__________________________________________________________________________
Его заело, извини)) Придётся любить тебя какое—то время, оставаясь составной частью этого кольца. А знаешь, оно неплохо защищает, когда одна еду в метро, в автобусе, просто иду по улице или покупаю алкоголь в магазине. Сигареты опять же – паспорт не требуют, потому что я так ненавязчиво протягиваю деньги правой рукой и держу её какое—то время перед лицом кассира. Я знаю, что будь ты на его месте, то поцеловал бы, но тебе для этого не нужно быть кассиром (протягивает руку с кольцом и загибает все пальцы, кроме безымянного – "целуй; видишь – сдачи я от тебя не требую!").
Вот так же и муж..бывший уже..как этот кусочек металла, не отпускает меня – не хочет разводиться. Но этот бессмысленный теперь брак всё равно скоро прекратится. Мне было семнадцать, мне было интересно и необычно, мне нужно было узнать, как функционирует этот "брак". Быть невестой..я – невеста!)) Я сама себе это повторяла перед свадьбой неделю, наверное. Я невеста. "Ты невеста, Рыж" – говорила я зеркалу. И быть женой мне не понравилось – ни словом, ни живым человеком, несущем на себе это слово. Фата и розовое шампанское в большой красивой машине, которая везла нас от дома к дому и собирала друзей на церемонию бракосочетания, мне нравились больше, чем "муж, поцелуйте вашу жену". После этой фразы я отчётливо поняла, что с меня теперь спросят. Потребует и накажут за непослушание и охапки разноцветных шариков под потолком комнаты. Нет—нет, я не о бывшем, а о слове "жена". Типа "жена должна.." и конца этому не видно. блядь, я хочу сахарной ваты и в зоопарк, а не холодного металла строго ошейника.
Слушай, ты знаешь такой банк – "Юниаструм"? Мой папа – один из основателей этого банка. Дела у них сейчас не очень, но, думаю, ненадолго. Папа с нами не живёт, не жил.. Это не мешает мне любить его. Маму я люблю не меньше, просто вижу чаще. И..мысль ушла.. А! И однажды, в какой—нибудь из тех дней, когда на море штиль и оно сливается с ясным небом (в Москве я этого не увижу, но почувствую), он увезёт меня в Грузию. Я буду стоять по колено в солёной воде, спиной к закату и лицом к узким улочкам старого города; и ты увидишь на моём лице немного растерянную улыбку, тебе даже покажется, что мне холодно, – но не верь этому. Я буду смотреть не в объектив, а в твои глаза. Не будет иметь никакого значения, какой это будет год и день, какая погода будет в это время за твоим окном и вместе мы будем или нет, живы ли или мертвы, пьяны или записавшиеся в общество анонимных алкоголиков. Мои глаза – твои глаза – Рыж и Рэ – Рэ и Рыж – кадр из вечности и для вечности. Банально я придумала, да? Ну и ладно. Мне можно, и всё, что я тут наговорила, в любом случае не расстроит тебя.
Ты не веришь, да? В смысле религии. Я забыла. Зачем я только заговорила об этом – не хочу обсуждать различия между нами. Рэ мне нравится таким, какой он есть. В мою сторону это тоже работает, не так ли (туловище подаётся вперёд, брови—то как нахмурила, брови..)?
В Иваново у меня есть квартирка. Сейчас я там одна – интернет, "Jack Daniels", "Кент8" и "портал". Зато никто не мешает и не читает лекций на тему здорового образа жизни. Может так случиться, что моё сердце в любой момент остановится. Но я не собираюсь останавливаться в плане потребления алкоголя и сигарет. В принципе, меня можно будет реанимировать – если захотеть и если не упустить время. Ты готов к такому варианту?
Я подрабатываю немножко – моделью для каталогов. Это занимает мало времени, приносит немного денег и обеспечивает мне независимость от семьи и "мужа" на несколько дней, обеспечивает независимость, чтобы я могла уделить время своим зависимостям, о которых ты уже знаешь.
