Он был выточен прямо в суровой, громадной скале. Основное здание замка выдавалась вперед, а по обе стороны раскинулись большие крылья. Вот только левое было совсем черным от копоти и разрушено пожаром и временем.
Замок напоминал подбитого орла с одним крылом. Или нет… Феникса. Поверженного феникса, который все еще надеялся подняться в серое, затянутое тучами небо.
Я с тяжелым вздохом откинулась на жесткую дорожную подушку и плотнее закуталась в плащ. На коленях лежал сверток, переданный мне перед отправлением Бони со словами «это было при вас».
Я развернула бумагу и увидела темную старую книгу с пожелтевшими и местами не сохранившимися страницами.
«Фолиант заклинаний червоточника» – прочитала я и вздрогнула, совершенно точно уловив, что книга имеет отношение к моей магии. Точнее, к магии Трисы.
Между страницами застряла закладка, и я раскрыла жуткую книгу, чтобы прочитать заголовок «Как открыть путь в другой мир». А ниже я увидела приписанные от руки заметки.
Похоже, Триса не хотела останавливаться на изучении бытовой магии, раз практиковала заклинания из фолианта червоточников.
Я захлопнула книгу, неожиданно осознав, что неслучайно попала в этот мир. Это постаралась Триса, случайно или намеренно обменяв нас телами!
Глава 2. Дочь градоначальника
К сожалению, дорога заняла немного времени, и я не успела подготовиться к тому, что меня ждало в новом доме.
Вместо беспокойства и облегчения оттого, что блудная дочь вернулась, на меня вылили ведро отборной ругани. После вежливых слуг в замке лэрда Латагейна, речь «отца» больше походила на разговор пьяницы, а не ответственного градоначальника.
– Где ты была? – стоило мне выйти из кареты, как на меня накинулся старик весьма неприятного вида.
Седые волосы находились в беспорядке, одежда кричала о том, что её давно пора бы постирать, а мощный запах перегара и вовсе заставил меня отшатнуться от подлетевшего ко мне градоначальника.
– Я… я не знаю, – машинально начала оправдываться я, растерявшись от такого натиска незнакомого мне мужчины, волею Трисы ставшего в этом мире моим отцом. – Я упала… меня лечили…
Но разгневанный отец не желал слушать мои невнятные бормотания. Казалось, звук моего голоса лишь сильнее распалял градоначальника.
– Тебя не было неделю! Неделю! Как прикажешь объяснить твоё отсутствие женихам?
Я открыла рот, чтобы всё же донести до не вполне протрезвевшего старика то, что его дочь вообще-то находилась на грани жизни и смерти, и что вследствие падения потеряла память, но… Проще было остановить взбеленившуюся лошадь, чем вошедшего в раж «папашу».
– Ты посмотри, во что превратился дом! Никто не убирал, не готовил. Ты вообще думала о том, как живёт твой отец, пока где-то шлялась?
– Я не шлялась, – мне всё же удалось вставить своё слово между обвинительных речей обезумевшего от ярости старика. – Послушайте… отец.
Называть незнакомца отцом было противно, но я успела уяснить за время, проведённое в замке лэрда, что к форме обращения здесь относились очень серьёзно. И я не могла нарушать заведённых правил, не рискуя выдать себя с головой.
– Я упала, ударилась головой. Добрые люди помогли мне, вылечили от лихорадки. Но я…
– Люди? Кто?! – от меня требовали моментального ответа, но я не могла ничего быстро придумать.
– Я не знаю, – пришлось сделать вид, что я смущена. Опустив голову, я добавила едва различимо: – Я… потеряла память. Всё, что знаю: меня нашли, привезли в замок, дали кров и лечение.
Судя по взгляду, полному подозрений, отец мне не поверил. Что-то заставило его напрячься. Но по крайней мере, он перестал кричать. Махнув рукой, он пригласил меня войти в дом и продолжил свои вопросы уже внутри.
– Замок, говоришь? Какой? Опиши.
Я сообразила, что сболтнула лишнего и нарушила обещание молчать о лэрде и его причастности к моему спасению. Но было поздно.
