– Ну что палубные крысы, может кто-то хочет задать вопросы капитану Грому?
– Скажи, как ты убил его, – раздался голос из дальнего угла таверны, скрытого в полумраке.
– А ты в начале покажи своё рыло, а потом я расскажу тебе, – захмелевшим голосом ответил новоявленный капитан.
На самом деле Гром был абсолютно трезв, так как для него не существовало понятия напиться и упасть, но сейчас надо было изображать пьяного, чтобы усыпить внимание противника, и позволить ему сделать первые шаги.
– Я предлагаю поднять кубки, за нового капитана Грома, – громко изрёк Хромой Пит. Известие о смерти невероятно порадовало его, и сейчас стоило задобрить нового лидера команды, прежде чем сделать ему предложение объединиться.
– Для меня ты никогда врагом не был Пит, это Акула мечтал с тобой расквитаться, а теперь этот вопрос урегулирован. Да кстати, где деньги обещанные за голову Акулы Пьера? – уставившись пьяным взглядом на Пита, поинтересовался Гром.
– Я обещал эти деньги членам моей команды, – попытался отговориться Хромой Пит.
– Отвечай за сказанные слова капитан Пит, и тебя будут уважать и бояться не только твои соратники, но и враги, – посоветовал Гром, – твои люди знают, что особой оговорки не было, и ты заявил это во всеуслышание, в этом самом месте, не позднее двух дней тому назад.
Во время этого разговора в таверне стояла гробовая тишина, и все присутствующие смотрели по очереди то на Пита, то на Грома, ожидая развязки этого спора. Члены команды Пита действительно слышали сказанные капитаном слова, но никто не решался подтвердить это.
– Он прав капитан, – сказал всё тот-же голос, после чего из темноты показался долговязый пират по кличке Длинный Змей, – ты действительно назначил цену за Акулу Пьера, но не говорил, что это должен сделать кто-то из наших.
Такого подвоха от своего собрата Пит не ожидал. Он гневно сверкнул глазами, смерив Змея недобрым взглядом, после чего усмехнулся и произнёс:
– Я готов отдать золотые, но они у меня на корабле.
– Так отправь кого-нибудь за ними, – не унимался Гром.
– Я буду ждать тебя завтра на корабле, и вручу тебе твою заслуженную награду, за предательство, – обнадёжил Хромой Пит, – а сейчас давай выпьем вина, за добрую весть принесённую тобой.
Всю ночь Гром пьянствовал с командой Пита, и лишь на рассвете вернулся на корабль. Его встретил Карамо.
– Всё спокойно капитан, команда приняла твою игру, – тихо оповестил канонир, но так, чтобы это могли слышать, находящиеся поблизости пираты.
– Сегодня капитан разрешает выпить за его здоровье, – распорядился здоровяк, – а это, – добавил он, бросив на палубу кожаный кошель, чтобы на что выпить и поесть. Пойдём со мной Карамо, нам надо кое-что обсудить.
Тело Акулы Пьера было завернуто в парусину, и лежало в капитанской каюте на столе. Карамо сам завернул тело капитана, и на правах старшего, пока отсутствовал Гром, сказал пиратам, что они похоронят тело Акулы по морским традициям, когда корабль выйдет в море.
Когда они вошли в каюту Грома, располагавшуюся под каютой капитана, там их дожидались Сэмуил и Акула Пьер.
– Всё сделал, как мы задумали капитан, – тяжело выдохнул здоровяк, усаживаясь на табурет, – Пит со своей командой поверил в твою смерть. Ухо с твоей серьгой пригвоздили ножом к стене, и празднуют победу. А знаешь кто мне помог, когда я потребовал свою награду? – неожиданно спросил Гром, и тут же ответил, – его помощник Змей. Пит сказал, что это касалось только членов его команды, но Змей опроверг это, и подтвердил, что награда предназначалась любому, кто это выполнит. Хромой Пит согласился и сказал отдаст золото завтра, на своём корабле. Я должен быть там к обеду.
