– Хм, действительно. Фланги – следим за нелюдями. Ими будут командовать Грация и Авкт. Просто поддерживайте стоящих среди вас чудищ, они будут слушать своих командиров и вести вас.
– О, дожились, чудищ в командиры…
– Ваши командиры никуда не делись. Кто будет мне здесь свой характер показывать – зарублю на месте.
Стоян залез на корягу и обратился к войску, чеканя слова.
– Там, четыре сотни нелюдей! Страшных чудовищ, которые хотят захватить наши земли, нас сделать рабами и едой или такими же чудищами! Их притащил прямиком из ада злой колдун Адетоканбо Кебаб Люциус. И это только начало! Если мы с вами не закроем эти врата сейчас, сюда хлынут армии зла. Мы должны сделать это! Здесь и сейчас! И мы не одни. Отец Феодосий.
На корягу залез отец Феодосий.
– Все мы дети Господа нашего и всех нас он любит. Даже оступившееся дитя имеет право на прощение, если желает искупить грехи свои и покаяться. Вспомните, как Екатерина Андреевна наставила на путь истинный разбойника, которого ждала только казнь. Вспомните как она, могущественная ведьма, заступилась за нас, людей, не думая, кто из нас грешен, кто праведен, а кто еда. И подумайте, куда отправится, закрыв врата – обратно в ад, ибо не желает становиться демоном и творить зло на земле. Так неужели же мы, люди, не способны дать другим шанс? Нам предстоит биться плечом к плечу с нелюдями, которые не желают более творить зло на земле, против нелюдей, которые лишь зла и жаждут. Забудем на время о том, кто мы. Вспомним о том, зачем мы здесь!
Стоян добавил, обращаясь к сотникам:
– Осторожнее со святой водой, своих нелюдей не облейте.
– Куда мир катится? Свои нелюди, не свои нелюди. Что вообще происходит…
– Странно, что они своих же бить будут.
– Думаю, для них так же странно видеть, когда люди друг друга убивают в сражениях. Те нелюди, что у врат для них тоже, что для нас монголы, например.
Подошёл воевода.
– Кто будет наших чудишь святой водой мучить – прикажу пороть до утра и солью поливать. Стоян, подбери мне лучников хороших, десятка три-четыре и пару десятников толковых. Вассиан, прикажи своим вокруг голов тряпицы повязать. Так вас с чужими не спутают.
– Будет исполнено.
– Всем, доклад по готовности.
Кате вмешиваться в драку категорически запретили. Неизвестно, что их ещё будет ждать, пусть бережёт силы.
37
Свободного места вокруг врат было не много. Лес здесь был хоть и не густой, но это был лес, со всеми вытекающими. Десятникам предстояло хорошо поработать.
Армия людей надвигалась на врата нарядной красной лентой, со стягами и знамёнами. Нелюди зашевелились, зарычали, но не двинулись с места. Командир адского войска встал на камне. Почти полностью он был скрыт драным кожаным балахоном. На левой руке, вместо кисти, был огромный шип-коготь, который складывался до локтя. В правой руке он держал костяной посох, увешанный какими-то верёвочками и табличками, верх которого был собран явно из рёбер. Из-под капюшона сверкнули четыре злобных глаза.
Люди остановились.
– Сдавайтесь, нелюди! Если вы сдадитесь, мы разрешим вам уйти через врата обратно в ад!
– Только пендалей раздадим. Для порядка.
– Ага, и ухи пообрываем.
Адский командир заревел, потряс посохом и направил его вперёд, продолжая что-то вопеть. Взревели четыре сотни глоток и нечисть набросилась на объединённую армию воеводы.
Вассиан прыгнул вперёд, орудуя своим двуручным шестопёром. В разные стороны полетели головы, оторванные конечности, кости вламывались внутрь, плоть рвалась. Мучитель двигался словно тигр, без суеты, но очень быстро, атакуя сразу несколько сторон.
Воевода даже приоткрыл рот, засмотревшись на его движения, но уже через секунду повёл свой отряд снайперов на левый фланг.
Вевея взлетела вверх и ударила крыльями воздух. Сразу полдюжины чудовищ покатились по земле. Двоих из них разрезало пополам. Не давая врагу опомниться, она словно коршун рухнула вниз, резко крутанувшись вокруг своей оси с широко расставленными крыльями. Одному чудищу срезало руку и голову, другому рассекло грудь. Застыв на мгновение, она вперила взгляд на стоящих перед ней, и они так же застыли. Прыжок, серия резких ударов когтями и ещё один рухнул на землю, а второй взвыл и ломанулся назад, расталкивая набегающих нелюдей.
