– Хорошо. – Я и не собиралась спорить, мне ведь не пять лет, прекрасно понимаю необходимость подобных мер. – Можно я пойду в свои покои? – На самом деле мне не хотелось покидать мужа, но мистер Фрай явно ждал моего ухода, чтобы продолжить разговор. К тому же сказка на ночь сама себя не расскажет. Милли наверняка дожидается моего появления.
– Да, конечно, отдохни.
Спохватившись, Нейтан подошел ко мне, помог встать со стула и, проведя к двери, нежно поцеловал мою кисть. Мои щеки вспыхнули, я все никак не могла привыкнуть к знакам внимания от собственного мужа.
– Все будет хорошо, не волнуйся, Эмма, – склонившись к моему лицу, заверил Нейтан. Тысячи мурашек пробежались по моему телу, и я поспешила покинуть кабинет.
Лежа в ванной, размышляла о случившемся, вновь и вновь прокручивая известные мне факты. Если культу потребовались сведения о доме, то почему они не выбрали для допроса слуг? Они знают больше меня. Может, им нужно было что–то, что знаю только я о Нейтане? Но что? Может, их интересовали наши отношения? Все вокруг только и ждут нашего наследника. Только последователям Карда это зачем? Я обхватила себя за плечи. Может, вся разгадка в этом? Они приносят в жертву магов молнии. Возможно, для ритуала им необходима беременная магиня? Мне стало дурно от этой мысли, но ничего больше не приходило в голову. Кровавые жестокие картины стояли перед глазами, и я умыла лицо, стараясь отогнать их. Отбросив эмоции, постаралась рассуждать здраво.
Если так, то волноваться мне не стоит. Каждое утро я пью зелье, чтобы не понести. Пока у нас все так хлипко в отношениях с мужем, не стоит усложнять все это ребенком. Возможно, мне следовало бы поговорить с Нейтаном, а не пить тайком зелье, но я не была готова к такому разговору. Да и сам Нейтан ничего не говорил, хотя свекровь все так же хотела внуков. Каждый раз муж рассказывал, каким желанным ребенком была Милли. Эти разговоры бередили мое сердце. Хотелось такого же отношения и к нашему малышу. На меньшее я была не согласна.
– Как водичка? Теплая? – спросил Нейтан, войдя в ванную. Он двигался мягко, почти бесшумно, словно тигр на охоте.
– Теплая. – Мои губы расплылись в улыбке.
Услышав ответ, муж начал раздеваться. Я не могла оторвать взгляда от него. Широкие плечи, плоский живот… А еще эта тонкая полоска волос, которая убегала вниз. Штаны слетели на пол, и мой взгляд проследовал вниз. Муж приближался, на его лице была улыбка, а голодный взгляд заставлял мое сердце стучать сильнее. Придвинувшись к краю ванны, я наблюдала, как он забирается ко мне. Мягкая пена растаяла от брызг. Я не смущалась своей наготы. Нет. Я хотела близости. Хотела Нейтана. Сейчас. Поддавшись желанию, я прижалась всем телом к мужу. Наши губы встретились, и начался танец. Танец страсти и желания. Он никогда мне не надоест. С каждым разом мои поцелуи становились все откровеннее. Моя страсть и мое желание срывали все запреты. Я делала то, что хотела. Ведь в любой момент все это могло закончиться. Хоть Нейтан и улыбался мне днем, а ночью страстно ласкал, доводя мое тело до изнеможения, я все равно ловила его задумчивые взгляды и видела, как он бродит по саду, о чем–то думая. Может, он жалеет, что поддался желанию в охотничьем домике? Может, он попросит вернуться меня в свои покои, как только его мать покинет наше поместье?
Эти вопросы мучили меня даже сейчас, когда мое тело плавилось в умелых руках, а мягкие губы мужа терзали мой сосок. Сидя на Нейтане, я выгибала спину и ерзала попой. Его плоть уже была возбуждена, я чувствовала её. Я хотела ощутить её внутри себя, но муж не спешил. Он гладил меня, ласкал и целовал. Невыносимо нежно. От его нежности у меня кружилась голова. Вцепившись в плечи мужа руками, я слегка привстала. Секунда – и я поймала то, что хотела. Нейтан, оторвавшись от моей груди, взглянул в мое лицо. Его глаза были полны удивления, когда я начала скользить вниз, вбирая в себя его. На моих губах заиграла довольная улыбка. Я была хорошей наездницей, а сейчас еще и очень старательной. Очень–очень старательной.
Глава 8
Сегодня вечером должен состояться семейный ужин, а завтра поутру свекровь покинет наше поместье. Ее сиятельство леди Камилла вместо обещанной недели задержалась у нас почти на две, но я не хотела, чтобы она уезжала. Я боялась завтрашнего дня, боялась, что исчезнет причина, по которой я все еще могу находиться в покоях мужа. Нейтан, казалось, избегал меня. Уже второй день он спешил на работу, позабыв о завтраке, а возвращался лишь к ужину. Наши ночи были наполнены страстью, но говорили только наши тела – губы молчали.
– Эмма, ты какой будешь чай?