Вздохнув, я с неохотой описала поместье, напомнившее мне раненую птицу.
– Постой, – перебил меня отец. – Это же замок Фениксов? Так он же сгорел!
– Не совсем, – я мотнула головой. – Сгорело лишь одно крыло. Сам замок цел, хоть и в запустении. Хозяин только вернулся…
– Какой хозяин вернулся? – снова перебил меня градоначальник, удивляясь всё больше. – Он же сгорел!
– Н-не совсем… Он покалечен, но выжил.
Отец начал мерить гостиную шагами, бормоча себе под нос странные вещи. Скорее всего, он снова забыл о моём присутствии в комнате.
– Как же так? Нет… ну говорят же, что фениксы способны возрождаться из пепла, но… Он же погиб! Нет, этого не может быть. Если бы он выжил, об этом стало бы известно, а ведь уже девять лет поместье находится в запустении. И как же мой аукцион? Мы же планировали его с молотка. Мне срочно нужно бежать к геру Духлаку. Срочно рассказать ему…
И тут старик вспомнил о том, что он в гостиной не один. Оборвав себя на полуслове, он резко остановился и выпрямился.
– Хозяин жив, – повторила я, чувствуя за недосказанностью какую-то страшную тайну. – Не совсем здоров. Лэрд хромает и прячет лицо под маской, но он определённо жив.
– Так ты жила в его доме! – воскликнул отец, сделав какие-то совершенно не те выводы. – Лэрд тебя скомпрометировал! Я должен срочно со всем разобраться! Я ему предъявлю, пусть женится на тебе, раз хватило ума воспользоваться беззащитностью моей девочки!
Внезапно проснувшаяся любовь к пострадавшей дочке не обманула меня. Старик во всём преследовал свою выгоду и сейчас в его глазах зажёгся алчный огонь. Он надеялся выручить за меня много денег.
– Я всё проверю, – немного нервно и с явным предвкушением сказал он. – А пока скажи спасибо, что я догадался солгать интересовавшимся твоим отсутствием людям, что ты уехала к тётке. Своим безрассудным поступком ты едва не лишила меня возможности решить вопрос с долгами, удачно выдав тебя замуж.
От пронизывающего взгляда старика мне стало очень неуютно. А уж тон, каким он заговорил, и вовсе вызвал неприятную дрожь по позвоночнику.
– Но если это самозванец, и он лишил тебя невинности, я без сожаления продам тебя в дом увеселений, так и знай!
Невольно перед глазами возник образ мужчины в маске и плаще, но я с усилием отогнала эту картину прочь. Хоть я и не знала, блюла ли свою честь Триса до того, как я попала в её тело, с тех пор меня точно не касался ни один мужчина. По крайней мере, когда я была в сознании.
– Нет, – я мотнула головой. – Моя честь при мне, отец.
– Смотри мне. Продам, и не посмотрю, что ты моя дочь.
– Я не обесчещена, – твёрдо сказала я, впервые за время разговора с отцом осмелившись поднять голову.
Мои слова заметно успокоили градоначальника. Расхаживая по мрачной гостиной, он что-то проговаривал себе под нос, уже будто и вовсе забыв обо мне. Но я рано расслабилась.
– Приготовь обед. А у меня дела. Нужно выяснить, кто скрывается за именем лэрда Латагейна.
И он ушёл, оставив меня посреди царства грязи и разрухи. Я с ужасом осмотрела гостиную и поняла, что забыла сказать новоявленному отцу очень важную вещь. Теперь в его дочке нет магии.
Одному Господу известно, как градоначальник отреагирует на очередное открытие, после внезапного воскрешения лэрда Латагейна.
Пока мой новый отец выяснял обстоятельства моего выздоровления в замке Латагейнов, я с ужасом осматривала фронт работ. Ведь Фланн Руад дал вполне чёткие указания, и я сомневалась, что мои отговорки про магию смягчат гнев голодного мужчины.
Я не нашла ничего лучше, чем выместить свое раздражение на ни в чём не повинной кочерге, швырнув ее на щербатую подставку возле потрескавшегося камина.