Обозревая ранее Вам написанное, вспомнил я об одном упущении и об одной бестактности. Упущение: не отметил особо того отрадного факта, что отныне Вы, Серкидон, вооружены и очень опасны для легковерных дев. У Вас в арсенале позитивный образ. Вы готовы при случае применить комплимент. Будем считать так: с вооружением закончили, дело за экипировкой. По моей задумке скоро Вы закрасуетесь, как цветочек аленький…
Далее о бестактности. Перечисляя единой строкой авторов известных мне и миру писем, среди мужей небрежно втиснута мною замечательная женщина. Впору просить прощение у мадам Мари де Рабютен-Шанталь, маркизы де Севинье, автора самого знаменитого во французской литературе эпистолярия. Припомним и её кузена – поэта и вояку Бюсси-Рабютена, которого Вы привели в бешенство бестактным вопросом «Что такое чернильница?» Теперь у графа есть повод, защищая достоинство кузины, вызвать на дуэль и меня. Надо по-быстрому исправляться…
Письма маркизы адресованы в основном любимой дочери, а также друзьям. О чём они? Они обо всём. Политика, судебные приговоры, войны, светские сплетни, философские размышления, невесёлые и весёлые истории. Всё описано по большей части живо и остроумно. А почему?
У меня свой ответ на этом вопрос. Мадам сделала одинокие прогулки по окрестным садам и лесам своим торжественным ритуалом. Общение с природой, вошедшее в многолетнюю привычку, на многие годы оставило ясными мысли писательницы. Да вот хотя бы: «Нет таких наслаждений и радостей, которые не теряли бы этого названия, когда они достаются легко и во множестве».
Очень верно и по-мужски глубоко. Мадам, очень тосковавшая в разлуке с любимой дочерью, как-то сказала: «Час разговора лучше пятидесяти писем».
Так и в общениях с девушками, письма письмами, а когда-то надо встретиться и поговорить. Вот к этому, Серкидон, мы с Вами и готовимся. Нам придётся потрудиться, дабы исполнилась моя мечта, дабы не отличить было Вас от аленького цветочка…
Хорошо было хозяину цветочка – чудищу заморскому. Данный сказочный персонаж был полностью покрыт шерстью. А вот Вам, мой немохнатый друг, надо озадачиться: что надеть? И мне голову ломать: что бы Вам такое присоветовать… Только сначала сам, кое-как одевшись, пойду потопчусь во дворе. Перед сложной темой надо собрать мысли в кучку, а для этого должен я постоять под Небесами…
Ну вот и я! Виделся с Эдиком. Поболтали. Он для приличия спросил: « О чём пишите?» Ответствую: «Запланировал писать о мужских одеждах». «О, тема ответственная, – подтвердил мои догадки Эдик. – То ли дело женские одежды». Он достал из кармана какую-то шайтан-машинку, понажимал на неё и прочёл: «Девочки одеваются не для мальчиков. Они одеваются для себя и, конечно, для друг дружки. Если бы они одевались для мальчиков, то ходили бы голенькими. Объясните это дурам».
– Чьи эти такие мудрые слова?
– Так считает крутая чувиха – Бетси Джонсон[118 - Бетси Джонсон, р. 1942., дизайнер модной одежды.]
– Глубоко копнула женщина, сразу видно – специалист. А мне, дилетанту, придётся молодца наряжать.
Вернувшись к письменному столу, от которого надолго не убежишь, я подумал, что крутовато загнула госпожа Джонсон. По мне точнее китайская мудрость: «Женская мода есть вечная борьба явного желания одеться с тайным желанием раздеться».
Одобряя желание женщины раздеться (перед мужчиной), вернёмся к обязанности мужчины одеться так, дабы достойно выглядеть (перед женщиной). А дело это, как сказал бы пламенный Ильич[119 - Вероятно, Отправитель Писем имеет ввиду В.И.Ленина.], архиважное.
Поэтому дальнейшая повестка строгая, как на партсобрании: 1.Покормить кота. 2. Отписать Серкидону о работе Гёте «Учение о цвете» 3. Разное.
