Сколько я эту сказку слушала, сколько сама рассказывала, а что колобок хлебушек и не думала. Умную булку бабка испекла.
Слезла с печи, поменяла лучину в комельке и спать. Попробую сама рано встать, только сомнения меня берут, что получится.
Ой, обещала рассказать, что такое камелёк. Обещания надо выполнять.
Представляете себе русскую печь. Так вот в самом углу печи делали небольшую нишу, в которую помещали подожжённую лучину. Вот она то и называлась камелёк. Смолистые и хорошо высушенные лучины давали яркий свет. Чтобы дым не попадал в комнату в нише сделано небольшое отверстие в трубу, куда он и уходил.
А теперь спать. Девчонки всё никак не угомонятся, хихикают, колобка обсуждают. Пошли на ведро по нужде.
16
Вот вы, наверное, думаете, что в старину люди по нужде по кустам бегали, а вот и нет. Ночью и в плохую погоду, когда на двор не выйдешь, ходили на ведро. Высокое, удобное ведро с крышкой, после справления нужды каждый кидал сено, которое всегда лежало рядом, на свои отходы жизни деятельности. Никакого запаха, всё чисто и аккуратно. По мере заполнения ведра оно выносилось и выливалось на навозную кучу. Так что унитаз и не совсем современное изобретение. Туалет был сколочен из жердей поставленных вертикально, рядом тоже всегда лежало сено, после посещения данного помещения, все «остатки» так же прикрывались сеном. А подтирались, извините, мхом или сосновыми щепочками. Россия в отличие от Европы всегда была чистоплотной.
Всё все улеглись, спим.
Проснулась я, когда в доме ещё все спали, надо же, без будильника, сама! Лучина догорала, значит уже утро.
Малыш сопит, носиком похрюкивает, забавно так. Стоять и смотреть на спящего младенца можно бесконечно. Сегодня нужно обязательно посадить помидоры и картофель.
Учёные спорят, как картошка на Русь попала, одни говорят, что её завёз Пётр первый, другие уверенны, что купцы завезли, а уж Пётр просто помог им в распространении. Вот теперь точно знаю, что это я, первая принесла картофель на Русь, только в историю не попаду.
Вышла во двор, на востоке появилась светлая полоса, рассвет. Тишина оглушающая, нет привычного городского шума, даже когда жили в деревне, таким тихим утро не было никогда. А здесь, как в вате. Появился первый лучик солнца и всё проснулось, заорал петух, запела пичуга, замычала в стойле корова. Доброе утро, день.
Затопить печь, сходить к леднику, достать всё для приготовления обеда. Подогреть вчерашнюю кашу на завтрак. Управиться со скотиной. Ну, вот скажите, чем эта жизнь отличается от той? Всё одно и тоже, уборка, готовка, стирка...... Немного жизнь облегчили гаджеты и умные машины, а так что в этом веке, что в том.
Совсем рассвело, из дома вышел Андрей, посмотрел на меня вопросительно. Ну и что не так. Тьфу ты, это у меня на него реакция такая, стою, улыбаюсь. Так всю жизнь, стоит только увидеть его и всё, рот до ушей, ну не могу с собой ничего поделать. Быстро отвернулась к печке.
– Что во мне смешного? – Поинтересовался он, заметил.
Ну и, что я сказать должна? Ты для меня свет в оконце?
– Просто я рада тебя видеть, доброе утро. – Попыталась отвертеться я.
Андрей пожал плечами, сел за стол. Поставив завтрак, пошла управляться. Есть, потом буду. Захватила распаренное зерно, дала жрать поросятам, села корову доить, почувствовав на себе взгляд, обернулась, Андрей стоял в дверях и смотрел на меня.
– Странная ты, семья есть? Муж? Дети?
– Конечно, были, – пожала я плечами, – муж умер, – и ведь не соврала. – Дети взрослые, далеко уехали, давно не видела, – вот тут вру, три дня назад по ватсапу общались, ну не объяснять же это человеку 12 века. – Идти мне некуда, – и это правда.
Очень нужно, чтобы ты принял меня, главное не гони родной, я постараюсь сделать всё, чтобы ты меня снова полюбил. Мы две половинки одного целого и даже твоя смерть не смогла нас разлучить.
Что он прочёл в моих глазах, не знаю, просто подошёл, погладил по голове и сказал, вздохнув,– Бедная, ты бедная.