Сколько там сессий я завалила? Злость сейчас говорит за меня, но мне не хватило денег оплатить их. Да, учусь я не очень прилежно, наверное, мне этого и не хочется. Наверстаю позже, есть пара идей и задумок.
Есть такая хуйня. Но с чего ты взял?! По мне это видно? Хотя нет – как можно посмотреть на человека и сразу увидеть, что он ест и после еды сразу же блюёт..у меня что, засохшие куски переваренной еды в волосах застряли? (на полном серьёзе встаёт и идёт к большому зеркалу, внимательно рассматривает себя и перебирает волосы – длинные, рыжие, хорошо оттеняющие бледную кожу). Это не болезнь!! Это МОЁ ЖЕЛАНИЕ!! Ты забыл, где я подрабатываю? Кому нравится смотреть на свиные жирные ноги, если только они не плавают в кастрюле ещё не застывшего холодца? Потому что свиные, если жирные! Давай не будем так сразу всё портить и забудем о моём..мм.своеобразном увлечении. Ты ешь и гадишь – это то же самое, только уже не различить, что ты там ел. Да! ДА!
ЖИРНЫ СВИНЫЕ НОГИ !
Я же не свиноматка – у меня всего два соска и не такой большой живот. На данный момент.
Какую историю обычно рассказывают девушки о своём детстве или юности? Как им башни всем срывает и они в тринадцать лет встречаются с тридцатилетними, да? Про любовь в детском саду, да? Первый секс, первые наркотики, первая задержка, первый аборт; в общем, почти всё "первое" или "новое". Так вот, ещё одна тема – изнасилование. В двенадцать—тринадцать йлет опять же. Что произошло со мной? Правильно – меня изнасиловали. Не помню, кем он был, знала ли я его до этого момента..но он сделал меня жутко циничной. Злой и циничной. Научил добиваться своего любыми методами – всеми возможными, кроме убийства: подчинение, унижение, принуждение, причинение боли и давление на слабые точки. Я очень ранимая, как физически – если на мою кожу слегка надавить, то чаще всего синяк остаётся – так и по своему характеру. Не обижай меня никогда – если и не пожалеешь об этом, то вспоминать будешь всю жизнь. Ты же понимаешь, что я от тебя и после смерти не отстану? После смерти кого—то из нас.
Зрение стало чаще подводить. Ты пахнешь приятно и именно по аромату я тебя помню. И запомню, и буду воспроизводить этот аромат по памяти, если мне её окончательно не отшибёт. Напомни мне, ладно?
Когда ты будешь оберегать меня, прятать под своей курткой от проливного дождя, одевать меня в тёплый свитер против моей воли, когда на улице зима, то помни – если я капризничаю и бью тебя ногами и руками (вместе и по отдельности), то ни в коем случае не останавливайся и продолжай беречь. Что бы я там, полупьяная или пьяная в хлам дурочка не говорила и не делала. Бросишь – значит, точно насовсем. Или почти насовсем – ты выбрал охуенную партию, чувак, я тебе не завидую)))
Ты не думай плохого и не рви волосы заранее – потом успеешь ещё – я откликнусь на все твои тёплые слова, на все тёплые вещи, в которые ты меня завернёшь, на все обнимания и поглаживания по голове. Я буду сначала злая, ты меня потерпишь, успокоишь, получишь, быть может, моим маленьким кулачком в глаз, но потом я тебя снова полюблю. И я это сказала вслух, да? Полюблю. Значит уже, да..
Полюблю как в первый раз, только ещё чуть больше.
Если буду кричать и брыкаться, плакать и топать ножкой, хватать тебя за волосы и заглядывать с надеждой в твои глаза – просто купи мне большой "Сникерс"; просто я проголодалась.
__________________________________________________________________________
You had to stay. Восьмоедыхание.
