– Вижу, – согласилась Катя и, вспомнив, поспешно добавила: – Здравствуйте.
– Здравствуйте. Пишешь им объявления, клеишь, а они все равно выкидывают продукты отходов в объемах, превышающих положенные. Вот вы сколько мусора выкидываете?
– Мы выкидываем на улице, в баки, – поспешно ответила Катя, заметив недобрый блеск в глазах пенсионера.
– Молодцы, – зашаркал вверх по лестнице Славик, но вспомнил что-то и остановился. – А вы разве не с первого этажа?
– С первого. Я просто гуляю.
– По дому?
– По лестнице.
Повисло молчание, которым Катя понадеялась воспользоваться. Славик шелестел мыслями и пыхтел в усы.
– Зачем? – спросил он, когда Катя уже собралась идти дальше.
– Я никогда не поднималась на верхний этаж дома, в котором живу с рождения.
– Но есть же лифт.
– Это совсем другое дело.
Славик снова задумался. Наконец, он заметил:
– Да, пожалуй, лифт – совсем другое дело.
– Желаете присоединиться? – предложила Катя.
– Почему бы и нет.
И они пошли вместе. На третьем этаже их встретила стоянка. Богатство из двух скейтбордов, самоката и велосипеда принадлежало мальчику Вове. Вове было шесть, и он ходил в первый класс. Кататься на велосипеде Вове нравилось гораздо больше. Еще у Вовы жили две кошки. Кошки ему тоже нравились больше, чем школа. Скажем прямо, школа Вове не нравилась.
Вова сидел около велосипеда и чинил цепь. Увидев Катю и Славика, он радостно подскочил:
– Здрасьте!
Они поздоровались в ответ.
– А вы гуляете? – поинтересовался Вова.
– Гуляем, – ответила Катя.
– Везет, – печально опустил голову Вова. – Меня мама загоняет английский делать. А я не хочу.
– Иностранные языки важно учить, – мудро изрек Славик.
– Хочешь, пошли с нами. Потом с английским тебе помогу, – менее мудро предложила Катя.
– Правда можно? – Вова сунул голову к себе в квартиру. – Мам, я ненадолго. И потом сразу все выучу!
Дальше они пошли втроем. Между третьим и четвертым этажом они насчитали ровно двадцать две ступеньки. На четвертом этаже они встретили Викторию Петровну в спортивном костюме. Она работала над собой и в офисе. Виктория Петровна покупала книги по саморазвитию и не читала. Виктории Петровне было тридцать четыре, но последние двадцать лет все звали ее Викторией Петровной. Сначала ее это ужасно раздражало, ведь она была Варварой Павловной. Потом смирилась.
– Здравствуйте, – поздоровались трое путешественников.
– Куда вы идете? – беспардонно поинтересовался Вова.
– На пробежку, – безрадостно ответила Виктория Петровна.
– Бегать полезнее по утрам, – мудро изрек Славик.
– По утрам я работаю, – еще менее радостно ответила Виктория Петровна.
– На улице уже темно, – очень точно подметил Вова. – Вам не страшно?
– Страшно, – совсем расстроилась Виктория Петровна.
– Давайте лучше с нами гулять по лестнице, – предложила Катя. – Это тоже полезная нагрузка.
– Давайте, – приободрилась Виктория Петровна.
Они пошли вчетвером. На пятом этаже было тихо. Там вообще жили довольно тихие люди. Еще на пятом этаже жил Славик. Но сейчас он не собирался домой. Они шли дальше. Чтобы идти было не скучно, они начали играть в «Города». Когда они подходили к шестому этажу на «Алуште» им встретился дядя Дима. Дядя Дима был очень открытым человеком. Дядя Дима любил жену, детей, собаку Лялю и играть на гитаре. При этом дядя Дима обладал уникальной способностью превращать любую исполняемую им композицию в блатняк. Делал он это не нарочно, но душевно.
– Здравствуйте, – поздоровался он с ними. – А что вы делаете?
– Здравствуйте, – содержательно ответили ему гуляющие. – Мы гуляем по лестнице. Хотите с нами?
– Очень хочу.
Дальше пошли впятером. В пролете между шестым и седьмым они обнаружили полураскрытую дверцу мусоропровода.
– Кто-то выбросил слишком большой мешок и не смог протолкнуть его? – уточнил Вова.
– Именно так, – мудро изрек Славик и, не удержавшись, добавил: – Паразиты.
– Ничего, это поправимо, – сказал дядя Дима и резко захлопнул дверцу. Пакет зашуршал вниз по мусоропроводу. Виктория Петровна посмотрела на дядю Диму с уважением. Славик посмотрел на мусоропровод с разочарованием. Он собирался поворчать.
На седьмом этаже им встретились две старушки. Одну звали Ирина Сергеевна. У Ирины Сергеевны были крутой характер и пять кошек. Все кошки были подобраны с улицы, и теперь жили и питались лучше своей хозяйки. Однажды Ирина Сергеевна даже подобрала человека. Она нашла на улице бомжа, отогрела дома и, строго запретив пить, отправила работать. Теперь он уже жил в отдельной квартире, опасливо звал Ирину Сергеевну бабушкой. Раз в две недели-месяц он приезжал с пакетами еды и кошачьего корма, забивал морозилку и ел щи.
Вторую старушку звали Тамара Даниэловна. Тамара Даниэловна красилась в ядрено-красный цвет, курила и каждое утро непременно варила кофе. У Тамары Даниэловны было три внука и все они учились и работали на каких-то дурацких, непонятных ей специальностях. Сама Тамара Даниэловна была ветеринаром, правда, на пенсии. Стоящими она считала только свою профессию, а еще врачей человеческих, и, пожалуй, учителей и юристов. Поэтому ее дочка стала учителем, а сын стоматологом. У Тамары Даниэловны тоже был кот. Кот ел корм, но предпочитал бутерброды с черным хлебом и ливерной колбасой. Тамара Даниэловна, скрипя сердцем и высшим образованиям, давала ему по большим праздникам бутерброды. На вопросы от детей о полезности такого блюда для кота, она посылала их в дальнее пешее. Кот ел и шел гадить детям в обувь. Любовь к братьям меньшим была основой в дружбе двух женщин.
– Что это вы тут делаете? – сурово оглядела гулявших Тамара Даниэловна.
– Гуляем, – сообщила ей Катя.
– А у нас мусоропровод забился, – пожаловалась Славику Ирина Сергеевна.
– Мы его уже почистили, – сообщил ей Вова. – Точнее, дядя Дима почистил.