– Потому что драконы – королевская семья. А фениксы всегда были правым крылом Короля. Лучшими воинами. Им и определили охранять границу у непроходимых гор.
Бони замолчала, задумавшись, а я снова полулегла на подушки, чтобы голова не кружилась так сильно. Нет, это ж надо такое придумать! Фениксы, драконы…
– Было время, когда наше приграничье процветало. Через перевал шли все основные торговые пути. Ах, какие базары и ярмарки тут открывались! Съезжался весь свет королевства, чтобы первыми купить богатые ткани и меха, примерить украшения и кружева. А мы бегали детьми между прилавков и шатров и выпрашивали заморские лакомства…
– А что теперь? – несколько грубо вмешалась я в воспоминания Бони.
– А теперь всех распугала банда разбойников. Через перевал стало опасно добираться, и торговцы предпочитают ездить обходными путями. Город обнищал, бандиты распоясались. А без хозяина земель никто навести порядок не может. Ни смотритель, ни шериф.
Я заслушалась. Вот только для меня история Бони была сказкой, а не реальной жизнью.
– Так почему хозяин… ваш лэрд не поймает бандитов?
Бони поджала губы и покачала головой:
– Для того здоровье нужно. И силы. А после покушения у хозяина остались только титул и маска. Не может наш феникс больше взлететь, лэрри. Потому и прячется. Но придет время!..
Бони не договорила, потом резко подскочила и убрала стол.
– Что это я разболталась? Я же вас даже не покормила. Сейчас сбегаю на кухню, подогрею для вас суп и вернусь.
Она ушла, а я осторожно сползла с постели, встала на холодный каменный пол.
Господи, каменный! Настоящий отшлифованный камень. Не мрамор, не имитация под плитку, что я как-то могла бы себе ещё объяснить. Например, что провела ночь в музее… Или в общине отшельников, которые за натуральное хозяйство и на охоту выезжают на конях со сворой породистых собак.
Логика трещала по швам, а я, поджимая пальцы на ногах от холода, подошла к окну. Я очень надеялась, что увижу привычные верхушки небоскребов где-нибудь вдалеке.
И я увидела верхушки… Гор.
Какие-то неестественно острые шпили пронзали серое тяжелое небо. И нигде никакого намека на близость цивилизации. Никаких фуникулеров, подъемников, ни развевающихся флагов покоренной вершины. Да и можно ли забраться на такие острющие, почти отвесные скалы, которые выглядят как зубы дракона?
Сзади раздался низкий мужской голос:
– Любуетесь на Зубы дракона?
Я отскочила от окна и резко развернулась к беззвучно вошедшему мужчине. Но крика не сдержала.
Посередине комнаты стоял высокий темный незнакомец в тяжелом, запахнутом черном плаще и в кожаной, наглухо закрывающей лицо маске.
В первое мгновение он показался мне человеком без лица вовсе.
Пока я приходила в себя, мужчина тщательно осматривал меня с головы до ног. Я кожей чувствовала на себе его взгляд, словно стояла перед ним абсолютно голая. Но я и была, по сути, почти голая – в одном тонком халате!
И тут до меня дошло, что я стою перед мужчиной напротив окна, и он прекрасно видит каждый сантиметр моего тела, подчеркнутого сзади светом солнечных лучей.
От стыда я почувствовала, как заалели уши. Я опустила взгляд и мысленно застонала, видя, что от холода даже халат мало что скрывает.
– Бони подберет вам платье, лэрри Руад, – произнес мужчина низким глухим голосом, от которого в моем теле все завибрировало, и резко вышел из спальни.
Мне принесли воду для ванны, а также свежие полотенца и мыло. Я убедила Бони, что чувствую себя лучше и справлюсь со всем сама. Но женщина не ушла, отринув мои невнятные объяснения.
Я очень стеснялась, раздеваясь при посторонних. Ноги еле держали, но я упорно добралась до ванны. И только когда опустилась в воду, поняла, что переоценила свои силы.
– Все? Лэрри выдохлась? Теперь старая Бони может помыть госпожу? – ехидничала женщина, забирая у меня из рук мочалку и обильно натирая ее мылом.
Я расслабилась, прикрыла глаза и отдалась ее умелым рукам, проворно омывающим мое тело.
Ванна освежила, но когда Бони вытирала меня полотенцем, я поймала странное ощущение, что помню такие же касания. Вот только тогда меня вытирали совсем другие руки… Не Бони. От этого воспоминания по спине пробежали мурашки. Но все было так смутно, что я не могла бы утверждать, было ли что-то на самом деле.
Отогнав от себя смутные видения из ночных кошмаров, я надела чистую сорочку и принесенное Бони тускло-зеленое платье, старое, но из тонкой дорогой ткани. Платье явно отличалось от нарядов Бони не только фасоном, но и размером.
– Сейчас расчешем ваши волосы, Триса…
Я вздрогнула и обернулась к женщине:
– Как вы меня назвали?
– Бедняжка, вы даже имени своего не помните? Вы – Триса Руад, дочь градоначальника. Я уже говорила.
Она посадила меня перед зеркалом, которое я до этого не замечала в этой комнате. И тогда правда стала очевидна.
Да… Теперь я определенно некая Триса Руад. Мы схожи внешне, но черты ее лица всё же более утонченные. Кожа белее, отчего на носу и щеках проступали милые веснушки. Губы пухлые, но из-за худобы и бледности казались большими и ярко-алыми. И если я носила стрижку, то Триса отрастила волосы по самый пояс.
– Расчешем и заберем в косу. Причесок я делать не обучена, – пробормотала Бони скорее себе под нос, чем для меня, и взялась за гребень.
Распутывание моих волос заняло продолжительное время, за которое Бони поведала мне историю предательства своего хозяина, главы рода фениксов.
– После того как девять лет назад сгорело левое крыло замка, все слуги перешли на службу к геру Латарну. Переехали в столицу, устроились в их столичной резиденции. Знаю, что новый хозяин писал письма Королю, требовал расследования.
– А что случилось с замком?
Бони пожала плечами.
– Разное говорят… Расследования-то так и не случилось. Но ходят слухи, что на замок ночью напали бандиты. Подожгли крыло со стороны конюшен, ворвались в дом, когда сам лэрд выгонял слуг на улицу, спасая их от огня. Ведь лэрд был истинным фениксом, огня не боялся, как и великие драконы. Он не мог сгореть, но сгорел.
– Боже, какой ужас, – прошептала я.
– Другие слухи связывают пожар с проклятием демонов, – понизила голос Бони и даже перестала расчесывать мне волосы. – В том году у младшего сына лэрда проснулся дар. Не истинный, а проклятый. Парнишка обернулся темным фениксом. А темных всегда отдавали на обучение демонам.
– И что же? Его не отдали, и демоны в отместку сожгли замок? – шепотом спросила я.
– Отдали! Что ты! С демонами договориться нельзя. Младшего отдали, да только весь род под проклятие попал. Примета это плохая, когда в роду темный феникс рождается. Говорят, что род после этого гибнет, теряя дар перерождения.
Я и половины из сказанного не поняла, но было ужасно интересно. Словно кто-то пересказывал мне сюжет увлекательной фэнтезийной истории.
– Так и случилось. Проклятие ударило по всей семье в тот же год. В огне сгорел хозяин и его жена с сыном.
– О Боже! – я не могла сдержать крика.