Напротив Нелли стоял Рагнар.
Ролан смотрел на Рагнара в некотором недоумении: увидеть его не ожидал – не так скоро. Ролан предполагал, что после нелицеприятного телефонного разговора с Александром, о котором Александр рассказал находящимся в Радлесе ferus вкратце, не вдаваясь в подробности, Рагнар исчезнет с их горизонта. Но, видно, Рагнару надоело изображать оскорбленную невинность, и он все же решил вернуться. В любом случае Ролан не питал к нему неприязни: Рагнара он не выдел тридцать лет, да и помощь им не помешает.
Ролан посмотрел на Александра. А вот этот ferus не испытывал положительных эмоций по случаю возвращения собрата, и причина того – неразрешенный конфликт между ним и Рагнаром.
Тридцать лет назад, когда Александр сообщил всем ferus, что обрубает ментально-энергетические контакты между ними, именно Рагнар стал ярым критиком и обвинителем Александра в позорности принятого им решения. На самом деле таких агрессивно-несогласных было несколько, среди которых Рагнар, Дей и Самаэль. От Самаэля вестей не было, как и от остальных нескольких ferus, не вернувшихся в Радлес на зов Александра. Поэтому, что там испытывал Самаэль теперь, оставалось загадкой. Дей спустя годы сумел простить Александра, что могло показаться странным, учитывая непростой взрывной характер ferus. Однако насколько быстро он заводился, настолько же быстро отходил. Рагнар же, напротив, спустя годы только окреп в своем твердолобом мнении о ложности выбранного Александром пути, и стал еще более яростно настроен против предводителя. И причина заключалась не только в задетой гордости и обиде на Александра. Дело было в том, что Рагнар являлся истинным представителем ferus в соблюдении бессменных принципов расы: он чтил традиции и обычаи ferus, поддерживал устои и искренне не понимал, как можно так легко и просто растоптать их многовековую дружбу: особую дружбу, где они контактировали друг с другом на расстоянии, посредством особой связи. Их отцы, их предки никогда бы себе такого не позволили, поэтому Рагнар не мог уразуметь, как на такое решился Александр.
Наверное, Рагнару следовало родиться несколькими поколениями ранее. А возможно, отец его был более талантливым учителем и лучше привил сыну важнейшие догмы ferus.
Рагнар переводил сверлящий взгляд с Александра на Ролана, с Ролана на Александра. Нелли он будто не замечал. Она и сама не стремилась попасться ему на глаза: успев оправиться от испытанного шока, она отскочила от устрашающей фигуры на приличное расстояние. И правильно сделала: помимо негибкого характера и традиционных взглядов, Рагнар унаследовал от предков и особую нелюбовь к людям. А учитывая его внешний вид, людьми обычно плохо воспринимаемый… Нелли до сих пор смотрела на него едва ли не разинув рот. Жесткого строения лицо, обтянутое огрубевшей, шероховатой кожей, крупный увесистый подбородок, широкий рельефный лоб; глаза цвета прозрачных льдинок: голубой оттенок обесцвечивался, мягко переходя в белесую гамму с черными узкими зрачками посередине. А если прибавить ко всему перечисленному холодный прищур, леденящий даже самую стойкую человеческую душу, оставалось лишь посочувствовать Нелли в связи с тем, что ей пришлось пережить за эти несколько мгновений, потребовавшихся для визуального знакомства с Рагнаром.
– О таком приеме я мечтал всю свою жизнь, – гортанно изрек Рагнар и прошел мимо отдалившейся Нелли, так на нее и не взглянув.
Рагнар остановился напротив Ролана с Александром.
– Мы не ждали тебя так скоро. – Ролан рассматривал ferus с близкого расстояния: волосы, теперь подстриженные, едва достигали плеч, а спереди обрамляли лицо неровными прядями; широкие серые брови, едкий блеск в глазах.
Рагнар хотел ответить…
– Зачем ты вернулся? – Однако Александр ему помешал. Все это время он c каменным выражением лица наблюдал за Рагнаром, но, как видно, сил наблюдать не осталось, душа требовала ответов.
Рагнар на мгновение замер, сузил глаза, ответил:
– Познакомиться с твоей подружкой.
– Подружкой, значит…
– Да, – Рагнар перевел арктический взгляд на Александра, – это определило мой выбор.
Александр сжал челюсти.
– Так знакомься. – Он посмотрел на Нелли, все так же стоящую недалеко от входа и с волнением наблюдающую за разворачивающейся сценой.
– Уже познакомился, – сказал Рагнар, заставив Александра забыть на время о любимой, – и того, что я увидел, мне хватило. – Рагнар не собирался сглаживать острые углы и пытаться наладить отношения с Александром. Такое поведение разочаровало Ролана: он полагал, что за время отсутствия Рагнар отошел от сокрушительного удара и отпустил обиды. Как видно, Ролан ошибся. Невзирая на прошедшие годы, горечь свершенной несправедливости не притупилась и Рагнар не смог переосмыслить случившегося и взглянуть на ситуацию с другой, менее драматичной стороны.
– К твоему сведению, Нелли больше чем подружка. – Александр сделал шаг к оппоненту.
– Ну да, она подружка-человек.
– Не совсем, – вмешался Ролан. Рагнар посмотрел на него.
– Что значит «не совсем»? Она что же, гибрид? – Рот Рагнара насмешливо скривился.
