– И?
– Я хочу, чтобы после нашего разговора ты сказал ей, что она… что она для меня, как… как для тебя Мэйтэ. Подумай о Мэйтэ и сам найдёшь нужные слова.
– Это всё как-то несерьёзно, – возмутился Остор.
– Нет, очень серьёзно. Я своевременно хочу сказать всем, кто мне дорог, что я их люблю. Я ведь очень благодарен тебе, брат. И очень дорожу тобой…
– Так! – перебил его он. – А ну рассказывай, что там тебе Верховная жрица наговорила. И что вы там конкретно в Поднебесье делать собираетесь? Действительно идёте поговорить с Лисичкой или…
Помехи дошли до критических. Шипение заглушило даже звук его собственной речи, а там сорвался и звонок. Остор не поленился набрать номер снова. И снова. Но даже гудки уже не шли.
– Да, чтоб тебя! – воскликнул он и заматерился на технику. – А ну работай!
– Остор. Остор, – начала повторять Инга, словно заезженная пластинка. – Остор. Остор. Остор…
– Чего?
– Грусть. Остор. Грусть. Остор. Грусть…
– Я всего лишь хочу понять, что там с братом! Просто так Риевир не стал бы говорить то, что он сказал, – объяснил он несмотря на то, что Инга его нисколько не понимала. Она сидела на диване и, как механическая кукла, покачивалась вперёд и назад. – Чего он так? Чего он хотел?
«Он хотел, чтобы ты позаботился об этой девочке», – пояснил чужой голос.
– Вечно-то вы, Арьнен, в каждой бочке затычка! – вслух прокомментировал Остор и, услышав на улице шум, выглянул за окно. Это подъехали машины Stellimber Incorporated. Убежище не спасло. Не скрыло их от корпорации.
«Разве ты не понял, как ей помочь?» – спросил хитрец, посмеиваясь.
– Понял! Действительно смешно. Наверное, не беспокойся я больше о том, как добраться на Остров, то, может, додумался бы раньше. До того, как Риевир ткнул меня носом, что я и есть лекарство. Всего-то надо напоить её своей кровью. Верно?
«Верно. Так отчего медлишь?».
– Из-за них, – Остор кивнул головой в сторону окна, как если бы Арьнен стоял рядом и мог видеть то, что происходит на улице. – Может, для неё лучше умереть прямо сейчас? Или хотя бы жить, не понимая, что за эксперименты над ней ставят. Смысл её в такое настоящее возвращать, да ещё в полном сознании? Судьба и Время, Арьнен, я даже думаю, что мне самому стоит пустить себе пулю в лоб!
Остор снял пистолет с предохранителя, задумчиво уставился на дуло, но вместо двойного убийства подошёл к входной двери и проверил, насколько прочно та закрыта. Затем он опрокинул шкаф, создавая баррикалу. От грохота Инга наконец-то замолчала. Девушка испуганно поджала к себе колени, но вскоре заскулила вновь.
– Остор. Остор. Остор…
Глава двенадцатая
Потом-то Алиса удивлялась, как это она не удивилась,
но ведь удивительный день (https://citaty.info/tema/den) ещё только начинался,
и нет (https://citaty.info/tema/net) ничего удивительного, что Алиса
ещё не начала удивляться.
Льюис Кэрролл " Приключения Алисы в стране чудес "
Днём ранее. День двадцатый
Едва Остор переступил порог фойе, как сделал вывод, что своих трёх с половиной звёзд этот отель никак не заслуживает. Гостиница (несмотря на то, что Екатеринбург считался мегаполисом) оказалась очень посредственной. Однако он был рад и такому приюту. Регулярное перемещение с места на место измотало.
Стоит сказать, последние пару дней Владыка Острова искренне пытался соотнести собственные переезды с неким активным туризмом. Ведь уйма людей выбирала именно такой отдых в редкие дни отпуска. Но, чем дольше он старался создать в себе это впечатление, тем больше считал сих энтузиастов народом безумным. Поэтому результатом его мыслей стало окончательное нежелание причислять свою персону к числу путешественников.
– Мне нравится, – довольно заключила Инга, потеребив край лимонно-жёлтой занавески в мелкий разноцветный горошек. – Здесь ярко. Настроение поднимает.
– А у меня от этого номера в глазах рябит, – признался Остор, недовольно поглядывая на мебель неоновых оттенков. – Даже подташнивает.
– Отель считается молодёжным, – женский пальчик без маникюра ткнул в брошюру с рекламой. – Вот интерьер и весёленький.
– Угу. Нынче у молодёжи полностью отсутствует чувство вкуса.
– Ты брюзжишь, как старик! – девушка показала ему язык.
Владыка не стал возмущаться из-за такого неприятного замечания и поведения. Всё-таки после посещения торгового центра Инга проявяла большую сознательность нежели с утра. Он даже возлелеял надежду, что это могло стать предзнаменованием в улучшении её самочувствия, и впервые нашёл подтверждение шутке, что шопинг благотворно влияет на здоровье женского организма. А потому достаточно деликатно заметил.
– Просто считаю, что заслуживаю большего.
– Наверное. Ты у меня хороший.
– Вот уж спасибо за комплимент! – на этот раз он искренне рассмеялся, но Инга, хотя развеселилась вместе с ним, единым махом убивая всё веселье, добавила.
– Да-да, хороший! Даже лучший. Ты лучший муж, что у меня мог бы быть!
– Чего?!
Остор едва не подавился смехом. Ему вдруг резко стало совсем не весело.
– Ты же мой муж, сам говорил, – удивилась его реакции Инга. – И я всего лишь признаюсь, что считаю тебя хорошим… Хи, глупый такой!
– Так, – начал было Остор, считая, что проблемы с памятью – это проблемы с памятью, но лучше расставить все точки сразу. Однако тут зазвонил телефон, и он, глянув на высветившийся на экране номер, решил отложить все разъяснения на потом. – Сейчас отвечу, и мы поговорим.
– Я тогда в ванную. Болтай, сколько хочешь!
Инга, вновь хихикнув, подхватила один из пакетов с обновками и, тихонечко напевая под нос что-то не особо мелодичное, скрылась в соседнем помещении. Он же, мысленно досчитав до пяти, постучал костяшками пальцев по стене и всё-таки снял трубку. Перезванивать Леону не пришлось.
– Я вас слушаю.
– Нет, это вы послушайте! – горячо возмутился Леон Де Брейв. – Вы должны были из аэропорта прямиком в гостиницу ехать! Зачем вам понадобился торговый центр?
– Купить одежду.
– О, боже мой! Неужели нельзя было воспользоваться безопасными услугами какого-нибудь интернет-магазина?
Интонации Леона Остору не понравились. Ещё больше ему не понравилось, что озвученного варианта он не предусмотрел. И совсем ему не понравилось, что в объяснение прозвучать могло лишь то, что на Острове ничего подобного не существовало. Покупки совершались вполне определённым образом, а потому даже мыслей никаких в другом направлении не возникло!
– Что произошло?