– Что ж, хорошо, – пришлось согласиться, потому как это лучше, чем ничего. – Преступников было двое. Один залез в окно, видите, приоткрыто над потолком? Он открыл дверь с черного входа, впустив напарника. После один снял полотно, другой дожидался его здесь. Все сложили в принесенную сумку, а вышли с черного входа.
– Почему не сработала сигнализация? – все также безэмоционально спросил следователь.
– Не знаю. Кто тут следователь, я или вы?
– Но вы ведь догадались, кем были преступники?
– А договор будет?
– Госпожа Лорин, будет вам договор. Рассказывайте, вы знаете кто воры?
– Я вам больше скажу, – я с широкой улыбкой наблюдала за следователем, который терпеливо ждал моего откровения. – Я знаю, как они пахнут.
– Госпожа Лорин, не тяните кота за хвост, – не выдержал он.
– Ладно… это были собака и обезьяна, а точнее лилипутская макака, – я подошла к месту, где разглядела скудный волосок шерсти, и с улыбкой победителя добавила, – точно такая же есть в нашем зоопарке.
– Была, – сказал следователь. – Месяц назад ее выкрали из зоопарка. Как считаете, это могла быть та самая?
– Не думаю. Её возможно обучить, но на это уйдет больше месяца. Здесь была более чёткая работа, так скажем. Как будто она знала, зачем пришла и что делать…
– Это могли быть вы? – спокойно спросил Макгрегор, наблюдая за моей реакцией.
– Да вы с ума сошли?!
– Я просто предположил, – поспешил с ответом он, – что с сумкой?
– Ее поставили сюда. На этом участке такой же запах, как и от преступников, но более плотный, и если присмотреться, то на это место прилипли пылинки, как будто дно сумки было грязным и липким.
– Что вы говорили про запахи?
– От них пахнет нечистотами, подвалом… и еще чем-то, не понимаю, – погрузилась я в свои ощущения и воспоминания.
– Вы можете проследить за этим запахом? – наседал следователь.
– Я попробую, но не обещаю. Слишком много времени прошло. Где я могу оставить свои вещи? Мне нужно раздеться.
– Пройдемте, я покажу. Могу я взять вашу одежду с собой, чтобы не возвращаться?
– Можете, – ответила ему. А пока я думала, как это неудобно и в большой степени неприлично, меня проводили в кабинет. Я быстро разделась, сложила вещи и завязала узлом, чтобы не выпали чулки и женские штучки. Превратилась в собаку. Надеюсь, мне не повстречается кошка, а то позору не оберешься… Поцарапав дверь лапой, дала знать, что готова. Господин следователь открыл и с интересом осмотрел меня всю с лап до головы. Я покрутилась вокруг него, села, рявкнула и склонила голову вправо. На что он широко улыбнулся и было потянулся рукой к моему уху, но, спасибо Создательнице, опомнился. Не хочу знать, как было бы приятно и очень неловко, почеши он меня за ухом.
Я ждала на выходе, пока следователь положит мои вещи в экипаж. Переминалась с лапы на лапу, то садилась, то снова вставала и очень сильно виляла хвостом. Я уже давно взяла след, и мне не терпелось узнать, куда он приведет.
Как только Макгрегор обозначил свою готовность, я побежала, петляя по городским улочкам. Он не отставал, бежал за мной. Наконец, след привел нас на территорию складских помещений на окраине города. Запах манил вглубь строений, и дальнейший путь лежал через дыру в разбитом окне. Но только я хотела залезть в заброшенное здание, как меня остановили.
– Госпожа Лорин, дальше мы сами. Это может быть опасно, – Макгрегор коснулся серьги на ухе, – к переулку Восточному, на угол улицы Дилливейс. Пойдемте, госпожа, нас не должны тут видеть.
Мы вышли с промышленной зоны никем не замеченные. Вернулись к оживленным улицам, а пройдя еще немного, увидели экипаж, припрятанный за углом дома. Следователь тактично подождал снаружи, пока я приведу себя в порядок в карете.
– Господин следователь, я все, – сказала, приоткрыв шторку.
Как только Макгрегор уселся, экипаж тронулся, и мы поехали в сторону моего дома. Мысли все время возвращались к запаху. Он показался мне знакомым и достаточно стойким, чтобы выбиваться из ужасного амбре канализационных нечистот. Но мои размышления прервали.
– Спасибо за помощь, благодарен вам, – сказал Макгрегор.
– Господин следователь, я поняла, что это был за запах, кроме нечистот…
– Любопытно, и что же? – подался он вперед.
– Так пахнут дети, их пот. Не знаю, как это объяснить, но уверена в этом. Мне кажется, что животные содержатся там же, где и дети. Но если это так, то я даже боюсь представить в каких условиях… Господин главный следователь, вы ведь поможете им?
– Если то, что вы говорите, правда, то постараюсь в этом разобраться. Сейчас сложно дать какие-либо обещания.
Пришлось согласиться. Мы ведь действительно мало что знали, и я не могла требовать больше.
Перед тем, как высадить меня у дома, Макгрегор попросил никому не говорить о помощи в расследовании. Родители мне устроили настоящий допрос, не то, что в кабинете следователя. Мама требовала выложить все подробности встречи и вернуть судочек, в котором хранились сырники. Я же могла удовлетворить только первую часть ее запросов, скрыв свое участие в расследовании.
Глава 3.
Ханна
Когда в дверь постучали, мы ужинали. Мама встала из-за стола, заранее злясь на любого, кто бы ни оказался на пороге.
Спустя некоторое время раздался звук открывающейся двери и голос мамы, так чтобы нам с отцом непременно было слышно:
– Вы пришли вернуть судочек? Или она еще что-то натворила? – спросила мама и добавила еще громче, – я запру тебя в комнате и не выпущу до конца твоей безмужней жизни!
– Госпожа Розалин Лорин? Здравствуйте, меня зовут Дориан Макгрегор. Я могу войти?
– А то я не знаю, кто вы?! Каждый раз, когда в этом доме появляется аристократ, быть беде! – выговаривала мама.
Услышав голос следователя, я поспешила ему на выручку.
– Мама, скорее всего, господин следователь пришел по моему делу, нехорошо держать его на пороге. Проходите скорей, – я отодвинула маму и шире открыла двери, приглашая гостя войти.
– Спасибо. Где мы можем поговорить наедине? – немного оглядевшись, спросил он меня.
– Нигде! – выпалила мама.
– Все разговоры будут вестись только в нашем присутствии, – поддержал ее отец.
– Добрый вечер, господин Лорин. Если без этого не обойтись, то пройдемте в более удобное место для разговора, – предложил Макгрегор, все также стоявший у входа.
– Пойдемте, – мама недовольно проводила в зал господина следователя.
Папа усадил меня в кресло, а сам сел на диван с гостем, сильно потеснив его, и обратился без церемоний:
– Выкладывайте, с чем пришли!