– Катись-ка ты отсюда туда, откуда пришел. – Александр целенаправленно пошел на Рагнара. – Тебе ясно было сказано, что для тебя здесь все двери закрыты!
Ролан выставил руку перед разозлившимся, и без того накрученным за утро Александром, удерживая того на месте.
– Не лучшее время для ссор вы выбрали. Вы облегчаете жизнь нашим врагам.
Рагнар стоял на месте.
– Вообще-то такого ты не говорил.
– Я точно воспользуюсь своим правом и лишу тебя самого дорогого, – таинственно прошипел Александр, глядя в глаза Рагнару. Однако тот понял. Все поняли. Кроме Нелли. – Да отпусти ты меня! – крикнул Александр и освободился от захвата Ролана. Затем отвернулся и отошел на пару шагов, желая успокоиться.
– Если бы ты действительно того хотел, давно бы сделал. – Голос Рагнара нарушил недолгую тишину.
– Ооо, я очень этого хочу! – с воодушевлением произнес Александр, взглянув на свой раздражитель.
– Но тогда придется наказать и остальных, не так ли? – не без толики злорадства сказал Рагнар. – «Наказание за неподчинение». Кажется, так ты мне говорил.
В глазах Александра читалось презрение.
– Да, придется. И это спасает твою жалкую шкуру.
Рагнар улыбнулся, и в эту улыбку вложил все те чувства, которые сейчас испытывал – чувства триумфа и превосходства.
– Чего ты злишься, Александр? Я же откликнулся на зов, не этого ли ты хотел? Собрать нас, дружных ferus, вместе. Что же не так? Или ты думал, что наши взгляды на жизнь и характеры вдруг изменились от того, что ты привел в свой дом человека? Наша сущность вдруг стала другой? – Он понизил голос. – Или, может, тебя до сих пор гложет чувство вины за свой настолько же малодушный, насколько и яркий поступок тридцатилетней давности, а я лишь нежелательное тому напоминание?
Александр неторопливо подошел к Рагнару и встал к нему почти вплотную.
– Нет, – сказал Александр, – я думал, что за эти годы ты все же поумнел. Смотри, сколько времени прошло, а все впустую.
– Значат ли эти твои слова, что ты не чувствуешь за собой вины? – в тон Александру спросил Рагнар. – Брось, Александр, я знаю тебя практически всю жизнь, и меня не обманут твои заверения в отсутствии раскаяния. Только ты не хочешь этого признать. Тебе легче винить других в невежестве, в неповиновении и нарушении приказов, но только не себя. Ты первый нарушил правила, а теперь обвиняешь в этом других.
На лице Александра не дрогнул ни единый мускул, тогда как внутри разворачивалась бойня – Ролан чувствовал исходящие от Александра деструктивные вибрации. Рагнар бил по больному: Александр сделал то, чего не позволял себе ни один лидер до него – оборвал энергетические связующие нити между ferus, тем самым ослабил их, своих людей, пускай и действовал из лучших побуждений. Только одному Александру известно, что он испытал и продолжает испытывать по этому поводу, и с этим Александру жить. Рагнару же, казалось, было жизненно важно доказать свою правоту и вырвать у Александра признание: признание в том, что Александр ошибся, принял тогда неверное решение, – Рагнар с тупым упорством того добивался. Добивался в прошлом, десятилетия назад, добивался теперь.
– Поздоровайся с моей женщиной, – угрожающе сдержанно, едва ли не по слогам повторил Александр.
Рагнар долгие мгновения смотрел на Александра, словно желая оценить степень воздействия сказанных им слов и понять настроение лидера, а затем все же посмотрел на девушку. На девушку, которая вовсе не желала такого внимания. Напротив, весь ее облик говорил о том, что она только рада будет, если с ней не поздороваются и забудут о ее присутствии в приступе краткосрочной амнезии: Нелли явно хотела уйти, и только волнение за Александра удерживало ее на месте.
Глаза Рагнара лишь на секунду задержались на ее лице, а после продолжили путь по телу, осматривая Нелли в полный рост, словно не стоящею внимания безделушку. К тому моменту, как глаза Рагнара вернулись к ее лицу и встретились с голубыми глазами, взгляд его из «Мне скучно» сменился хлестким, издевательским «И это лучшее, что ты нашел?».
Рагнар посмотрел на Александра, не спускавшего с него повелительного взгляда, а затем отошел от них и стал осматривать дом.
– Я не ясно изъясняюсь? – донеслось ему вслед.
– Здравствуй, Нелли, – не оборачиваясь, сказал Рагнар, сделав Александру очевидное одолжение.
Александр пошел на Рагнара, но Ролан снова удержал его на месте, выставив ладонь на его груди.
– Не сейчас. Нам всем следует успокоиться.
«Вернее, вам следует успокоиться, а мне свалить отсюда и продолжить свое мирное существование». Ролану хотелось вернуться в свою тихую гавань – бесшумную, в меру аскетичную квартиру и продолжить заниматься своими будничными занятиями.
– В общем, ладно, пойду я, – сказал Рагнар. – Однако теперь я буду появляться здесь чаще. Подобно остальным. – Он посмотрел на Ролана, улыбнулся и, не дожидаясь слов прощаний, неторопливо исчез за дверью.
– Когда-нибудь он доиграется. – Александр устремился к Нелли, дойдя, схватил ее лицо в ладони и припал к губам. – Ты в порядке? – спросил, отстранившись, заглядывая ей в глаза.