Не теряя времени, Вевея развернулась и в несколько взмахов перелетела через строй людей, готовясь для новой атаки.
Стоян пришёл в себя, но в командах не было нужды. Сотни и десятки центра шли ровными цепями вслед за атакующими союзниками, бросая сулицы и синхронно втыкая копья в чудищ, сдерживая, отталкивая, сбивая на землю, где их атаковали мечники.
На правом фланге крутилась Грация. Грозно пища, она пускала в ход не только страшные когти-сабли, но и зубы, рассекая ими конечности врагов на лоскуты. Бешено крутясь и прыгая словно саранча, она сеяла хаос на поле боя.
Путаница так и не смогла достать вражеского командира. Он отчаянно отбивался своим посохом, не давая туману до него добраться. Однако, от этого тоже была польза. В самый ответственный момент, когда армия людей шла в атаку, он не мог командовать и его войско несло потери. В какой-то момент он свалился с камня, и Путаница его потеряла. Плюнув на вражеского вождя, она распустила туман по полю боя, помогая Вассиану и Вевее, скручивая, ломая, ослепляя и разворачивая врагов. Словно коса смерти Вассиан двигался за её туманом.
Воевода не прогадал с направлением поддержки. Авкт не отличался ни умом, ни сообразительностью. Он вообще сильно походил на умственно неполноценного нелюдя. Зато, был поистине огромен. Размахивая титанической дубиной, которую держал в длиннющих руках, он шёл вперёд словно комбайн через поле. Жаль, вокруг ничего не видел. Его нечисть втянулась вслед за ним, бросив людей и оголив левый фланг. Именно туда и поспешил отряд снайперов, разряжая луки в головы вражеских чудищ.
Под руководством бешеной Грации, правый фланг успешно давил врага, разбивая его на небольшие группки чудищ и либо уничтожая, либо заставляя бежать. Центр успешно продвинулся вперёд, рассекая вражеское войско. Левый же фланг наоборот, начал заворачиваться, отступая и растягиваясь, избегая окружения. Лишённые поддержки союзных нелюдей они с трудом сдерживали неистовые удары нечисти и несли потери.
Воевода отозвал сотню из центра, но она завязла в тылу собственного левого фланга. Враги стали использовать деревья, чтобы прыгать за строй людей.
Стоян окликнул Путаницу и уже решил повернуть центр полностью на левый фланг, но не успел.
Катя не разбиралась во всех этих войнушках, но даже она поняла, слева всё плохо. Иначе, люди не побежали бы туда на подмогу. Не обращая внимания на возражающую Милану и отца Феодосия, она пошла туда. Да, всё плохо. Хуже всего то, что вокруг деревья, а противники в ближнем бою. Что делать, куда бить?
С ладоней сорвались несколько цепей тонких чёрных молний. Все попавшие под них падали парализованные. Катя не разбирала, где свои, где чужие, она просто шла вдоль поля боя и парализовала всех. Нелюди оказались сообразительнее. Оставшиеся не парализованными, поняв, кто перед ними, просто сбежали.
Нелюдь в балахоне понял, что битва проиграна. Проревев отступление, он слез с камня, прошёл вперёд и стал на колени, склонив голову. Чудовища столпились за ним с понурым видом.
– Кто ты? – спросила Катя, когда подошла вместе с «командованием».
– Индис, госпожа. Прошу, позволь отныне тебе служить.
– Мне не нужны слуги. Я здесь чтобы закрыть врата. Многие люди погибли. Из-за тебя.
– Они погибли в бою. Это достойная смерть. Я исполнял приказ хозяина. Он повелел тебя схватить и пролить твою кровь на землю врат.
– Ты не справился, – заметила Путаница.
– Да. Я проиграл сражение. Теперь я понимаю, что не было даже шанса его выиграть. Одного не понимаю. Ты одна могла перебить моё войско. Зачем же в бой вступили твои люди?
– Затем, что мои силы не бесконечны, а ещё врата надо закрыть. Пока Люциус ещё одну армию сюда не прислал.
Вассиан стал сбоку Индиса и примериваясь поднял свой шестопёр.
– Что ты делаешь?
– Собираюсь его убить, конечно. Он не исполнил приказ хозяина и тебе не нужен.
– Не надо его убивать. Пусть он и его чудища вернутся обратно вместе с вами. Хватит смертей.