В руках у Милли был крохотный чайничек, а на подстилке стояли такие же маленькие кружки с блюдцами. Рядом со мной сидела фарфоровая куколка, которую подарил Адам, а рядом с дочкой – недавно купленная мягкая игрушка.
– Земляничный, пожалуйста.
Я улыбнулась малышке, наблюдая, как она понарошку наливает всем чай. Старательно, не спеша, едва прикасаясь к стенке чашки носиком заварника, Милли разливала угощение. Моя маленькая леди. Когда–то и мы с сестрами так играли. Вспомнив беззаботное время, я улыбнулась шире.
– Вот так.
Улыбаясь, Милли отставила заварник и поправила кукле платьице.
– Не правда ли, чудесная погода нынче? – Милое личико было серьезным и сосредоточенным. Я, подавив смешок, ответила как можно чопорнее:
– Вы правы, юная леди. Погода и правда на диво хороша. Столь теплые деньки будто нарочно созданы для пикников.
– О Эмма, я так рада, что мы устроили пикник! – воскликнула малышка, позабыв о своей роли. Мне тоже не хотелось играть, следуя правилам этикета.
– Смотри, на цветок села бабочка.
Чудесная пестрая красавица сидела на васильке и хлопала своими крылышками. На лице у дочки легко читалось восхищение. Детское, такое искреннее восхищение обычной бабочкой.
– Она настоящая красавица, – прошептала Милли, боясь, что спугнет бабочку.
– Настоящая красавица – это ты. – Я не удержалась и погладила ее по кудрям.
– Мисс Фросс говорит, что я стану очень красивой, когда подрасту, и папа потеряет покой, оберегая меня. А мистер Фросс говорит, что папе нужно скорее обзавестись сыновьями, тогда они смогут спать по очереди.
– Уверена, папа сможет защитить тебя и без братьев.
– Но тогда он не сможет спать и будет сильно уставать, – нахмурилась Милли. – Ты не хочешь подарить мне братика?
– Милли, все не так просто, как кажется. Понимаешь…
Я не успела объясниться, как в глазах малышки появились слезы.
– Бабушка была права, ты не любишь папу и не хочешь сделать его счастливым. Ты хочешь только уехать от нас в академию! – зло воскликнула девочка, глядя на меня своими печальными глазками. Хотя злости в них не было, скорее, обида и непонимание. Обняв дочку, я поцеловала ее в макушку. Как же мне хотелось ее утешить, сказать, что я подарю ей и братика, и сестричку, но я не хотела лгать. Я не знала, что ждет меня и как долго продлится наш брак с Нейтаном. Захочет ли он от меня ребенка, или тот станет для него обузой?
– Милли, конечно, я люблю вас: и тебя, и папу, – искренне заверила я дочку, – и очень хочу, чтобы все мы были счастливы.
Ни слова лжи, это была моя правда. Страшная правда, от которой сжималось сердце.
– Правда? – В глазах Милли появилась надежда, а на губах робкая улыбка. – И ты не уедешь в академию? Не бросишь нас?
Самые страшные вопросы, и я не могу смолчать или обмануть, иначе Милли больше никогда не будет мне доверять.
– Милли, моя учеба в академии не помешает мне любить тебя и папу. Обещаю.
Милли кивнула, принимая мое обещание, и обняла меня. Эти объятия дарили мне силу и веру. Ради Милли, ради самой себя мне нужно влюбить в себя Нейтана. Что бы ни было в прошлом, я смогу сделать его счастливым. Всех нас. Даже леди Камиллу. Теперь и я хотела ребенка от мужа.
– Леди Вайлет, куда же вы упали? – Смеясь, Милли поправила лилового леопарда и погладила его по спинке.
– Красивое имя, – заметила я, глядя на игрушку. На миг мне показалось, что она слегка прищурила глаза. Наверно, это всего лишь отблеск солнца.
Дочка поднесла чашечку к губам куклы, я же последовала ее примеру, продолжая игру. Дети так быстро отвлекаются. Хотела бы и я так же быстро выкинуть из головы наш разговор.
Эти бесконечные беседы о ребенке, которые были излюбленной темой свекрови, повлияли на Милли. Все думали, что она еще слишком мала и не понимает сути происходящего, но они ошиблись. Девочка все подмечала и делала свои детские, наивные выводы. Завтра эти разговоры о наследнике рода Флеминг прекратятся: леди Камилла вернется в столицу ко двору Императора, а я попрошу Марту приструнить прислугу. Больше никто не станет тревожить мою малышку пустой болтовней. Немного успокоив мысли, я играючи сделала глоток чая.
– Что за чудный напиток! Обожаю земляничный чай.
– А я люблю земляничное варенье, – словно делясь секретом, прошептала Милли, чуть придвинувшись ко мне.
Мне захотелось поделиться с Милли небольшой тайной:
– В детстве мы с сестрами забирали с кухни большую банку варенья и ночью, сидя на кровати, ели его по очереди, потому что забывали взять несколько ложек.
Милли засмеялась.
– Леди себя так не ведут.
– Моя матушка именно так и говорила, находя поутру пустую банку под кроватью и нас, полностью перепачканных в любимом лакомстве.
Смех Милли звенел колокольчиком.
– Близится время ужина. Нам следует поспешить домой, – заметила свекровь.