– Рэ, я просила тебя не врать мне. Сколько раз я говорила, что ты должен быть со мной честным. Ты мне сейчас делаешь больно. Охуенно больно – ты не представляешь, и хорошо, что не видишь этого. Не видишь, как я плачу – это единственное проявление чувств, или эмоций, или хер знает чего ещё в этой пизданутой жизни!! – которое я не проявляла при тебе. Я раскрылась – и ты воспользовался этим, воспользовался и попользовался мной, как очередной шлюшкой в твоей долгой или не очень жизни—в—сексе. Да, только он тебе и нужен был – тупой трах. Сегодня с утра я разбила стекло, точнее, маленькое зеркало, в которое разглядываю свою кожу – просто расхерачила его об пол и один или два осколка попали мне в руку; я пыталась их достать и порезала ещё два пальца, ходила по квартире и закапала кровью всё вокруг. Я смотрела в зеркало на себя, а отражался ты – какого чёрта? И я его разбила поэтому – мне отвратительна я, но ты отвратителен ещё больше – ложьложьложьложь, ты постоянно врёшь мне!
После тех двух дней, которые мы провели в ******, Рыж поехала в Иваново, чтобы попытаться закончить бракоразводный процесс или – как вариант – хотя бы его ускорить. Не знаю, каким образом она собиралась это сделать – Рыж не делилась со мной переживаниями об этой стороне своей жизни. Сказала, что у неё всё обязательно получится, что она вернёт свою прежнюю фамилию, что будет совсем свободная и счастливая.
В то время, когда она ехала в Иваново – на поезде – мы общались в мессенджере; всю ночь – спать ей не хотелось, видами из окна поезда она давно уже наелась, логично, что оставалось скучать или пытаться убить время за общением с кем—нибудь из многочисленных друзей/знакомых/поклонников. В эту ночь именно мои реплики выплывали облаком с написанными в нём словами, вторым облаком из двух.
– Рэ, тебе понравилось то, что мы делали? Я вела себя как маленькая наивная девочка, да? Наговорила ещё всякого.. —Ты вела себя так, что мне вообще будет трудно забыть и это время, и саму тебя – в хорошем смысле. Ты меня впечатлила. Всякого чего? – Да просто.. Нет, всё почти помню, но не всё.. Я говорила, что ты мне нравишься? – Да. – Что ты меня будешь греть и, согрев, не дашь снова замёрзнуть? – Да. – И даже о том, что моей маме ты точно не понравишься? – Конечно. Что в гости она меня не позовёт, потому что я..мм..забыл слово) Плохой, в общем. – Оу.. Самое важное я тебе забыла сказать.. – Скажи сейчас. – Я стесняюсь. И это лучше говорить тогда, когда ты рядом. – Я рядом – виртуально хотя бы. – Это не то! Где твои тёплые руки? Где аромат, к которому я привыкла? – Ты наговоришь сейчас, уйдёшь от темы, лишь бы не сказать того, о чём САМА ЖЕ начала говорить. – А ты не отстанешь от меня! И будешь наседать, наседать, потом покрикивать, будто я тебя за жопу щипаю, потом надуешь губки и уйдёшь курить – только затем, чтобы я вышла тебя успокаивать: "Ой, Рэ, ну что ты, я пошутила" – и на весь вечер. Может, не будем доводить до трагедии, удалим историю переписки и никто из нас не вспомнит, что я это говорила. И не докажет. – Скопирую, сохраню, а потом удалю. Ты можешь сразу удалить. – Ты садишься мне на шею! У меня тонкая шея и далеко я с тобой не уйду! Ну хорошо. Я хотела сказать.. – Говори. – Что мы с тобой провели два очень хороших дня, ты отвлёк меня от разных плохих и очень плохих мыслей, развеселил и успокоил, внушил чувство уверенности в себе и чувство защищённости, когда я рядом с тобой. Когда мы прощались – около моего дома – я забыла сказать тебе об одной очень важной вещи. Раньше я тебе такого не говорила – это очень волнительно, интимно, это то, что должно принадлежать двоим, и они должны это спрятать, беречь.. – Продолжай) – Я хочу признаться тебе в том, что я.. – .. – Что когда мы прощались, я увидела, что у тебя ширинка расстёгнута, но не сказала об этом. Постеснялась. – Это всё? – Да.. Мне было так неловко, так стыдно – мы стоим посреди улицы, ты меня целуешь, я опускаю глаза от смущения.. – Поиздевайся надо мной, у тебя хорошо получается) – Дурак ты, Рэ. И я люблю тебя – дурака. Успела влюбиться за эти два дня. Не только за эти два дня, я думала об этом и раньше, когда ехала в Москву на свидание к тебе – уже влюбилась или пока ещё нет. – Я тоже люблю тебя, Рыж. Очень сильно. И терять тебя не хочу. – .. – Когда ты снова приедешь? – .. – Как всегда – ты ещё не успела уехать, а я уже успел соскучиться. Жаль, что я не могу поехать с тобой. – .. – Рыж? – .. – Ты здесь? – .. – Приятных снов, принцесса.