– На корабль Пита тебе ходит нельзя, потому что живым ты не вернёшься, – запротестовал Акула, – Это ловушка. По соображениям Пита твоё отсутствие, позволит взять команду без боя, так как один Карамо, не сможет им противостоять. Мы могли продолжит эту комбинацию, и заманить Хромого Пита в свою ловушку, но поступим иначе: по пиратскому закону, объявленная награда, должна попасть в руки своего обладателя, потому что если этого не произойдёт, капитан объявивший её и не сдержавший своего слова, лишается голоса на совете. Это знают многие. Это знает Хромой Пит. После того, как ты не появишься на его корабле, он будет искать встречи с тобой, и должен даже мёртвому, пока не отдаст в руки или не бросит золотые на твоё остывающее тело, с тем чтобы потом забрать золото считая долг выплаченным. Думаю, он зная твою натуру не подозревает, что ты уйдешь не получив награду, и не позднее утра бросится на поиски «Посейдона» так как хочет заполучить этот корабль, подчинив команду. Карамо! – обратился капитан к канониру, – на какое количество людей из нашей команды ты можешь положится?
– На её большую часть капитан, – заявил канонир, – есть сомнения в пяти-шести членах, но за ними присматривают мои ребята.
– Вот о них я и хочу сказать. Не знаю доподлинно кто, но один из наших ведёт переговоры с Питом, о том, что в нужный момент в случае серьёзного противостояния, он подожжёт пороховой погреб. С этом минуты во всех жизненно важных частях корабля должны находится преданные люди. Особое внимание пороховой погреб. Корабль я оставляю на тебя Гром, а ты Карамо, будешь его помощником. Завтра я на какое-то время покину корабль, а вашей основной задачей будет не вступать в прямую схватку с врагом. Потаскайте его за собой, но в бой не вступайте. У меня есть хороший план, осуществление которого зависит от моей предстоящей встречи. Мы как можно тише уходим из бухты и держим курс на «Трезубец Посейдона».
– Сейчас в той зоне сильные шторма капитан, и небезопасно соваться туда, пока мы не получили обещанные карты, – поспешно вставил Карамо.
– Наша цель находится в том же направлении, но в двухстах милях от «Трезубца», потому подводных скал можно не опасаться, там их точно нет, что касается новой карты, то вы получите её, когда мы придём туда.
Они выпили по кружке рома, после чего Гром Сэмуил с Карамо поднялись на палубу. Команда выполняла обычные работы, когда новый капитан Гром, скомандовал поднять паруса, а вставший за штурвал Карамо, взял курс на проклятое моряками место, прозванное «Трезубцем Посейдона». Немало кораблей нашли в тех широтах свою гибель, напоровшись на подводные скалы. Через несколько минут «Посейдон» под всеми парусами резал форштевнем океанские волны, оставив своих предполагаемых преследователей за пару десятков миль, где только ветер знает в каком направлении ушёл корабль.