Кое-что уже сделано: Лёву покормил, он спит. По третьему пункту – это прогулка в вечернем парке, если обойдётся без дождя и землетрясения. Приступим к работе по второму пункту… Э-э-э, нет не приступим… звонок в дверь, совсем забыл… Это из домового комитета, будь они неладны…
До завтра, Серкидон!
-20-
Приветствую Вас, Серкидон!
Сенека прав, одно дурное дело приведёт за собой десять других… Но мне удалось отбить время для Вас, и пока мир не накинулся на меня, давайте по-деловому.
Добро пожаловать в Германию, девятнадцатый век, Веймар… Ага! Вовремя мы с Вами подскочили, господин тайный советник раздаёт распоряжения: требует окрасить гостиную в жёлтый цвет, а рабочий кабинет – в зелёный. После изучения влияния различных цветов на деятельность человека Гёте пришёл к выводу, что жёлтый цвет соответствует приподнятому весёлому настроению, а зелёный – приподнято-сосредоточенному. Когда этот светофор, но без красного, заработал, Гёте принялся за свои научные разработки с новой силой: забрался в научные дебри, смело бросил перчатку не кому-то, а сэру Исааку Ньютону, свёл свои разработки в единое целое и выставил труд на всеобщее обозрение.
Оваций не последовало. В научных кругах дерзновения поэта были встречены более чем прохладно. Скажу больше – с недоумение.
Скажу, пока не забыл: Руссо, который изобрёл новую систему нотозаписи и хотел заработать на этом, был в Париже и вовсе осмеял. В глупые ситуации попадают великие люди, выходя за рамки своего гения. Оно и понятно почему: «Беда, коль пироги начнёт печи сапожник,//А сапоги тачать пирожник…»[120 - Из басни Крылова «Щука и кот».]
Но мы с Вами критиковать Гёте не будем, мы с Вами привыкли немецким гением восхищаться, поэтому не будем сбиваться с курса, тем более что в «Учение о цвете» нас интересуют проблески истины, интересные находки и озарения, которые в большой научной работе встречаются. Гёте делает любопытный анализ влияния различных цветов на эмоциональность и настроение человека…
«Зачем мне всё это?» – не сдержавшись, спрашиваете Вы. «Затем, – спокойно отвечу Вам, – что от цветовой гаммы Ваших одежд во многом зависит, распахнёт ли соблазняемая свои одежды перед Вами или же, напротив, застегнёт их на все пуговки».
Вот почему перед свиданием молодому человеку нужно грамотно «разукраситься». И без Гёте тут никак!
А теперь – слушайте внимательно.
Ещё раз и ещё раз: мы дети Солнца! Опять-таки Гёте подметил, что ландшафт местности чудесным образом видоизменяется, когда его освещает солнце. Где это было у Гёте, не помню. Но не суть, мы и без Гёте знаем: подставишь лицо под ласковые солнечные лучи, и «что-то встрепенётся в нас»[121 - Из Тютчева.].
Ну так вот!
Какие цвета связывает человек с восходом солнца? Жёлтый, оранжевый, красный. Гёте обозначил их как тёплые, приятные, располагающие, притягивающие. Какие цвета начинают преобладать и мерещиться, когда солнце уходит? Тёмно-синий, коричневый, тёмно-серый, чёрный. Они обозначены, как строгие, тревожные, настораживающие, смятённые цвета.
«Понял, понял, – кричите Вы, – оденусь я в цвета рассвета!»
Серкидон, но Вы же не дослушали… Нельзя же так быстро и без тени (без тени!) сомнений принимать решения… Но будь по Вашему, давайте попробуем. Представим себе, что Вы приходите на свидание весь солнечный. Во всём жёлтом! Девушка подумает: «Ну вот. Цыплят по осени считают, а этот как-то рано вылупился. Свалю-ка от такого, а то ещё заклюёт…»
«Давайте попробуем оранжевый! – кричите Вы. – Нет, нет, красный-красный! А лучше – оранжево-красный цвет..»
Ну, хорошо, схамелионствуем по-серкидонски.