Было пять или шесть часов утра – подходящее время для озарений, откровений и построений планов на жизнь.
__________________________________________________________________________
Вырубилась. Переволновалась что ли. Столько хотелось сказать – голова аж разболелась от количества слов, которые там крутились. Нервное перенапряжение. Напряжённое нервирование. Ненапряжное препарирование. Нежное обнажение. Попробуй сам из этого речь составить в моём состоянии! __________________________________________________________________________
– Рэ, Рэ, я не сплю.. – .. – Блядь, теперь ты спишь. Тебя мой мат не смущает? Не смущает. Я скучаю. Заходила проводница – будить какого—то бомжа с верхней полки, он проехал свою бомжовскую станцию и теперь воняет от волнения. Забери меня отсюда. Забери меня вообще из Иваново, из Москвы.. Забери меня из плохих мыслей. Или, на первое время, плохие мысли из меня, потому что Москву из меня ты не сможешь забрать. Ответь мне, как проснёшься. Люблю, Рыж.
Эта её ночная дорога была продолжением тех приятных выходных. Теперь казалось – или так было на самом деле – что мне больше ничего не нужно, всё уже есть; это "всё" подпитывает меня и я замечаю вокруг намного больше положительных моментов, чем обычно. Что—то типа наибанальнейшего ощущения "хочется жить".
– Доброе утро! Как спалось? Доехала без приключений? – Доброе, Рэ! Отлично спалось, но недолго – сбежала от бомжа в другое купе, где никого не было, но там было холодно и поспала всего час. Ты будешь со мной сегодня весь день? – Если хочешь. А то надоем тебе ещё.. – Не надоешь! Ня! – Ня? – Я стесняюсь так, смущаюсь, мне хорошо, я улыбаюсь и пью кофе с маленькой—маленькой шоколадкой. – Приятного аппетита) – Сейчас я допью кофе и пойду в институт схожу, а потом к "мужу". А потом буду ждать тебя здесь. – Это я тебя буду ждать здесь) – И я! Вместе будем ждать. До встречи!
Я был на подъёме, настроение выше нуля – все признаки серьёзной влюблённости, переходящей в любовь. Захожу в душ, смываю ночной пот и пью холодный кофе, всматриваясь в пустоту новых комментариев под моими стишками на "портале". И её комментарии там тоже есть – бросаются в глаза, как будто я специально только их и ищу; именно они пустыми мне не кажутся, потому что теперь там какие—то новые слова, новые чувства и смыслы.
Смыслы моего дальнейшего ощущения окружающего пространства.