Многие члены команды догадывались о том, что необычный и дерзкий поступок Грома, в результате которого погиб Акула Пьер, это какая-то мистификация. Слишком крепкой была дружба людей, не раз доказывавших своё непоказное благородство, чтобы вот так закончиться. Гром был лихим рубакой, но никогда не был негодяем, способным убить своего капитана. Убитого Акулу Пьера никому не показали. По словам Карамо, заворачивавшего тело капитана в парусину, его сильно разорвало, и это очень неприглядное зрелище. Не смотря на свои сомнения, пираты продолжали хранить молчание, искусно подыгрывая в этом немом спектакле. Канониры поняли это с первого взгляда на Карамо, который не смог сдержать улыбку, чтобы дать понять своим преданным воинам «здесь нет предательства братцы. Тишина. Принимайте всё как есть»
За пятью членами команды находящимися под подозрением канонира, постоянно наблюдали. Было неясно кто из них сотрудничал с Хромым Питом, но на всякий случай следили за всеми. На «Посейдоне» существовало негласное правило, по которому старые члены команды всегда кого-нибудь опекали и таким образом, из двадцати пяти канониров Карамо, составлявших основной боевой костяк команды, получалось пятьдесят. Остающиеся тридцать, так как команда состояла из восьмидесяти человек, жили сами по себе, но хорошо выполняли свои обязанности, и не давали повода для каких-либо сомнений. За них никто не мог дать гарантии, так как они были заложниками ситуации, попавшими на пиратский корабль после крушения, но в случае любого самого ничтожного неповиновения, это жёстко пресекалось старыми пиратами. Основным заводилой у находящейся под подозрением пятёрки пиратов, был Багровый Рики. На пол лица этого пирата от самого рождения расходилось красное пятно, приобретающее багровый оттенок, когда он злился. Рики был на море не новичок, и перед тем как попал на «Посейдон» несколько лет прослужил на военном корабле, где не раз принимал участие в стычках с пиратами. На галеоне, гонявшемся за пиратским кораблём, он оказался абсолютно случайно, следуя в качестве пассажира в порт, где на тот момент находился его корабль. Несколько раз он порывался сбежать с «Посейдона», но не подворачивалось удобного случая. Попасть на другой пиратский корабль, он не хотел, а в другие порты кроме этого облюбованного братством островка, пираты не заходили. Во время пребывания на острове Рики обнаружил в таверне старого знакомого из своей первой команды, ходившей на торговом корабле. Оказалось он уже несколько лет является искателем приключений в команде Хромого Пита, и считает его лучшим капитаном братства.
Хромой Пит, сам отыскал его, когда Рики собирался возвращаться на корабль. Старый пират прознавший о его желании покинуть «Посейдон» пообещал, что если тот поможет ему уничтожить корабль Акулы Пьера, высадит его в торговом порту, и достойно наградит, а если он не сделает этого, то лично расскажет команде «Посейдона», что Рики предатель. Немного подумав пират пообещал, что поможет, но должен получить какой-нибудь сигнал. Сговорились на трёх пистолетных выстрелах с секундной разницей. Время и место решили определить при первом удобном случае. Хромой Пит хотел захватить «Посейдон» а не взрывать его, но на всякий случай заручился поддержкой, и если удача в бою с противником ему изменит, корабль должен взлететь на воздух.
Рики по возвращении стал искать сподвижников, что и привлекло внимание старых членов команды. Карамо приказал никому не говорить, но держать подозреваемых под постоянным контролем.
Сэмуил сменил за штурвалом Карамо, и ведя корабль мысленно прорабатывал увиденные им детали такелажа «Святой Бриджитты». Кому принадлежит этот корабль, и какую миссию он выполняет? В том, что это не призрак, он не сомневался, так как слишком явным было присутствие людей. Как сделать так, чтобы снасть была безупречной и при этом выглядела выведенной из строя? Сэмуил тогда сумел разглядеть, что большие дыры в парусах были искусно нарисованы, по краям паруса были нашиты дополнительные куски материи, которые трепались на ветру, придавая оснастке рваный вид. Всё это осуществимо. А вот каким образом сделать дополнительный штурвал? А в том, что он был, Сэмуил не сомневался. Главное, каким образом управлять кораблём?
Его мысли прервал голос Грома: всё Барракуда, пора старине Грому становится за штурвал. По моим предположениям, мы скоро войдём в зону шторма, так что твои ручонки здесь не потянут. Иди отдыхай, меня сменит Карамо, а ты сменишь его на рассвете.