Повернулся и вышел. Ох, что со мной творится, я ликовала, душа пела, на глазах слёзы. Полгода я не чувствовала рук Андрея на своём теле. Полгода страшной тоски, страха. Там в той жизни, идти в спальню одной, было выше моих сил. А этим прикосновением он снял всё. Всю тоску и боль, он рядом и мне больше ничего не надо.
17
Вот это огород! Есть где развернуться. Соток пятьдесят, наверное. Ну конечно, здесь пятёрочек и магнитов нет. Что сам вырастишь, то и кушать зиму будешь. Короче, как потопаешь, так и полопаешь. Семена мы с девчатами перебрали, не все в этом году сеять буду, поздно уже, а те овощи, что успеют созреть, сегодня посеем. Настя свои семена дала репа, свёкла, редька, брюква. Морковь они с Ириной с осени посеяли, уже должна всходить, посмотрим сейчас. Сегодня в первую очередь помидоры в землю воткнуть. Они за эти дни, бедные, немного завяли, ну да ничего, очухаются. Помидоры, кабачки и картошка, для местных в новинку. Иринка лист от помидора откусила, сморщилась, выплюнула. Невкусно.
– Плоды с него едят, как и с огурцов, – рассмеялась я.
В отдельной загородке стоял земледельческий инструмент. В общем, с землёй возиться, учусь заново.
Сейчас я вам про них расскажу.
Начну с лопаты, изготовлялась она из осины, полностью деревянная, очень лёгкая, похожа на лопату, что хлеб в печь садят.
Вилы, изготовленные также, из осины, такими надо уметь пользоваться.
А вот тяпка вполне привычная, с древних времён вообще не изменилась.
Грабли тоже, ничего нового для меня, такими и в наше время пользуются, сено собирать железными тяжело, а деревянные свободно по стерне тянутся.
Здесь же лежали инструменты, которыми я вообще не знаю, как пользоваться. Надеюсь и не буду, есть лошадь, есть мужчина, а может по местным меркам это чисто женская работа? Не знаю, пока не видела этих вещей в работе.
Все инструменты из дерева, совсем для меня непривычными кажутся, но не беда главное я знаю, как работать ими надо, а остальное приложится.
– Ну, всё посмотрела? – Поинтересовалась Иринка.
– Тут пока прикопай зелень свою, и пойдём, ещё яйца покрасить нужно. Радоница завтра.
– А садить? На улице теплынь, садить, когда будем? – Не совсем поняла я Иринку.
– Ты что?– замахала на меня руками Иринка, – до Даждьбога дня садить нельзя. Ты что совсем не знаешь? Где ты жила? Вы что, когда вздумается, посевом занимались? И росло? Земля ещё холодная, нельзя садить.
Вот вам и здрасьте, мы так и делали, когда в голову взбредёт, тогда и садили. Вот интересно, если про теплицы рассказать, поверят. Те вообще среди зимы и сеют, и садят, и урожай снимают, безбожники. Пожав плечами, я прикопала мою разнесчастную рассаду и пошла вон с огорода. Посадили картошечку, класс.
Ну да ладно в чужой монастырь со своим уставом не лезут. Пошли яйца красить. Не празднуют же Пасху в эти века, причём тут яйца?
– Девочки, вы не обижайтесь на меня, не знаю ваших праздников, научите, и буду знать.
– Как не знаешь? – Удивилась Настя, – ты другим богам веришь?
– Да, – призналась я. – во Христа, – достала из-за пазухи крестик и показала девчатам.
– А, вы те, что в церкву ходите? Видели мы, когда в город ездили ваших жрецов, забыла, как называют их, – Иринка махнула куда-то рукой.
Я и сама не знаю, как назвать служителей наших. Не больно то и верующая. Девчата ждали моего ответа.
– Много разных служителей в церкви, – попыталась выкрутиться я, – бог един, называют его по-разному. – Вроде ничего так, умно сказанула.
– Как же един то? – Иринка аж руками всплеснула, – на капище вон их сколько стоит.
Ох, как я эту тему не люблю. Надо бы завершить этот спор.
Заплакал Алёша, спасибо малыш, выручил. Я занялась малышом, не до спора. Пока кормила, пеленала, придумала, что Ирине ответить.
– Сегодня вечером я вам про разные страны и религии расскажу. – Зря, что ли телевизор столько лет смотрела.