– Ты постоянно врёшь мне! Ты всегда мне врал! Обосрал всё, до чего смог дотянуться. И ради чего, Рэ, блядь?! Чтобы я утонула в потоках жалости к себе? Смывала слезами эту ёбаную тушь и писала чёрными пальцами на зеркале в ванной "хватит"? Потом стирала, слала тебя на хер, закуривала и сидела в холодном кресле, стряхивая пепел на колени и прожигая дыру в своём сердце. Любишь типа, да, ты меня так? Возишь лицом по грязи своего вранья, потом смываешь её остатки с моих губ и прислоняешь их к своим, насквозь лживым и мерзким, и целуешь! Что я тебе сделала или не сделала? Всего лишь не поверила в твой обман. Ну или в твою правду, которая не имела ничего общего с реальностью. Нет—нет, реальность у нас с тобой одна, я чувствую её, чувствую тебя, чувствую, как ты хочешь быть со мной и ради этого способен на многое – даже обмануть. Наебать. Завязать мне глаза и приставить пистолет ко лбу, выстреливающий пулями ничего не значащих слов и фраз – "единственная", "принцесса", "я всегда буду рядом".. Рядом, блядь, чтобы кормить меня свежей ложью, которая имеет очень короткий срок годности. Но я и так её почувствую, даже если она вонять не будет. Ты хотел пройти сквозь меня и не оставить следов – я уверена, но оставил их столько, что..и дал привыкнуть..и дал прижаться мне к твоей колючей щеке и вдыхать без остановки эти тёплые пряности. Кто тебе поверил хоть раз? Есть такой человек? Теперь точно есть – я. Не хочу терпеть это пиздабольство по отношению к себе. Меня тошнит и я точно сблюю, буду блевать, пока всё, связанное с тобой, не выблюю. Не знаю, смогу или нет, пусть мне лучше воздуха не хватит и я задохнусь на второй минуте. Ты думаешь, я совсем глупая и слепая, меня можно заговорить и заообнимать, забить мне голову приятными словами..можно, Рэ, я и сама этого хочу – этого и тебя, делающего эти вещи. Одно есть, чего я не хочу и не смогу перенести – Рэ, который лжёт. Сука, неужели я тебя _такого_ люблю?
Youhadtostay. Девятое дыхание.
Вспышки ненависти и камни обвинений, буквально ослепившие меня и лишившие ощущения времени, сначала казались мне непонятными и необоснованными. Я пытался добиться от Рыжа хоть какого—то объяснения этой внезапной смене настроений, но каналы нашей с ней коммуникации были ограничены, а те, что всё же были доступны, Рыж намеренно отключала сама.
Не появлялась в сети, отключала телефон или меняла симку на другую, номера которой я не знал.
Если она хотела довести меня до бесконечного отчаяния и сделать так, чтобы в моём затылке выгрызал медленную дыру длинный бур перфоратора, то у неё получилось. Белый шум не прекращается – ни в глазах, ни в голове.
Я просто сижу и перебираю в памяти различные моменты наших недолгих совместных выходных – всё равно никак не получается вспомнить хоть что—то, отдалённо похожее на обман, ложь или наглую наёбку.
Соврал ли я в том, что влюбился? Нет. В том, что у нас был прекрасный секс? Нет. Может, я соврал ей в том, что не считаю её толстой? Не соврал и в этом – ни капли лишнего. Ни капли лишнего на теле, ни капли лишнего в течение бутылки сладкого розового. Пробку на стол, на бутылке – рука, с тем же самым кольцом, с тем же самым взглядом на то, что сейчас произойдёт между нами; в руке – бутылка, с губ падает капля розового и стекает по животу, от груди к внутренней стороне бедра, чтобы там исчезнуть или заискриться, или быть пойманной Рыжем, чтобы раствориться на её языке – последней каплей того первого вечера и последней из опустевшей бутылки.
Зашёл на "портал", переворошил кучу стишков (и своих, и не своих) и комментариев к ним, пытаясь найти хоть какую—то занозу, которую Рыж приняла на свой счёт и теперь испытывает фантомную боль, наблюдая, как эта мнимая заноза постепенно погружается в кожу, в то место на руке, откуда растёт большой палец, с той стороны ладони, которой так приятно гладить плечи и шею. И ещё чуть—чуть – она просочится в кровь и поплывёт прямо к сердцу, а доплыв, просто проткнёт его и поплывёт дальше или растворится, выполнив своё предназначение – дырка в сердце, жгучая и незарастающая. Похоже, что именно так всё и произошло.