Сэмуил передав штурвал, сбежал по трапу в каюту и начал внимательно рассматривать свои рисунки, сделанные сразу после встречи с таинственным кораблём. «Дублирующий штурвал. Дублирующий штурвал» крутилось в его голове предположение. Его взгляд скользнул по зеркалу. Зеркало! Вот что давало глубину. Он взял зеркало, поднял его над головой и направил так, чтобы можно было видеть предметы за спиной. Вот она, разгадка! Шкипер смотрит в зеркала и стоит лицом к корме. При определённых навыках таким образом управлять кораблём было вполне реально, тем более в течение короткого времени. «А что если зеркала буду два?» Для подобного эксперимента требовалось второе зеркало, которое было в каюте капитана. Не долго думая он направился в каюту Грома, где находился Акула Пьер. Капитан спал, и Сэмуил решил не будить его, чтобы поделиться своей догадкой, а взять второе зеркало и проверить. Он поднялся в капитанскую каюту, но к его большому сожалению, зеркало на которое он так рассчитывал было разнесено в дребезги ядром из пушки, пущенное Громом двумя днями ранее. Раздосадованный он поднялся на ют, но вместо Грома у штурвала стоял старший канонир.
– Меня только что сменил Гром, – удивился Сэмуил.
–Похоже у нашего здоровяка проблемы с кишечником, – хохотнул Карамо, -а ты собрался подать кому-то сигнал? – добавил он увидев в руках товарища зеркало.
– Послушай, Карамо, ты сможешь вести судно, стоя лицом к корме и глядя в зеркало? – спросил Сэм.
– Ещё не приходилось, но можно попробовать, – засмеялся Карамо. Сэмуил повернулся к корме и направил зеркало так, чтобы можно было видеть нос корабля. Карамо последовал его примеру и встал с другой стороны штурвала.
– Непривычно только то, что управление меняется справа налево, но в этом легко разобраться, – веселясь такому необычному способу управления, произнёс канонир, – кажется я понимаю на что ты намекаешь Барракуда. Я тоже много думал над тем как управляется «Святая Бриджитта» и мне кажется, что ты разгадал эту загадку, только зеркал должно быть два.
– И ты это понял? – восхитился Сэмуил, – да, именно два зеркала могут дать необходимый обзор. Карамо! Если это так, то какими же гениальными должны быть люди, создавшие это!
– Ты даже не представляешь, какие новшества есть у тех, кто управляет этим кораблём, – загадочно улыбнулся канонир.
– Но откуда ты это знаешь?
– Возможно и ты скоро узнаешь об этом Барракуда, – ответил Карамо, покачивая головой в подтверждение своих слов.
Предсказания Грома в отношении шторма не сбылись, так как через час с небольшим «Посейдон» вошёл в зону штиля, а ещё через некоторое время корабль погрузился в пелену густого тумана. Пробираться в этих широтах сквозь туман было небезопасно из-за присутствия большого количества рифов и небольших скал, но Карамо уверенно вёл корабль к назначенному месту так, словно хорошо знал эти места.
– По правому борту вижу остров! – закричал дозорный.
Из тумана стали прорисовываться очертания большого острова, отвесные скалы которого, не имея береговой черты уходили под воду.
Гром приказал убрать паруса, бросить якорь и спустить на воду лодку.
Сэмуил спустившись в лодку сел на вёсла и подошёл к корме корабля, откуда по канату спустился Акула Пьер. Отделившись от корабля, лодка вошла в густую завесу тумана, где можно было не опасаться, что кто-то из членов команды сможет разглядеть второго попутчика Барракуды.
– Старайся грести не поднимая брызги, – сказал капитан, когда лодка отдалилась от корабля на четверть кабельтова, – держи левее, за первым скальным откосом, будет пещера.
Сэмуил налёг на вёсла, а он имел хорошие навыки гребли, обучившись с малых лет выдергивать весла из воды практически без брызг, и при этом держать хороший темп. У скал туман был рваным, местами оголяя отвесный каменный шип, глыбой нависающий над головой.
– Запомни это место Сэмуил, на дне под нами лежит не один корабль, благодаря этому каменному шипу – тихо посоветовал Акула Пьер, когда лодка повернула за скалой в огромный зев пещеры. Здесь царил абсолютный штиль, а звук весел теперь отражался под каменными сводами