– Дмитрий Морквинов, живу в соседнем доме, – отрекомендовался друг.
– Тогда проходите к нам, попейте чаю, пообщайтесь, – решила за нас тётя. – А я пойду куплю чего-нибудь вкусненького.
– Ну пойдём, что ли…
***
– У вас тут мило, – оценил «гость», снимая ботинки.
Я понимал, что так быстро от него не отделаться, и сердито смотрел, как гость снимает кепку и приглаживает кудрявую челку перед зеркалом.
– Чего ты злишься? – заметил гость.
– Вовсе я не злюсь.
– Общаться со мной не хотел, а сейчас мечтаешь спровадить. У тебя вообще друзья есть или ты людей ненавидишь?
Я не знал, что ответить, это было слишком нагло с его стороны. Друзей у меня вообще не было. Ни в этом городе, ни в прошлом. После смерти матери, внутри что-то перевернулось, я стал замкнутым и предпочитал одиночество. Даже с Оважкиным поссорился.
– Судя по ответу, – заметил Морквинов, – друзей у тебя нет. Можно пройти?
И он направился к моей комнате, в которую я даже тётю Иру старался не пускать без разрешения.
– Меня, кстати, Дмитрий зовут…
– Саймон…
– Ну вот мы и познакомились! – улыбнулся Дмитрий и протянул мне руку.
Я пожал руку в ответ. В комнате его взор привлёк письменный стол, заваленный рисунками. Я не хотел, чтоб он их увидел, ведь это, в конце концов, личное! Но Дмитрий уже держал в руках один рисунок, тот самый, который видела сегодня тётя Ира.
– Это ты сам нарисовал? – удивился Дмитрий.
– Положи на место! – потребовал я.
– Кладу, кладу, – ответил тот. – Красиво рисуешь. Кто это?
Я смутился. Про девушку из сна рассказывать вообще не вариант.
– Да так, просто, – буркнул я.
– Можно я его возьму? Кузине своей покажу. Ты не представляешь, как она похожа на неё! А покажи ещё?
И, не дождавшись ответа, он взял остальную кипу, сел на кровать, принялся разглядывать. На первых трёх – та же самая девушка.
– Можно, я возьму этот рисунок? – повторил просьбу Дмитрий. – У тебя таких миллион, ещё нарисуешь.
– Зачем? – я был немного шокирован таким наглым заявлением.
– Я ж говорю, кузине показать. Она очень похожа. Жалко, да?
– Ладно, бери и уходи. Что-то голова болит, – соврал я, желая поскорее от него отделаться.
– Проблемы со здоровьем? Понимаю-понимаю. Поэтому и не гуляешь. Я пойду. Но, можно, приду ещё как-нибудь?
– Как-нибудь потом…
Дождавшись звука закрывшейся двери, я подошёл и закрыл её изнутри.
***
Следующим утром, меня разбудил телефон в коридоре. Спросонья я подумал, что тётя Ира возьмет трубку, но она не спешила этого делать. Наверное, ушла в магазин…
Тут я вскочил с кровати, боясь не успеть ответить, и бросился в коридор.
– Я уж думал, никого дома нет! – послышался из трубки голос Димы.
– И как ты догадался, – недовольно ответил я (какой же этот Димка настырный). И зачем ему тётя Ира наш телефон дала?!
– Да ладно тебе! Я тут подумал, может, ты завтра придешь ко мне в гости?
– Зачем? – общаться мне не хотелось.
– Моей кузине очень понравился твой рисунок.
– Ну и что…
– Как это – что? Она сказала, у тебя талант.
– И что?
– Ты ведь придёшь завтра? Я вас познакомлю.
– Не хочу…
– Брось! Тебе не следует киснуть дома! Надо развеяться. Приходи, – молитвенно протянул Дима.
– Ладно, приду, – согласился я, представляя, что его кузина, это моя картина. Заинтриговал.
– В три, хорошо?
Я молча повесил трубку. Зачем согласился? Ладно, денёк потерплю этого назойливого «друга», а потом отделаюсь!
На кухне меня ждал остывший чай в бокале, из которого предательски свисала ниточка с этикеточкой, два бутерброда с сыром и ветчиной и половинка яблока. На холодильнике, придавленная магнитом в форме собачки висела записка: «Саймон, я ушла в парикмахерскую. Пока я там, сходи запишись в библиотеку и купи себе тетрадей к школе. Деньги на подоконнике рядом с кактусом».
Подчиняясь записке, я вышел на улицу, кишащую занятыми людьми. Час пик, что ли? Найти библиотеку оказалось делом нелегким. Молча, ведомый своей интуицией, я направился по одной из главных улиц. Народ, особо не церемонясь, толкался, желая успеть туда, куда торопился. На жёлтом здании канцелярского магазина приветливо качалась вывеска «Школьная распродажа». Около входа мне сунули флаер из магазина бижутерии, и я еле отвертелся от паренька, раздающего листовки с кандидатом в мэры.
Казалось, я войду в магазин и вся уличная суета останется позади, но ошибся. На меня тут же натолкнулся толстый мужичок с пакетом продуктов, а потом, не удосужившись извиниться, скрылся с глаз. Всё ещё сжимая в руках флаер, я разглядывал обстановку. Похоже, когда-то это здание считалось дворцом, построенным в семнадцатом веке, но в современную эпоху его отдали под магазин и теперь здесь находится лес из книжных шкафов. О былом величии напоминала лишь огромная люстра под самым потолком, на которой уютно расположились позолоченные амурчики.