Ничего мне не дал и "портал". Бур в затылке сильно нагрелся и голова уже не переставала болеть, постоянно напоминая мне о том, что я пытаюсь выдумать того, чего не было, придумать событие, которого никогда не происходило и принять участие в нём. То есть как бы обмануть Рыжа по какому—то поводу или без него. Но придумывать альтернативные реальности мне совсем не хотелось, а со своим участием – тем более.
__________________________________________________________________________
Замедли неизбежное, Рэ, давай, попробуй! Или, может, хочешь поменяться со мной местами? Хочешь? Ты будешь Рыжем, а я буду Рэ. Ты будешь предвкушать сказку, а я, потрепав тебя по волосам, буду выплёвывать слова – красивые, нежные, обещающие эту сказку. Ты поверишь, ты обнимешь меня и не захочешь отпускать, и не увидишь, что за моей спиной кто—то стоит, потому что Рыж закрыла глаза, Рыж – маленькая принцесса и она всегда закрывает глаза, когда думает о хорошем и добром.
Я пропахну тобой, чтобы потом уже никогда не отмыться от этого запаха. Я не буду помнить, кто там стоял позади тебя и как выглядел, но помнить твой запах и что он равен обману – буду.
__________________________________________________________________________
– Привет. Прости, что, наверное, достаю тебя этим в который уже раз, но ты можешь сказать, что происходит? Что произошло или уже не произойдёт? – Что ты хочешь от меня услышать? Я очень устала. У меня жуткая слабость, я почти не могу ходить. Ебучую чашку с водой поднять уже не могу!! – Я могу чем—то помочь? – Ага, если отъебёшься от меня насовсем. – Понятно. Прости. Выздоравливай. – Да пошёл ты!
На какое—то время я пропал из поля зрения Рыжа – никаких онлайнов, никаких новых стишков или других проявлений активности. Я много гуляю по Москве – пешком, просто для того, чтобы про себя считать шаги и не думать больше ни о ком, ни о чём и, желательно, никогда в текущей жизни.
Я заходил в "её" двор, сидел на лавке перед качелями, чертил палочкой на песке разные знаки или буквы – сидел и ничего не ждал, успокаивался, переводил дыхание, представлял, что ничего не представлял о ней. О том, какой она может быть. Раньше мне была доступна одна её грань, теперь – максимум две: нежность ко мне и отвращение ко мне. Какие грани могут ещё проявиться и насколько сильно – об этом я думать не хотел. Так или иначе, если я буду рядом – я это прочувствую на себе, хотя для Рыжа, как выяснилось, расстояние – не повод и не причина.
– Зачем ты мне делаешь так плохо? – Я не понимаю, чем я делаю тебе плохо. Чем делаю сейчас и чем сделал раньше. – Ты правда не понимаешь? – Нет. – Или хочешь поиграть со мной? Поиграть так, чтобы я окончательно проиграла. – В каком смысле? – Не важно. – Важно! – Не важно, проиграю я или ты – мы проиграем оба. И всё из—за тебя. – Так, из—за меня. Я понял. Что.я.сделал? Не.сделал? – Обманул меня, сколько можно повторять?! – В.чём? – В ебале кирпичом!! Ты тупой, Рэ?! Или я тупая?! Пока!
Смысла в происходящем оставалось всё меньше. Содержание разговоров становилось всё проще, сводясь к вопросам и ответам на них, которые мы с Рыжем знали заранее – каждый сам для себя.
Если слово "переживал" передаёт все оттенки этого времени, то я именно переживал. Сильно внутри, но тихо снаружи – не крушил мебель в комнате и не переворачивал урны на улицах от бессильной злобы. И я продолжал её любить. Не прекращал.