видимому что-то болеутоляющее ищет.
Кристина повернулась и двинулась в сторону Александра, быстро окинув его с ног до головы, остановив взгляд на профиле.
– Молодой человек… – немного повысив тон, дельно спросила женщина, – что вас интересует?
– Вечер добрый! Зуб разболелся, – не отводя взгляда от полок с заветными лекарствами, отрешенно и непривычно громко ответил Александр, – с ума сводит, как специально!
Кристина, пожалуй, впервые так загадочно и с интересом, немного удивленно посмотрела на собрата по беде. Когда она слышала разговор парней о том, что они сейчас будут кого-то бить, кто зашел в аптеку, она почему то подумала, – ну вот, еще один Казанова[13 - Казанова – герой-любовник] на ночь глядя решил кого-то совратить…
Но она ошиблась, и ей стало стыдно перед самой собой за вечно критичные мысли.
Александр потянулся за пачкой Темпалгин-М, взял одну и решил было обернуться, но тут голос, услышанный совсем рядом, заставил его посмотреть говорящему в глаза.
– И мне возьмите одну, пожалуйста, – сказала Кристина, изучающим кареглазым взглядом смотря незнакомому брюнету в глаза.
Впервые она за свою сознательную жизнь не нашла в них то, что видела в тысячи других взглядов. Она не нашла там отсутствие смысла и энергии, которая излучала мощь карамельных глаз. Кристина среди прочего увидела в них вдумчивый взор и в тоже время озорной пляшущий огонёк искателя приключений. Вдруг, сама того не ведая, брюнетка застыла, пристально смотря в глаза юноши, который, к слову замер и ответно смотрел на неё.
Неожиданно для себя Кристина почувствовала странный всплеск внутренней энергии, которая разлилась по телу теплом и легкой вибрацией, отдаваемой едва уловимым и незаметным головокружением, и странный сюрреалистический голос, прошептал где-то за ухом, – не упусти…
Бино, будучи умеющей владеть своими эмоциями, слегка вздрогнула и попыталась скрыть их, но у неё это не вышло. Краска, проступившая на щеках, сделала Кристину ещё милей.
Но в реальность её вернул на удивление приятный голос незнакомца.
– Тоже зуб болит? – отвечая на её изучающий взор своим взглядом, ответил Александр, как не кстати, правда?
– Это точно! Прямо-таки неожиданно и под вечер, а время позднее, – говорила Кристина, не отводя глаз от симпатичного лица молодого человека, – хуже не придумаешь.
– Верно, – говорил Александр, и смотря в эти чудесные большие глаза, словно бриллианты, облитые шоколадом, и снова почувствовал уже знакомый всплеск внутренней энергии, прошедший лёгкой вибрацией по организму. И приятный сюрреалистический голос прошептал где-то в районе затылка, – не упусти…
Сокольский моргнул, едва заметно тряхнул головой и протянул девушке пачку лекарств, и тихо добавил так мило улыбнувшись, насколько он это мог сделать, – держи, я возьму другую.
После юноша отвернулся от незнакомки и взял с полки ещё одну такую же пачку лекарств и подумав мгновение взял рядом лежащую жёлто-белую пачку Китанов. Он всё же услышал название, когда продавщица советовала лекарства незнакомке.
Со словами, адресованными в своё сознание «мало ли что» он повернулся к девушке, которая уже успела отойти от него и начала расплачиваться на кассе.
Неожиданно в аптеку зашёл ещё один человек, которого Александр ждал сейчас больше всего в жизни. В аптеку буквально залетел Орлов.
Не говоря ничего издалека, он подошёл к стоящей у кассы парочке и, быстро окинув взглядом девушку, слега улыбнувшись и кивнув, обратился к Александру немного напряженным тоном.