Вы заявляетесь на встречу ярким светофором, но без зелёного. Весь – жёлтый и красный. Девушка спросит себя: «А что этот клоун тут делает?.. Местом он не ошибся? И зачем я, дура, повелась и пришла?..»
Третий и тоже ошибочный вариант – небесный. Вы материализуетесь во всём белом. Белый-белый, как невеста. Ну просто – «облако в штанах». Девушка огорчится: «Ой, ангел с неба. Только крыльев не хватает… Ничего мужского, ничего земного, ничего грешного… Бежать надо отсюда и быстро!»
«Понял! Понял! Мужские цвета – цвета заката» – слышу я от Вас.
Вы думаете, ближе к ночи – ближе к цели. Ну, предположим. Вы пришли на первое свидание во всем чёрном с вкраплениями тёмно-синего. Тогда девушка подумает, что у Вас в семье какое-то горе приключилось. Или задаст вопрос: «И зачем этот ворон, этот демон ночи прилетел?» А коричневое наденете, подумает: «Зачем, интересно, этот червяк из земли вылез?..»
Не буду томить Вас с выводом, не буду гонять на свидания попусту. Неудачи Ваши, на счастье только предполагаемые, произошли из-за скудной однотонности, которую доктор Гёте считал болезнью с названием – невосприимчивость к гармонии.
Поучимся у художника по имени Солнце. Оно в течение суточной круговерти и себя, и небо, и Землю раскрашивает в самые различные цвета. Использует самые разные оттенки. Давайте и мы, Серкидон, будем учиться выбирать из палитры именно тот цвет, который наиболее полно соответствует преходящему жизненному моменту…
Посмотрим, как цветовых дел мастер Гёте «разукрасил» своего Вертера. «Мученик мятежный»[122 - Из романа «Евгений Онегин»:«Любовник Юлии Вольмар,Малек-Адель и де Линар,И Вертер, мученик мятежный…»] наряжен следующим образом: фрак – синий, жилет – жёлтый, опять-таки жёлтые панталоны, серая шляпа и сапоги. Сапоги, надо понимать, чёрные. Чёрный цвет придал общему облику молодого мужчины строгость.
Ну вот, Вертер одет. Теперь Ваш черёд, Серкидон. Мои Вам рекомендации на лето. С летними одеяниями решусь Вам посоветовать, поскольку их не много. С верхней частью туалета нам поможет заядлый (по молодости) лирик Николай Голь[123 - Голь Николай Михайлович, р. 1952г., поэт, писатель.]:
Уже притупилось немножко
Влеченье, равное тоске.
Любовь при туфельках, серёжках
И ярко-белом свитерке…
Стоп. Дошли до «свитерка»//И – хватит пока… Летний свитер белого цвета укрупнит Вас, Серкидон, сделает шире Ваши плечи. Не забываем, что Вы приверженец спортивного стиля. Сутулиться нельзя. Иначе никто не поверит, что Вы спортсмен. Разве что шахматист. Далее: тёмно-синие джинсы и тёмно-серые кроссовки. Или коричные полукеды. Это – самый что ни на есть летний минимум.
«А где же тёплые, располагающие цвета?» – спрашиваете Вы. Ох, Серкидон, как я натерпелся от Ваших вопросов за сегодняшнее утро… Хорошо, сделаем так: на кроссовках – жёлтые полоски. Красный нос – отставить, куда лучше – красный значок: и у сердца, и в форме сердечка, и с надписью «Люблю Машу». Только не придите с этим значком к Вашей Клаве. Рискуете заработать красивого тёмно-синего цвета синяк. Он, конечно, славно будет гармонировать с джинсами, но лучше от такой гармонии отказаться.
Теперь деталь немаловажная и во многом определяющая. Стильный джентльмен, о котором расскажу Вам в обязательном порядке, сказал, как припечатал: «Небрежность в одежде равносильна нравственному самоубийству».
Для Вашего летнего образа это означает: свитерок ЯРКО-белый (без пятен), джинсы целёхонькие (без дырок) и – новизною сияющая обувь.
Крепко жму Вашу руку, и до следующего письма.